Новости

08.02.2017 15:43
Рубрика: "Родина"

Большевикам видится на расстоянии

О февральском крушении империи они узнали из европейских газет и писем далеких соратников
Текст: Андрей Сорокин (кандидат исторических наук, директор РГАСПИ, ведущий рубрики "Советская история. Документы")
Революционные события февраля-марта 1917 г. явились огромным потрясением - в том числе и для большевиков, не принимавших участия в революции, а наблюдавших за ней со стороны: как тех, кто в те дни находился в Петрограде, так и тех, кто был за границей.
Баррикады на Литейном проспекте. Март 1917 г. Фото: РГАСПИ Баррикады на Литейном проспекте. Март 1917 г. Фото: РГАСПИ
Баррикады на Литейном проспекте. Март 1917 г. Фото: РГАСПИ

В числе первых был Александр Гаврилович Шляпников (1885-1937), который с конца 1916 г. руководил работой Русского бюро ЦК РСДРП в Петрограде. Он информировал В.И. Ленина и других членов ЦК, находившихся за рубежом, о социально-политическом положении в Петрограде. Ниже мы публикуем одно из таких писем от 11 (24) февраля 1917 г., где Шляпников рассказывает о складывании в России революционной ситуации (док. N 1). Еще одно его письмо, адресованное московским "товарищам", повествует о митингах и забастовках в Петрограде в конце февраля 1917 г. (док. N 2).

Из заграничных отзывов мы публикуем записи из дневника Александры Михайловны Коллонтай (1872-1952), первой женщины-министра в России, датированные 1-3 (14-16) марта 1917 г. (док. N 3). В дни Февраля она находилась в столице Норвегии Христиании (ныне Осло). Любопытно читать эти впечатления Коллонтай, соотнося их с общей позицией РСДРП, выраженной в манифесте "Ко всем гражданам России"1.

Манифест РСДРП 2 (15) марта 1917 г.

По возвращении в Петроград в марте 1917 г. Коллонтай написала о своих первых впечатлениях Ленину и Н.К. Крупской, которые в то время еще находились в Европе. Это письмо от 26 марта (8 апреля) 1917 г. достаточно велико по объему, поэтому мы публикуем его с извлечениями, сосредоточившись на основных наблюдениях автора о текущем политическом моменте (док. N 5).

Как отмечала в своих письмах Коллонтай, в те дни перед новой властью в лице Временного правительства стояло множество проблем, но ключевым был вопрос о войне и мире. Первым официальным заявлением по этому поводу стало воззвание военного министра А.И. Гучкова от 9 (22) марта 1917 г. с призывом довести войну до победного конца и наладить дисциплину в армии. Этот характерный для риторики новых властей документ подлежал широкому распространению (док. N 4). В продолжение военной тематики мы публикуем обращение группы российских военнопленных в Австро-Венгрии к Петросовету с приветствием революции и идее Учредительного собрания (док. N 6).

Вопрос о созыве Учредительного собрания также был насущной проблемой Временного правительства сразу после Февраля. Ниже мы публикуем письмо председателя Временного правительства князя Г.Е. Львова министру юстиции А.Ф. Керенскому от 12 (25) апреля 1917 г. с просьбой высказать мнение о возможных кандидатурах на участие в разработке положения о выборах в Учредительное собрание. Примечательно, что в тексте письма над всеми перечисленными партиями, кроме большевиков, Керенский написал фамилии конкретных кандидатов, а над большевиками сделал помету: "только не Ленин" (док. N 7).

Публикуемые документы хранятся в РГАСПИ: документы N 1-2 - в фонде ЦК РСДРП (Ф. 17. Оп. 1), N 3, 5 - в личном фонде А.М. Коллонтай (Ф. 134), N 4 - в коллекции документов по истории России, 1885-1985 (Ф. 588), N 6 - в фонде Комитета заграничных организаций РСДРП (Ф. 351), N 7 - в коллекции документов о деятельности В.И. Ленина (Ф. 4).

Документы воспроизводятся с сохранением стилистических особенностей источников, с соблюдением общепринятых правил орфографии и пунктуации. Выявленные опечатки исправлены и не оговариваются.

Эти, а также многие другие документы будут представлены в этом году на двух крупных историко-документальных выставках, в которых РГАСПИ принимает участие. В апреле в Государственном центральном музее современной истории России состоится открытие выставки, посвященной столетию революции, где будет представлено большое количество документов РГАСПИ. В качестве головной организации наш архив в рамках проекта "Лидеры советской эпохи" готовит масштабную выставку, посвященную жизни и деятельности Ленина, открытие которой запланировано на IV квартал в здании Нового Манежа.

