Новости

04.05.2016 21:36
Рубрика: Общество

Однополчане и сердце матери

Герой России Ильяс Дауди много лет заботится о маме погибшего в Афгане товарища

Доброволец

В Афган он напросился сам.

Карьера инженера-нефтяника (отец занимал ответственный пост на нефтяном предприятии в Татарстане) ждала его за порогом "нефтяного" института в Москве, а он на первом курсе зачастил в военкомат. Два заявления военком Накашидзе порвал, а после третьего вывел в свою переполненную приемную: "Посмотри, это все мои земляки, они пришли отмазывать своих сынков и племянников, а ты на войну просишься..."

Рассвирепев, военком обещал позвонить ректору, пожаловаться. Не позвонил. А после четвертой попытки сдался: "Ладно, набегаешься ты по этим горам!"

- Ильяс, хоть раз пришлось пожалеть, что не послушался военкома?

- Никогда. Жаль только, что много горя причинил родителям. Понял это, когда услышал под ногами щелчок противопехотной мины. Они потом приезжали ко мне в ташкентский госпиталь.

Но до госпиталя ему надо было еще дожить...

На границе Узбекской ССР и Афганистана бывалый старлей, отбиравший сотню парней в войсковую разведку, предложил выйти из строя спортсменам-разрядникам и... имевшим проблемы с законом. Позднее Ильяс не раз слышал от командира разведроты: "На гражданке - вор, в армии - разведчик". А тогда он, кандидат в мастера спорта по боксу, шагнул вперед одним из первых.

Три месяца их готовили к войне: многокилометровые марш-броски по горам и пустыне, ночные стрельбы...

- В учебке я сдружился с Германом Стрельцовым из Ленинграда и другими ребятами, потому что были объединены одной целью - выжить. И когда нас раскидали по разным полкам, всегда искали и находили друг друга. Герман попал в разведроту 395-го мотострелкового полка, а я к разведчикам 149-го гвардейского мотострелкового полка.

- Сколько из той сотни не вернулось домой?

- Наверное, с десяток. Точно не знаю, я же был комиссован досрочно...

Последний бой

В конце августа 1986 года на ирано-афганской границе шла общевойсковая операция "Западня" по ликвидации формирования полевого командира Исмаил-хана. 149й полк вертушками перебросили в гущу событий. Едва спрыгнули с зависших над землей транспортников, как попали под сильнейший огонь моджахедов. К тому же поняли, что высадились на минном поле.

Вспоминает подорвавшийся на мине сапер Бахриддин Хайдаров, однополчанин Ильяса:

- Когда пыль осела, увидел горы и понял, что пока жив. Попытался ползти, но глаза заливала кровь. Вдруг чувствую, кто-то меня тащит в укрытие. По голосу понял - Ильяс. Он наложил мне жгут на ногу и выволок к своим. Потом меня и еще с десяток ребят отправили в Шинданд в госпиталь. А через пару дней туда же привезли и Ильяса.

Он успел вытащить с минного поля еще троих раненых. Пока не подорвался сам. Пять часов товарищи, рискуя подорваться или попасть в засаду, тащили Ильяса до вертолета. А он, будучи заместителем командира взвода, приказывал им застрелить себя.

- Неужели не было страшно отдавать такую команду?

- Когда ты разорван в клочья и, по сути, не понимаешь, на каком ты свете, ты перестаешь цепляться за жизнь. Но, зная реальную ситуацию, четко представляешь: до вертолета так далеко, что если не в эту минуту, то в следующую "духи" перестреляют моих спасателей.

- Приходилось в Афгане встречаться с трусостью?

- Честно - нет. Просто не все люди в критической ситуации одинаково быстро реагируют на изменения обстановки. Но всегда находится кто-то, кто первым разрывает паузу. В Афганистане много народу побывало, кто-то из кабинетных откровенно ехал туда за звездами. Ну и что? Чтоб за ними ехать, тоже надо себя пересилить, из тапочек в сапоги залезть. А как обвинять хлебореза или истопника, что они в бои не ходили?

Только через 23 года после того боя, в феврале 2010 года, на грудь Ильяса Дауди рядом с двумя орденами Красной Звезды президент страны приколол Золотую Звезду Героя России. Все эти годы командир 149-го гвардейского мотострелкового полка Александр Иванович Скородумов, ныне генерал-полковник в отставке, добивался в коридорах власти справедливости...

