Новости

24.11.2016 19:38
Рубрика: Общество

Полет на честном слове

Людям нужно не "светлое" будущее, а понятное, стабильное и спокойное
К какому будущему мы, дорогие товарищи, стремимся? На этот вопрос обыватель советских времен машинально ответил бы: "К светлому". Сейчас многое в России изменилось, и устремления тоже.
Строить прогнозы - как в замочную скважину подглядывать. Цельной картины пока не видно. Фото: depositphotos.com Строить прогнозы - как в замочную скважину подглядывать. Цельной картины пока не видно. Фото: depositphotos.com
Строить прогнозы - как в замочную скважину подглядывать. Цельной картины пока не видно. Фото: depositphotos.com

После череды реформ и кризисов, последний из которых отмечает ныне двухлетнюю годовщину, люди почти не реагируют на призывы и лозунги. "Яркость и контрастность" будущего им теперь не слишком-то важны, лишь бы оно не было цвета хаки. Как выяснили в ходе пятой волны массовых опросов ученые Института социологии РАН, россияне хотят если будущего - то стабильного, если власти - то умной и ответственной, если жизни - то в достатке и "по справедливости" и обязательно в разумно организованном обществе. "Если смерти, то мгновенной, если раны - небольшой" просьба не предлагать, очередных революций семнадцатого года не нужно в стране никому.

Свое уникальное по масштабам исследование (регулярные опросы 4 тысяч респондентов по всей стране) ИС РАН начал при поддержке Российского научного фонда (РНФ) в октябре 2014 года, буквально за месяц до кризиса. "Волны" исследований шли каждые полгода. Как самописец в "черном ящике" самолета, который срывается в штопор и невероятным усилием пытается из него выйти, эти данные отразили то, что происходило в период кризиса в общественном сознании России, а не только в ее экономике. Сегодня, считают социологи, наш лайнер все-таки продолжает полет, пусть даже "на честном слове и на одном крыле". Пытается выровняться, находит дополнительные ресурсы. Паники среди пассажиров нет. Радости, впрочем, тоже. Людям просто очень хочется добраться до места назначения без слишком больших потрясений и тем более серьезных потерь. Командиру корабля и экипажу они доверяют достаточно, чтобы не терять надежду на это.

С открытыми глазами

Два минувших года общество никак не могло понять - близится ли кризис к концу или необходимо готовиться к его новой волне. Периоды некоторого оптимизма сменялись моментами депрессии вплоть до отчаяния. Это сильно напоминало ситуацию после предыдущего кризиса, разразившегося в 2008 году. Однако на сей раз общество было куда более спокойно и реагировало на экономические невзгоды без прежней паники. Сегодня социологи констатируют: впервые за 2 года в умонастроениях россиян наметились позитивные перемены. Число оптимистов, которые смогли адаптироваться к кризису и твердо намерены его преодолеть, стало расти. При этом, однако, больше половины граждан (56%) все равно считают ситуацию в стране напряженной. Но если еще полгода назад, в марте 2016 г., менее чем каждый пятый (18%) называл ее нормальной и спокойной, то сейчас таких респондентов - без малого треть (29%). Немаловажно и то, что несколько снизилось количество так называемых "катастрофистов", которые рисуют портрет страны исключительно в черных тонах. Их в России 8%, и эта доля сохраняется с некоторыми колебаниями уже лет десять (самый высокий показатель - 14% - относился к 2008-2009 гг.). Переводя с научного на простой русский, можно сказать: люди живут с открытыми глазами, их тревожит и удручает то, что происходит с ними и вокруг. Но ужаса, паники нет и, по-видимому, не будет. Россияне сумели к кризису приспособиться. С чем-то они смиряются, с чем могут - борются, а в целом, несмотря ни на что, живут и верят в лучшее. Хотя планку этих ожиданий ставят не слишком-то высоко.

В марте 2016 г. очередной обвал курса валют и неизбежный рост цен привели к тому, что 69% опрошенных отметили в стране очередные перемены к худшему. О том, что ситуация улучшается, тогда говорило менее пятой части населения. Сейчас, спустя полгода, 30% отмечают позитивные сдвиги, а о том, что "все движется в худшую сторону", говорит 51% россиян. Правда, с докризисными временами сравнение невозможно: тогда пессимистами выступали лишь 25% граждан, остальные были вполне довольны жизнью.