Публикацию подготовили заместитель начальника отдела использования РГАСПИ кандидат исторических наук Александр Лукашин и главный специалист отдела научно-информационной работы и научно-справочного аппарата РГАСПИ Наталия Волхонская.


N 1. Письмо А.Г. Шляпникова в ЦК РСДРП о положении в России
Петроград
11 (24) февраля 1917 г.

Дорогие друзья!

Пересылаю Вам кое-что из материалов. Легальное и Нелегальное.

В декабре было отправлено Вам, получили ли Вы? От Вас получил только письмо Льву2. Новой литературы еще нет. Старая получается. Почему не шлют новую?

Очень сожалею, что подолгу оставляю Вас без вестей, но ничего не могу поделать. Все товарищи перегружены работой. Обещают и только.

Организационные дела у нас неплохи, но могли бы быть куда лучше, если бы были люди. Теперь успешно организуем Юг, Поволжье, Урал. Основано Моск[овское] Областное Бюро. Ждем известий с Кавказа. Требуют людей и литературы. Постановка произв[одства] последней внутри России - очередная задача Б[юро] ЦК.

Публику удалось подобрать хорошую, твердую и способную. По сравн[нению] с тем, как обстоят дела у других - у нас блестяще. Можно сказать, что Всерос[сийская] организация в данное время есть только у нас. Есть "дикие" группки, кружки, но это всегда было. Кое-где в Питере и в провинции меньшевики, "объединенцы" и пр[очие] отколовшиеся вновь вступают в ряды партии. Мы приветствуем такую мобилизацию пролетарских сил.

"Центры" (Ин[ициативная] гр[уппа] и "Объед[иненный] Меж[районный] к[омитет]") ведут речи о создании общей организации. Мы предлагаем им вступать в наши ряды.

Нет времени много писать, но все же нужно, хоть кратко, черкнуть, что делается.

Политическая борьба с каждым днем обостряется. Недовольство бушует по всей стране. Со дня на день может вспыхнуть революционный ураган...

Правительство гнет свою "политику", дезорганизовало всю страну. Кое-где становятся заводы за недостатком угля. В городах не бывает хлеба, а дороговизна принимает характер "голодовок"... В морозы - сидят без дров.

Настроение угрожающее. В обывательской массе еще есть иллюзии на Думу. Эти иллюзии питаются "оппозицией" Думы, но мы боремся с этим миражом. Прогрессивный блок ведет антинародную политику. Всякое проявление массового недовольства буржуазия а`lа Милюков старается дискредитировать, представить в виде провокации...

В конце прошлого месяца из "Гвоздевских" кругов3 вышла прокламация-резолюция, призывавшая рабочих к демонстрации 14 февр[аля] вокруг Думы. Среди обывателей циркулируют слухи отн[осительно] "революции" от 14 фев[раля]. Действительно, психология массы очень подготовлена к уличным демонстрациям, хотя организованности былых времен нет. Демократия распылена, рабочие "разбавлены" различными спасающимися от позиции дворниками, лавочниками, домовладельцами и мужичками. Много женщин и детей. Все же необходимо приучать массы к уличной активной борьбе, и мы стояли за использование этих дней для выступления. И в противовес гвоздевщине проводить движение не по линии поддержки Думы, в том "лукаво-демон[стративном]" виде, как хотели гвоздевцы, а *под*4 своими знаменами и *против*5 Г[осударственной] Думы.

Я был в Москве, и москвичи разделяют эту позицию. С того времени гвоздевцев убрали. Организации, которая могла бы провести "хождение к Думе", нет, хотя возможна стихия. Наши товарищи стояли за всеобщую стачку в день суда над пятью депутатами (10 - 12 ф[евраля] 1915)6, но Б[юро] было за перенесение на 13-е, хотят стачку приспособить к годовщине суда. 10 - 12-го - масленица. Нек[оторые] заводы кончили работу 9го, а большинство 10-го в 2 ч[аса] дня.

Объявлять забастовку на праздники - это же глупо. Но эту глупость сделали. Когда П[етроградский] К[омитет] получил наше послание - у него уже был заготовлен листок (приложен), довольно неудачный. Но, как мы и предвидели, 10-го стачка не состоялась. Бросили работу за 1-2 ч[аса] до окончания всего не б[ольше] заводов 5. Т[аким] о[бразом], наносится небольшой удар П[етроградскому] К[омитету], но это сгладится выходом 2 листовки и заб[астовкой ] в день 13-го [февраля].

Правительство уже угрожает. Читайте приложенную хабаловщину7. Милюков в виде "разъяснения" от своих блокистов говорит о провокации, о депут[атах], "которые разд[ают] оружие" и т.д. Его ссылка на з[авод] Лесснера, где якобы выступали от его имени, - *ложь*8, все остальное - тоже подлая ложь. Сделаем соответствующее опровержение, если "хабаловщина" разрешит.

