Новости

14.07.2016 20:50
Рубрика: Власть

По обе стороны Днестра

Отношения между Молдавией и Россией, кажется, начинают размораживаться. К такому ощущению располагает недавний визит в Кишинев и Тирасполь вице-премьера, спецпредставителя президента РФ по Приднестровью Дмитрия Рогозина. На правой стороне Днестра он провел переговоры с премьер-министром Молдавии Павлом Филипом и министром экономики Октавианом Калмыком, на левом - с президентом непризнанной республики Евгением Шевчуком и председателем Верховного совета Вадимом Красносельским.
 Фото: Сергей Куксин/ РГ  Фото: Сергей Куксин/ РГ
Фото: Сергей Куксин/ РГ

С молдавским премьером Дмитрий Рогозин обсуждал "дорожную карту" по возобновлению экспорта молдавской продукции на российский рынок. "Это ряд тех действий, которые необходимо предпринять прежде всего Кишиневу, чтобы на прилавки российских магазинов вернулась продукция Молдовы", - сообщил журналистам спецпредставитель президента. Содержание "дорожной карты" пока не раскрывается. Дмитрий Рогозин сказал, что окончательно она будет сверстана к концу июля. Можно предположить, что экономические и технические условия возобновления молдавского экспорта в Россию будут тесно увязаны с геополитикой. Во-первых, с подтверждением Молдавией своего нейтрального статуса, недавно ею провозглашенного. Во-вторых, со снятием Кишиневом ограничений на экономические контакты с Приднестровьем. "Российская сторона, - сказал Рогозин, - всячески побуждает молдавскую сторону раскупорить такие процессы, как транспортная доступность, обмен товарами, регистрация грузов и многое другое. Будем надеяться, что сегодня в Кишиневе мы имеем дело с прагматичными собеседниками".

"Раскупорка" процессов, о которых говорит российский вице-премьер, очень необходима Тирасполю. В непризнанной республике сохраняется тяжелая экономическая ситуация, усугубляемая экономической блокадой со стороны Украины и Молдавии. Транзит товаров в Приднестровье через Украину уменьшился вдвое, торговый оборот с соседней страной резко снизился. Выразив понимание этого, Рогозин, однако, призвал своих приднестровских собеседников переходить от прямых отношений с Москвой к сотрудничеству с российскими регионами: "Надо налаживать более крепкие отношения, надо сделать так, чтобы субъекты этих отношений были если не соразмерные, то близкие по своим объемам, амбициям и интересам. Приднестровье - это республика относительно небольшая и по населению, и по территории. Вам проще будет работать не с федеральным правительством, а с губернаторами и их администрациями".

Контактировать с внешним миром Приднестровью мешают не только экономические, но и административные (Тирасполь называет их государственными) преграды. А именно - пограничные пункты в населенных пунктах, находящихся под юрисдикцией Кишинева. До этого никакой официальной границы между Молдавией и Приднестровьем не существовало. Многие приднестровцы имеют молдавские паспорта, движение с левого берега Днестра на правый и обратно за годы противостояния никогда не регулировалось пограничным шлагбаумом. Объявить, что такой шлагбаум нужен, Кишиневу пришлось после того, как Евросоюз пообещал либерализацию визового режима для граждан Молдавии, если будет обеспечена безопасность не только западной, но и восточной границы. На это Тирасполь ответил принятием закона о госгранице, что вызвало беспокойство в Европе. Например, Комитет парламентского сотрудничества Европейский союз - Республика Молдова заявил, что закон о госгранице, принятый в одностороннем порядке, "создает новые барьеры и препятствия политического, военного и административного характера на пути переговоров в формате "5+2". В том же своем заявлении Комитет призвал к "завершению вывода российских военных подразделений" из Приднестровья. Призыв был адресован всем участникам приднестровского урегулирования, но в первую очередь, конечно, Москве.

Росии важно сохранить свою роль в решении приднестровской проблемы

Такие призывы звучат уже более двух десятков лет. Но можно быть абсолютно уверенным, что в "дорожной карте", о содержании которой будет скоро объявлено, пункт о завершении российского военного присутствия в Приднестровье отсутствует. Позиция Москвы известна: российские войска охраняют склады с боеприпасами, и пока они не вывезены, военные оттуда не уйдут. Вывозу подлежит около 20 тысяч тонн боеприпасов. Но даже если снаряжать за составом состав, на снятие главной преграды между Кишиневом и Москвой, по оценкам экспертов, потребуется не менее трех лет.

Не стоит делать вид, будто спор идет лишь о технических возможностях освобождения Молдавии от российских военных. Понятно ведь, что Россия хочет сохранить здесь свое влияние. В этом ей хорошо помогает руководство непризнанной республики, пытаясь убедить сограждан и мировое сообщество, что как только Россия выведет свои войска из Приднестровья, Молдавия тотчас введет туда свои. Верит ли Москва, что именно так и случится? Прямых подозрений на этот счет российское руководство никогда не высказывало. Но о том, что в Приднестровье проживают 180 тысяч российских граждан, Москва не забывает, и в ходе своего визита Дмитрий Рогозин прямо сказал об этом: "Здесь российские миротворцы выполнят свой долг до конца. Россия свой статус гаранта мира на Днестре будет соблюдать безукоризненно".

Значение Молдавии для России, конечно, не стоит преувеличивать, и об этом Рогозин тоже сказал. Но России важно сохранить свою роль в решении приднестровской проблемы. России в принципе необходимо доказывать мировому сообществу свою способность урегулировать конфликты на постсоветском пространстве, а лучшее доказательство этой способности - успешное посредничество между Кишиневом и Тирасполем.

Власть Позиция Колонка Валерия Выжутовича