Людей по-прежнему беспокоит то, что за последние годы ухудшились состояние экономики (так думает 61% россиян), моральный климат в обществе (53%). Достаточно остро граждане воспринимают проблемы борьбы с коррупцией и терроризмом, ситуацию в образовании, культуре и медицине. Улучшения в социальной сфере отметили только 12%.

Не за горами новый год, и люди традиционно строят на него прогнозы. Доля пессимистов по сравнению с 2015-м сократилась: раньше ничего хорошего от наступающего года не ждал 51%, сейчас 40%. Правда, данные опросов показывают, что в нашем обществе стало больше не оптимистов, а философов, которые полагают, что "ничего не изменится". Их число выросло за год с 27% до 38%. И все-таки многое познается в сравнении. В благополучном 2011 году негативных перемен ожидали 39% граждан. Сейчас почти столько же, даже невзирая на затянувшийся кризис. В этом смысле мы демонстрируем поразительную стойкость и оптимизм.

"Мы" и "я"

В ходе опросов социологи выявили любопытную закономерность. О родине и о других людях наши сограждане печалятся гораздо больше, чем о себе самих. У меня-то, мол, все пока неплохо, но что в стране творится, что соседи вокруг говорят! На вопрос о том, какие чувства у них преобладают в повседневной жизни, практически половина респондентов (48%) ответили: "Спокойствие, уравновешенность". О безразличии, апатии, подавленности и тревоге говорили 23%, о раздражении, озлобленности и агрессии - 12%. Тревога в обществе, кстати, за полгода снизилась на 6 процентных пунктов. Однако когда речь заходит о людях из нашего ближайшего окружения (знакомых, родных, коллегах и т.д.), только треть (34%) готовы назвать их спокойными и пребывающими на эмоциональном подъеме. Две трети (66%) говорят о тяжелой атмосфере вокруг, 24% считают, что сограждане стали агрессивными, 18% отмечают вокруг себя апатию и подавленность. Естественно, большую роль тут играет материальный фактор - малообеспеченные люди чувствуют себя гораздо хуже, чем средние слои и россияне с хорошими доходами.

Лишь 23 процента россиян полагают, что Россия должна искать компромиссы с Европой и США

Главный для всех вопрос - как будет дальше? В целом за время кризиса вдвое сократилось число тех, кто надеялся поправить свое материальное положение в ближайшее обозримое время. При этом люди долго сопротивлялись и не хотели переходить в стан пессимистов: лишь через полтора года кризис все-таки заставил их отказаться от слишком радужных надежд. В прошлый раз подобный крах иллюзий произошел почти сразу, к 2009 году. Сейчас наметился всплеск осторожного оптимизма. В марте этого года лишь 17% опрошенных надеялись вскоре поправить свое материальное положение, сейчас так говорит почти четверть россиян (24%). Еще 47% думают, что ничего не изменится, 29% опасаются перемен к худшему.

Социологи ИС РАН особо отмечают: за полгода почти вдвое (с 12% в марте до 21% в октябре) увеличилось число тех, кто видит в обществе пусть небольшое, но снижение общей напряженности. Растет и число нейтральных ответов ("ничего не меняется"). В нашем случае отсутствие плохих новостей тоже новость хорошая.

Здесь наша Родина

Можно отнести это к особенностям национального характера, можно к чему-то еще, но факт остается фактом. Кризис кризисом, а патриотизм патриотизмом. На вопрос, какие чувства они испытывают к своей стране, россияне произносят добрые слова, а не клянут свою страну на все корки, как это бывало в 90-х гг. прошлого столетия. Больше половины (57%) испытывают к своей Родине сугубо позитивные чувства. О любви к ней сказали 13%, о гордости за нее - 20%, об уважении - 24%. Только четверть всех опрошенных (24%) испытывает эмоции со знаком минус - например, обиду (14%) или возмущение (10%). 14% дать ответ затруднились, а равнодушных оказалось только 5%.

Реальность сказывается, эйфория проходит, поэтому за годы кризиса число людей, которых обуревают негативные чувства, выросло почти вдвое. Но они по-прежнему в меньшинстве по сравнению с теми, кто о России думает с теплотой и уважением.