Либералы, а из них Милюков ведет себя подлецом по отн[ошению] к револ[юционному] движению. Клеймите его перед лицом демократии всего мира!

Ну, пока будет.

9-го забастовал зав[од] в Колпино. Подробности готовящегося движения сообщу в след[ующей] близкой почте.

Привет и лучшие пожел[ания].

Ваш С.

Р.S. Предложите Г. З[иновьеву] отмежеваться *по телеграфу от*9 "Волны"10. Он причиняет вред организации, и все послед[ствия] падут на него.

Пишите статьи!

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 1. Д. 1927. Л. 1-1об. Автограф.


N 2. Письмо А.Г. Шляпникова к московским товарищам о положении в Петрограде

[Позднее 23 февраля (8 марта) 1917 г.]

 

С 23-го пополудни мы переживаем большие события. В связи с женск[им] днем на некоторых заводах были организованы митинги. Закончилось забастовками в Выборгском районе, оттуда перешли в Центр на Петерб[ургскую] стор[ону] и т.д. К этому времени был закрыт, в связи с экономической забастовкой и митинговыми кампаниями, Путиловск[ий] завод. Рабочие Путилов[ского] зав[ода] обратились за помощью к организации. К этому же времени требования (недостаток хлеба) достигли необыкнов[енной] остроты, и все это отразилось на настроении рабочих кругов. В пятницу стачка приняла еще большие размеры, частично бастовал Трамвай. Утром были крупные демонстрации рабоч[их] (в 11 ч[асов] на Выб[оргской] стор[оне] шло в город до 50 тыс. рабочих). В различных частях города демонстр[ации] были в продолж[ение] всего дня. Днем и к вечеру большие митинги по всему городу и даже в различн[ых] част[ях] Невского.

В субботу стачка распространилась на весь промышл[енный] Питер. С полудня стал Трамвай. Днем демонстрации на Невском, у Казанск[ого] Соб[ора] и Знаменск[ой] площади. Были столкнов[ения] с полицией и учебными войсковыми командами. Убитых насчитывают десятками. Собиралась городская дума, высказалась за необходимость свободы печати, слова и собраний, а также выборов в предполагаемые рабочие комиссии по продовольствен[ному] вопросу. На призыв организации идти в город к Казанской пл[ощади] откликнулся весь рабочий и демокр[атический] Питер. Во всех переулках стоят войска. Время от времени раздаются залпы вдоль Невского у Знаменской пл[ощади] и других местах.

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 1. Д. 1929. Л. 1-1об.

Подлинник. Рукописный текст.


N 3. Записи из дневника А.М. Коллонтай с реакцией на революцию в России

Христиания (Осло)

1 (14) марта 1917 г.

В России что-то назревает. Как ни цензуруют газеты - этого не скрыть. Дебаты в думе - характерны. Из России совсем нет писем. Тоже симптом.

Вчера весь вечер говорили с Лялиным11 "о слухах" и что это может быть?

Пишу Владимиру Ильичу.

2 (15) марта 1917 г.

В России *грянула революция!*12

Да! Да! Да! Настоящая революция. Уже теперь нет сомнений. Пет[роградское] тел[еграфное] аг[ентство] сообщает во все газеты: беспорядки на почве дезорганизации продовольствия. Распущена Дума, правит[ельство] требовало ответить репр[ессивными] мерами. Но Дума уже образовала "Врем[енное] прав[ительство]", 12 чел[овек]. Во главе Родзянко13. "Вр[еменное] Прав[ительство]" обратилось к народу с воззван[ием] поддержать его до образ[ования] нов[ого] правит[ельства]. Петерб[ургский] гарнизон - 30 тыс. солдат - на стороне Думы! Энгельгардт14 (полк[овник] ген[ерального] шт[аба]) назначен ком[ендантом] города. Послан ком[ендант] от Вр[еменного] прав[ительства] и в Кронштадт.

Министры арестованы!

Началось с демонстраций. Первые слухи были очень противоречивы, но сразу чувствовалось, что дело совершено. Мы ждали этого. Еще накануне Юрий15 говорил, что, по его впечатлению, там что-то назревает. Да и дебаты в Думе на это указывали.

Сказка, а все же быль! Сердце бьется от непередаваемого волнения, счастья... Скорей бы туда!

Газеты все полны Россией. Относятся сочувственно. Но все считают, что врем[енное] прав[ительство] не заключит сепар[атного] мира.

Вот, когда тяжела оторванность! Хочется людей, хочется туда, в гущу. Ведь только теперь наша интернационалистическая работа начнется в России. "И нас будут вешать русские патриоты" - правильно говорит Юрий.