А в тот день приказ раненого замкомвзвода выполнен не был. Своих в Афгане не бросали.

Почти два года на госпитальных койках. Шинданд, Кабул, Ташкент... Встал на протез, вернулся домой.

Вторая мама

В родном институте Ильяса приняли тепло. Он стал заместителем председателя студсовета факультета. Талоны на такси выделили, чтоб легче добираться от общежития до учебного корпуса. Но через полгода талоны кончились. А это значит сорок минут мучиться в битком набитом маршрутном автобусе, когда любое прикосновение вызывает в заштопанном теле адскую боль. Пересаженная на ноги с других частей тела кожа еще не прижилась, не огрубела...

Он понял: надеяться в разворошенной перестройкой стране надо лишь на себя. Начал торговать арахисом в красивых банках: брал у индусов в ресторане на Чистых прудах и продавал в институте иностранным студентам. Потом те же студенты стали ввозить в Москву оргтехнику, а Ильяс помогал ее сбывать. Так появился первый капитал.

В 1995-м Ильяс женился на односельчанке. Сейчас у него шестеро детей.

- Афганистан - это страшный сон или суровая школа жизни?

- Это дружба, крепче которой нет ничего. Мой друг Герман погиб уже на второй операции. Единственный сын у одинокой матери. Когда я подлечился и поставил себе протез, поехали мы с однокурсником Ильдусом, тоже афганцем, ее навестить. Адрес помнили смутно, а таксист в Ленинграде с вокзала повез куда-то в промзону, остановился на безлюдной улице и вышел якобы позвонить. Тут из подъезда выбегают три гопника и финки к горлу: деньги давай. Мы рассвирепели, так их отоварили, что прохожие нас за хулиганов приняли. Дальше уже этот таксист возил нас бесплатно. Искали-искали адрес, поехали уточнить в военкомат, а он в субботу закрыт. Дежурный офицер гонит нас, предлагая ждать до понедельника, а сам незаметно звонит в милицию. Мы в ответ закипаем, и тут с трех сторон милиционеры на "уазиках" въезжают и давай нас усмирять резиновыми дубинками...

Только наутро разобрались, помогли адрес найти. А Людмила Васильевна Стрельцова с тех пор мне как мать. Стараюсь, как могу, заменить ей сына.

- А Ильяс мне второй сын, - рассказала "Родине" по телефону Людмила Васильевна. - Открыла тогда дверь, а они с Ильдусом из кутузки пришли с рулонами обоев, чтобы ремонт сделать... Я кому сейчас про Ильяса ни расскажу - не верят. Он мне уже много лет каждый месяц деньги посылает, звонит на все праздники...

Да только ли ей!

Сегодня Ильяс Дауди обеспеченный человек, занимается бизнесом. Но вспоминает прошлое - и снова в душе становится тем молоденьким разведчиком, который, израненный, отдает друзьям невыполнимый приказ. Приказ, который сам никогда бы не выполнил.

- Как-то уже в 2000-х я решил разыскать всех наших из той сотни, человек сорок нашел на просторах бывшей страны. И пригласил в Москву на 5 ноября, День военного разведчика. У себя в офисе настелил спортивных матов на полу, нанял хороших поваров - так мы и жили. По команде "отбой" ложились, по команде вставали. Арендовал четыре автобуса с гидами, показал ребятам столицу: театры, Музей Великой Отечественной войны, Музей Вооруженных сил, сводил в высший разряд Сандуновских бань... Мы уже три раза собирались.


P.S.  В 1994 году Ильяс Дауди на собственные деньги обеспечил импортными протезами 88 инвалидов-афганцев.

Анонс

Помимо рассказа о герое-афганце Ильясе Дауди в майском номере "Родины" читатель в подборке "Дружба по-русски" найдет много других примеров бескорыстных взаимоотношений между различными людьми: иконописцев Андрея Рублева и Даниилы, Николая I и генерала-фельдмаршала Паскевича, поэтов Константина Симонова и Алексея Суркова...

Один из гвоздей номера - интервью с актером Виктором Сухоруковым, сыгравшим немало ролей исторических персонажей: царей Павла Первого и Федора Иоанновича, советских лидеров Ульянова-Ленина и Хрущева...

Подписаться на "Родину" можно в почтовых отделениях связи РФ по каталогам:

Роспечать - индекс 73325,
"Почта России" - индекс 63436,
"Пресса России" - индекс 40687.