Простые граждане не меньше, чем политики или эксперты, озабочены тем, какое место Россия будет занимать в мире и что за судьба ее ждет. В начале 2000-х большинство россиян считали свое государство скорее "частью Европы". Потом мнения разделились пополам: одни придерживались прежней позиции, другие сочли, что Россия - это особая евразийская цивилизация. Кризис 2014 г., санкции и недружественная позиция стран Запада склонили чашу весов, и теперь уже две трети граждан (60%) уверены: мы не Восток и не Запад, мы особенные и неповторимые.

70% граждан РФ настороженно относится к Западной Европе и уверены, что Старый Свет смотрит на нас сугубо потребительски, хочет не сотрудничать на равных, а лишь выкачивать наши природные ресурсы. Почти три четверти россиян убеждены, что "в Европе нас не любят". Эта железная уверенность чуть-чуть пошатнулась в последние годы, на 2 процентных пункта выросло число тех, кто все-таки готов видеть в Европе партнеров. Но это, конечно, капля в море. Или в нефти.

Лишь 23% россиян согласны с тем, что наша страна должна искать компромиссы с Европой и США, стремиться к интеграции с мировым сообществом. Гораздо чаще (в 77% случаев) люди говорили, что Россия ни в коем случае не должна поддаваться влиянию извне. Самое интересное, что сторонники и противники тесных контактов с Западом есть в любой социальной группе. Уровень образования, дохода, место жительства, возраст и прочие важные факторы в данном случае значения не имеют. Интересы державы выше личных обстоятельств.

Четверть россиян (26%) полагает, что Россия в XXI веке должна вернуть себе статус супердержавы, который был у Советского Союза. Половина (51%) ставит более реалистичную цель: стать одной из наиболее экономически развитых и политически влиятельных стран мира. 8% считают, что ей надо стремиться к лидерству исключительно на постсоветском пространстве, а 6% советуют вообще отказаться от глобальных целей.

Сегодня большинство россиян (66%) уверено, что главные угрозы для РФ исходят именно из-за рубежа, лишь 34% склоняются к версии внутренних проблем как главных факторов риска. В этом зеркальная противоположность 2000-м годам, когда общественное мнение выдвигало на первый план внутренние угрозы государству. После конфликта с Грузией в 2008 г. айсберг перевернулся, а события 2014-го окончательно укрепили россиян во мнении, что "главный враг - снаружи", и от него надо обороняться совместными усилиями. Сейчас пик подобных настроений пройден, маятник начинает движение в другую сторону. За год число тех, кто опасается удара извне, сократилось с 79% до 66%, а количество респондентов, которым внутренние проблемы кажутся более серьезной угрозой для государства, выросло с 21% до 34%. Но все-таки, судя по данным опросов, массовое сознание оценивает ситуацию по прежнему образцу: "сильная Россия" противостоит "хитрому Западу". Страдая от внешних угроз, поддаваться на западное влияние нельзя, считают россияне.

Экономия должна быть

"Заграница" нам не поможет - на этот счет россияне иллюзий не питают. Но выживать и, главное, жить в условиях кризиса как-то надо. По данным исследования, люди пытаются выбрать для себя какие-то разумные стратегии, но получается это не слишком хорошо.

47% россиян кризис нанес, по их признанию, "существенный, но не катастрофический" ущерб. Полгода назад так говорил 51% опрошенных. О "катастрофе" стали тоже говорить вдвое реже - 7% вместо мартовских 14%. Так же вдвое, с 7 до 14%, выросло число людей, на жизни которых кризис не сказался. О "не очень существенном" ущербе говорят теперь 32%, а не 28%. Похоже, что люди все-таки смогли адаптироваться и привыкнуть к новым условиям, даже не слишком благоприятным.

Главный способ борьбы с кризисом для большинства - это экономия, экономия и еще раз экономия буквально на всем. Под секвестр чаще всего попадают траты на одежду и обувь (72% экономящих, то есть 53% от всего населения в целом), продукты питания, отдых и турпоездки (по 59% затянувших пояса), на театрах, кино или ресторанах (48%), на крупных покупках (44%). Особенно тревожно то, что каждый пятый россиянин (22% от общего числа населения) стал экономить на лекарствах и лечении, забросил свое хобби (20%), перестал помогать деньгами родственникам (15%), отказался от расходов на образование детей или свое собственное (12%).

