Новости

23.03.2016 20:24
Рубрика: Культура

Провинциальный анекдот

Режиссер Жан-Поль Раппно представил в Москве свой новый фильм "Образцовые семьи"
Фильм возвращается к провинциальной Франции - к ее истокам. Фото: Телевизионное агентство "Руссский репортаж"
Фильм возвращается к провинциальной Франции - к ее истокам. Фото:
В Москве состоялась премьера фильма "Образцовые семьи" ( в прокате с 31 марта). Представить картину в российскую столицу приехал режиссер Жан-Поль Раппно. Во всем мире имя Раппно принято ассоциировать с его главным успехом - картиной "Сирано де Бержерак" (1990), которая стала большим прокатным хитом во всем мире и за которую Жерар Депардье получил приз Каннского фестиваля.

Однако кинематографические достижения Раппно не исчерпываются экранизацией Ростана. В 60-е он был номинирован на "Оскар" за сценарий к "Человеку из Рио", еще раньше писал сценарии к фильмам Луи Маля. Другие его знаковые работы - "Дикарь", "Гусар на крыше".

"Образцовые семьи" - комедия, действие которой происходит в пасторальной Бургундии. Главным триггером сюжета выступает продажа старого особняка, из-за которого у зажиточного семейства, давно переехавшего в Париж, разгорается конфликт с местной мэрией - чиновники хотят снести дом, чтобы построить на его месте магистраль. Перед премьерой режиссер побеседовал с корреспондентом "РГ".

Нынешнюю и предыдущую ваши картины разделяют 12 лет. С чем связан столь долгий перерыв?

Жан-Поль Раппно: Да, впору говорить о возвращении в профессию. На самом деле после выхода фильма "Бон вояж" я никуда не планировал уходить, а сразу начал готовить сложную и дорогую картину о Наполеоне, на главную роль был утвержден Даниэль Отой. Но по финансовым соображениям фильм, на который ушло несколько лет работы, не состоялся. Затем я начал писать сценарий другой картины - ее действие должно было происходить в СССР во времена "холодной войны". И опять все сорвалось из-за денег. И тогда мой давний друг, с которым мы когда-то вместе начинали работать в кино, сказал: "Зачем тебе другие эпохи, если снимать их так дорого? Напиши сценарий про то, что тебя волнует здесь и сейчас". Так появились "Образцовые семьи". Это нетипичный для меня фильм: я возвращаюсь к той провинциальной Франции, с которой когда-то все началось. Кино интимное, личное, с автобиографическими мотивами, иногда по тональности напоминает пасторальный провинциальный анекдот. Мне интересен вопрос: вот мы оказались на перекрестке миров, цивилизация идет стиранию границ - осталось ли что-то уникальное в местах моего детства?

То есть глобализация вас пугает?

Раппно: Меня пугает скорее неумолимый ход времени. Немыслимо, как ускорились изменения за последние сто лет. Я помню поколение дедушек и бабушек - они были крестьянами, носили деревянные башмаки. И эти башмаки в моем детстве не выглядели как музейных экспонат. А сейчас многие представить не могут, что еще недавно была вот такая тихая и размеренная жизнь. Глобализация тут, конечно, сыграла тоже свою роль, и потеря уникальности меня как француза, конечно, беспокоит. Но и восхищает нынешнее поколение молодых людей, которые не рассматривают себя как часть одного общества. Не случайно в "Образцовых семьях" есть китаянка, которая закончила на своей родине технологический институт, вышла замуж за француза, и они вместе планируют стартап в Лондоне - эти возможности, открывшиеся перед молодыми, меня завораживают.

Ваша карьера в кино началась на фильме Луи Маля "Зази в метро", на котором вы работали ассистентом режиссера. В конце 50-х - начале 60-х вы стали своим в компании режиссеров французской "новой волны". Тем удивительнее, что ваш первый фильм "Жизнь богачей" не только не в традициях "новой волны", а представляет собой нечто им противоположное. Это был сознательный шаг?

Раппно: Тут как посмотреть. Франция тогда была очарована новым поколением режиссеров, которые показали современную жизнь. Не проходило и недели, чтобы в прокат не выходил фильм, в котором действие разворачивалось в Латинском квартале и на Монмартре, а его персонажами были студенты, артисты и художники. Мне многие из этих фильмов страшно нравились, но я понимал, что делать такое кино самому было бы нечестно. Во-первых, это все очень парижская история - а на тот момент у меня не было истории про этот город. Во-вторых, меня всегда больше интересовали другие эпохи, тогда как режиссеры "новой волны" презирали "ретро". Так что "Жизнь богачей", где действие происходит в крошечном городке во времена немецкой оккупации, был моим первым шагом в иные эпохи. Не могу сказать, что я сидел и думал, как бы мне снять кино, которое стало бы оппозицией "новой волне". Но именно так и вышло. В том числе и с точки зрения кассы - "Жизнь богачей" стала коммерческим хитом, в отличие от фильмов "новой волны".

"Новая волна" до сих пор остается одной из самых обсуждаемых вех в истории кино, причем ее эстетические результаты не раз подвергались ревизии. Вам, с высоты прожитых лет, каким видится ее главный итог?

Раппно: Безусловно, она сыграла положительную роль хотя бы потому, что в кино пришло много талантливых молодых людей, которые фонтанировали идеями. Но эта волна вынесла на поверхность и много пены. Я недавно посмотрел дебютный фильм Эрика Ромера - такое среднеметражное кино, где в кадре вся банда: Риветт, Годар, Трюффо, Базен, сам Ромер... Снято все в редакции "Кайе дю синема", конечно. Смотреть это, мягко говоря, невозможно. Много плохих фильмов делалось и после. В этом смысле отчасти был прав Анри-Жорж Клузо, который говорил, что "новая волна" - просто дешевый способ снимать кино. Потому что проблемы, которые поднимали в картинах модные в 60-х режиссеры, ничем не отличались от проблем персонажей того же Клузо. "Новая волна", которая изначально была революцией против клановости французского кино, лишь ее усугубила - просто явилась еще одна группировка, где важно, с кем ты дружишь, а не какое кино снимаешь. Сейчас пена отстоялась, и можно сказать, что "новая волна" повлияла на многих современных режиссеров и подарила человечеству некоторое количество шедевров, которые останутся в веках, - за это ей большое спасибо.