Новости

09.12.2016 08:00
Рубрика: Экономика
Проект: Роснефть

Приватизация "Роснефти": стратегическая операция

Продажа 19,5% акций "Роснефти" стала шоком для Запада и выразителей его интересов. Либеральные аналитики полагали, что антироссийские санкции обеспечат надежную кредитно-инвестиционную блокаду нашей страны, в результате чего "Роснефть" будет вынуждена выкупить свои акции сама.
 Фото: Михаил Воскресенский/РИА Новости Директор Института проблем глобализации Михаил Делягин. Фото: Михаил Воскресенский/РИА Новости
Директор Института проблем глобализации Михаил Делягин. Фото: Михаил Воскресенский/РИА Новости

Публиковались даже разнообразные расчеты, насколько ослабеет рубль в том случае, если "Роснефть" выкупит свои акции за счет займов (в том числе у государства), а федеральный бюджет направит полученные средства на пополнение Резервного фонда, купив валюту для этого на бирже.

Эти и многие другие спекуляции потерпели крах, и их авторы стараются не вспоминать их, потратив, как после победы Трампа, заметное время на стирание своих постов в соцсетях.

"Путин переиграл всех", - пишет выделяющаяся на фоне даже западных медиа своей жесткой антироссийской позицией Wall Street Journal. Названная президентом России "крупнейшей приватизационной сделкой в нефтегазовом секторе в мире за 2016 год", продажа 7  декабря 19,5% акций "Роснефти" стала прорывом санкционной блокады и принесла бюджету 10,5 миллиарда евро. При этом дивиденды "Роснефти" составят отныне 35%, и такое изменение дивидендной политики является частью интегральной приватизационной сделки.

Первоначально минимальная цена продажи пакета была установлена на уровне 500 миллиардов рублей. Согласно принятым в Госдуме и утверждённым президентом изменениям в закон "О федеральном бюджете" за 2016 год", от продажи акций "Роснефти" государство должно было получить 703,5 млрд. На деле бюджет получит 710,8 миллиардов; премия инвесторов от текущих биржевых котировок составила минимальные для подобных сделок 5%, что представляется выдающимся успехом менеджмента "Роснефти", искавшего инвесторов (сообщается о переговорах более чем с 30 потенциальными покупателями) и "утрамбовывавшего" их.

Принципиально важно, что сделка носит стратегический характер и повышает ценность компании, качественно расширяя и закрепляя ее возможности надежно связанными с нею партнерами.

С одной стороны, крупнейший сырьевой трейдер Glencore, около года назад преодолевший серьезные финансовые проблемы, в отличие от других потенциальных партнеров не ограничивает "Роснефть" конкретным регионом, а обеспечивает глобальный масштаб ее операций. Увеличение объема реализуемой через него нефти (более чем вдвое) дополняется весьма ценным для "Роснефти" согласованием позиций на рынке. А кредитование Glencore одним из крупнейших европейских банков опосредованно возвращает "Роснефть" на западные финансовые рынки.

Один из крупнейших в мире суверенных фондов Qatar Investment Authority проявляет интерес к проектам добычи нефти на территории России и вполне может по следовать примеру BP, которая, став крупнейшим миноритарным акционером "Роснефти", активно стала вкладываться в разработку ее сибирских месторождений. Принципиально важно, что примеру Катара могут последовать другие инвесторы из стран Персидского залива, весьма ревниво следящие за активностью друг друга.

Не менее важен и геополитический аспект операции: в ближневосточном кризисе власти Катара, ориентируясь на США, были традиционными оппонентами России и ее союзников, причем порой исключительно жесткими. Смена американской администрации лишила их, как и многих других сателлитов США по всему миру, глобального прикрытия и, возможно, заставила переосмыслить, пусть даже и частично, свою позицию. Приобретение пакета "Роснефти" объективно связывает катарские власти с Россией и, как минимум, даже при сохранении их прежних геополитических устремлений, весьма серьезно ограничивает их свободу рук. В целом же сотрудничество с Катаром может оказать влияние на всю его позицию как на Ближнем и Среднем Востоке, так и в Африке, где его экспансия является весьма ощутимым сдерживающим фактором для Китая.

Не случайно только в результате сообщения о сделке котировки "Роснефти" подскочили на 5%, поставив рекорд, а рыночная капитализация впервые превысила 4 триллиона рублей. При этом стоимость госпакета акций увеличилась на 1,3 миллиарда долларов, а совокупный эффект операции для государства (включая прямые поступления в бюджет от приватизации "Башнефти" 5,16 млрд долларов и пакета "Роснефти" 11,12 млрд долларов, а также докапитализации госпакета акций "Роснефти" за счет синергетического эффекта после объединения с "Башнефтью" 1,25 млрд долларов, докапитализации государственного пакета после объявления продажи акций "Роснефти" 1,33 млрд долларов и привлечения первоклассных мировых инвесторов) составил около 19 миллиардов долларов.Однако и с сугубо коммерческой точки зрения сделка представляется выгодной для России. Вероятное использование акций "Роснефти" в качестве обеспечения сделки объективно заинтересовывает обоих инвесторов в поддержании и наращивании котировок. При этом государство сохраняет контрольный пакет акций, а в целом структура акционерного капитала обеспечивает гармоничный баланс интересов.

В целом менеджмент "Роснефти" превратил приватизацию пакета ее акций из традиционной портфельной сделки в глубокую и многоуровневую стратегическую операцию, позитивные последствия которой для России будут проявляться еще долгое время, а порой и весьма неожиданным образом.

Экономика Бизнес Крупные компании Компании Нефть и газ Роснефть
Добавьте RG.RU 
в избранные источники

Новости проекта