"Экономить" начали все слои населения, однако в среде богатых сократили расходы на еду 27%, а среди бедных - 63%. Экономит на образовании каждый пятый из малообеспеченных и лишь 8% богатых, на лекарствах и медуслугах - 32% и 12% соответственно. Последние пункты - то, что называется "инвестициями в человеческий капитал", их сокращение тяжело и больно аукнется в ближайшем и отдаленном будущем.

Инфографика: "РГ"/Александр Смирнов/Екатерина Добрынина

Люди пытаются найти дополнительный приработок. Однако говорят об этом 48% опрошенных, а реально имеют такую возможность лишь 14%, по совместительству работают 4% россиян. Намерены сдавать квартиру, дачу или гараж 8%, но удается так сделать лишь 3 процентам населения. Растет число тех, кто планирует обеспечивать себя продуктами с участка или дачи: так говорят теперь 20% населения, вдвое больше, чем было в 2014 г. Так что картина вырисовывается не самая радостная. Благие намерения преодолеть кризис собственными силами мостят дорогу разве что на дачные грядки. Прочие источники дохода в России давно пересохли, найти их сложно. Расчет на помощь со стороны государства оправдывается редко и плохо.

Воздержавшиеся

И вот тут, по логике вещей, должен прийти сказочный богатырь или мудрый гуру и показать всем дорогу в то самое "светлое будущее", о котором сейчас прочно забыли. Этим летом-осенью как раз нашелся повод: парламентские выборы. Партийцы всех рангов и мастей просто обязаны были изложить свои программы и представить стратегии выхода из кризиса к всеобщему благу и благоденствию.

Но, как показывают опросы, россияне за последние десятилетия от политиков устали, а к их речам приобрели стойкий иммунитет. Итоги не только пятой волны исследований, но и самих выборов ясно, исчерпывающе показали: людям нужно не "светлое" будущее, а понятное, стабильное и спокойное. Все прочее - от лукавого.

Граждане не горят желанием устраивать перевороты и менять власть. Наибольшее доверие россияне по-прежнему испытывают к так называемой "державной триаде" - президенту России (67%), Российской армии (65%) и православной церкви (46%). Зато представительным институтам власти доверяют в меньшей степени: Совету Федерации - 23%, Государственной Думе - 22%, органам местного самоуправления - 20%, политическим партиям - 15%. За два года несколько снизилось былое доверие к прессе и телевидению (до 27% и 35% соответственно при прежних 33% и 44%). Социологи из года в год делают один и тот же вывод: на политическом пространстве России нет лидеров, чей авторитет был бы соизмерим с влиянием президента Владимира Путина. Власть отождествляют с президентом, если та или иная политическая структура идет в русле стратегии первого лица государства - ей будут доверять. На сегодня 77%, а в 2014 году - 84% граждан уверены, что нынешняя власть при всех ее недостатках достойна народной поддержки. Высказанные "от первого лица" идеи находят отклик. 63% россиян считают, что Россия должна стать великой державой с мощными вооруженными силами и влиять на все политические процессы в мире, 66% полагают, что для наведения порядка в стране требуется "твердая рука". И если еще год назад 42% были уверены, что от политических свобод ни в коем случае отказываться нельзя, то сейчас такой ответ россияне дают в 34% случаев: "время сложное".

Предсказуемыми на этом фоне выглядели и итоги голосования за различные партии. Как показали данные опросов ИС РАН, треть (34%) граждан голосовали за партию власти прежде всего потому, что она "отвечает их чаяниям" и "поддерживает Путина". Те же, кто ставил галочку в бюллетене против названий оппозиционных партий и кандидатов, делали это часто по традиции, в пику президенту или потому, что им "нравится лидер" (последний фактор был важен для 10% сторонников Григория Явлинского, 29% избирателей Владимира Жириновского, 7% "единороссов", 8% коммунистов и 15% "справедливороссов").

Сами же выборы большого следа в общественном сознании не оставили. Почти половина (49%) россиян полагает, что после них в стране ничего не изменится. 25% надеются на перемены к лучшему, 11% опасаются ухудшений. В политической жизни страны граждане надеются прежде всего на "смену поколений" и приход новых лидеров, молодых и активных - такой ответ дали 72% респондентов.

Еще один вопрос из 90-х: "Мы ждем перемен?" И да, и нет. В отношении будущего страны люди испытывают "скорее надежду и уверенность" - такова позиция двух пятых населения России. Треть колеблется между уверенностью и страхом, опасения испытывает примерно одна седьмая часть опрошенных.

По данным опросов ИС РАН, с конца 90-х годов в стране фиксируется неуклонное сокращение числа тех, кто требует существенных перемен и реформ (с 69% в 1999 г. до 28% в 2012-м). А вот стабильности людям хочется все сильнее (число таких ответов выросло с 31% до 72%). На сегодня 39% россиян - за реформы, 61% - за спокойствие. Почему они не хотят перемен? 67% противников реформ боятся, что "плохое сменится худшим", а 32% считают вполне разумным политический и экономический курс действующего президента.

И все-таки есть новость, которую нельзя не отметить. За прошедшие полгода почти на треть выросло число сторонников перемен - с 30% до 39%. Меньше стало тех, кто хочет только покоя и постоянства, - с 70% до 61%. Можно ли это считать "тенденцией"? Трудно сказать. Социологи пока от прогнозов воздерживаются.

Комментарий

Итоги опроса комментирует академик РАН, директор Института социологии РАН Михаил Горшков

Михаил Константинович, вы наверняка помните анекдот советских времен о том, будут ли деньги при коммунизме - "у кого будут, а у кого - нет". Не выйдет ли и сейчас так, что кризис у некоей части населения страны уже близок к концу, а у другой будет длиться вечно?

Михаил Горшков: Кризис так или иначе затронул все слои населения. Но, безусловно, он обострил и социальное расслоение в обществе: бедные обнищали, богатые держатся на плаву более уверенно. Отчетливо видно, что малообеспеченные россияне намного тяжелее адаптируются к кризису, испытывают весь спектр негативных чувств - от апатии до агрессии. Роль государства сейчас именно в том, чтобы не допустить раскола общества по оси "бедные - богатые" или "элита - простые граждане". Сейчас люди особенно остро реагируют на любую "несправедливость", нарушение закона, коррупционные скандалы. Вспомните истории с мальчиками и девочками-мажорами на дорогих машинах. Это один из самых резких раздражителей, поскольку кроме обычного материального неравенства демонстрирует людям исходную разницу шансов в обществе для детей из разных "классов".

Опросы выявили новую тенденцию: общество в большей степени "ждет перемен", чем раньше. Почему? Дает ли это новый шанс оппозиционным политикам?

Михаил Горшков: Сразу скажу, что "перемены" в понимании большинства граждан имеют мало общего с лозунгами партий, которые на последних выборах набрали очень немного голосов. Либеральные ценности нашему обществу не чужды, но спрос на них, как говорят, "отложенный" - когда "жизнь наладится". Речь скорее о запросе "на уверенность в будущем". В 2000 году новые власти России смогли этот запрос в значительной степени удовлетворить. Сейчас задача та же, президент тот же, а решение куда сложнее. Но основные надежды люди по-прежнему связывают с действующей властью и в первую очередь главой государства, а не с какими-то новыми неведомыми фигурами.

Мы стали спокойнее воспринимать трудности. Притерпелись, отчаялись или действительно в конце туннеля виден свет?

Михаил Горшков: Уровень тревожности в обществе после череды кризисов 2006-2016 гг. не мог не возрасти. И все же осенью этого года 15% россиян говорили, что их страхи и тревоги рассеялись, уступив место уверенности. Как такое может быть? Да просто среди этой группы много молодых (от 25 до 40 лет), хорошо образованных и обеспеченных людей, у которых есть запас прочности. Это представители того самого среднего класса, который в России, как выяснилось, "не задушишь - не убьешь". В жизнь сейчас вступает и новое поколение молодых людей, которые не успели лично обжечься о разного рода реформы и внутренне готовы к переменам. Играет свою роль и политика государства, фактор общей сплоченности перед "угрозами с Запада". Как все повернется дальше, сказать сложно. Очень многое зависит от действий политической элиты. Главное для нее - не потерять доверие граждан и действительно работать во благо страны.

Инфографика: "РГ"/Александр Смирнов/Екатерина Добрынина