3 (16) марта 1917 г.

Царь - пал!

Этим возгласом разбудила меня сегодня Мисс Дундас. У меня так дрожали руки, что не могла отомкнуть дверь.

Чудеса! Министерство кадетское. Вр[еменное] Прав[ительство] взяло власть.

Бегу совещаться с Лялиным. Выписали Ганецкого. Послали письма Ленину.

Как смешно: а я как раз эти дни писала брошюру*16 популярн[ую]: "Кому нужен царь?" Вроде той "Кому н[ужна] в[ойна]?"

Еще не ухватываю всей грандиозности и важности совершившегося. Но "внутри" все дрожит.

Юрий хочет немедленно ехать в Россию.

13 (26) марта 1917 г.

Совершилось! Революция - факт. Амнистия политическим! Образован Совет рабочих депутатов. Чхеидзе17 вошел в правительство. Ну, значит с ним - разойдемся, он же оборонец.

Вчера совещались, как быть? Кому ехать в Р[оссию], кому остаться пока для связи? Ганецкий будет в Ст[окгольме] и останется "связью" с нашими в Швейцарии. Теперь важнее быть там. Надо дать направление политики партии в нашем духе, надо сразу же отмежеваться от Вр[еменного] пр[авительства] с оборонцами. Это ясно. Наша работа впереди.

Послали на разведку Хан[сена] (в Петроград).

А сегодня Киевские уехали. Прощались тепло. Кто знает, что ждет нас интернацион[алистов]? Для нас ясно, что пока революция эта идет по линии оборонцев.

"М[ожет] б[ыть] увидимся в рус[ской] рев[олюционной] тюрьме", шутил Юрий на прощанье. И невольно обнялись по-товарищески.

Жду директив от В.И. [Ленина], тогда и двинусь.

Женщины получили избирательское право в России! Сказка, чудеса! Каждая газета - новая радость, волнение. Живу в каком-то хмеле радости, волнения. Все еще не верится... Скорее бы ответ от Ленина.

РГАСПИ. Ф. 134. Оп. 1. Д. 113. Л. 25, 26-28.

Автограф.


А.Ф. Керенский (второй слева) принимает парад войск Петроградского гарнизона. Апрель 1917 г. / РГАСПИ

N 4. Телеграмма с приказом начальника штаба Верховного главнокомандующего М.В. Алексеева о распространении в армии воззвания военного министра А.И. Гучкова

11 (24) марта 1917 г.

Секретно

Оперативная Домбровица

По приказанию Командарма сообщаю для сведения и немедленного исполнения копию телеграммы Наштазапа18.

Минск. 10 марта 22 часа 55 мин[ут]. По приказанию Главкозапа19 передаю для немедленного исполнения телеграмму Наштаверха20 НР 3705: "Приказ начальника штаба Верховного Главнокомандующего":

"Объявляю воззвание военного министра 9 марта 1917 года. Воины и граждане свободной России, нашей Родине грозят новые испытания. Грозная опасность надвигается со стороны врага. По имеющимся сведениям, германцы накапливают свои силы для удара на столицу. Захват Петрограда повлечет за собой разгром России, положит конец новому строю, водворит старый порядок с прибавкой ига немецкого. Вся вековая работа Русского народа будет стерта с лица земли, и нам грозит опасность на заре Свободы обратиться в немецких батраков. Да не будет этого. Пусть каждый поймет, что нам необходимо сплотиться, необходимо быстро восстановить порядок, вернуть граждан к спокойному упорному труду, а армию к ее боевой работе. Без полного спокойствия в тылу армии нельзя вести войну. Солдаты, проникнитесь сознанием, что без прочной воинской дисциплины, повиновения начальникам, нет боеспособной армии.

Без строгого порядка армия обратится в толпу, опасную для своего Отечества. Она перестанет быть грозною для врага и легко сделается его добычей. Всякий, кто говорит Вам иначе, кто призывает Вас к беспорядку, непослушанию начальникам - изменник Отечества, работающий на пользу немцам, на пагубу России, нашей дорогой армии. Временное Правительство заявляет, что распоряжение его и приказ Военного Начальства являются для армии обязательными, и верит, что солдаты поймут это, от всего сердца сплотятся тесным кольцом вокруг своих офицеров, будут видеть в них тех вождей, которые всегда водили их к победам. Только повинуясь офицерам, солдаты сломят сопротивление врага и не дадут ему восторжествовать над Свободной Россией.

Солдаты, Вам довершить великую историческую задачу нашей Родины, идите за своими офицерами, помните, что без уважения к личности и чести офицера не будет сплоченности, не будет победы. Всякие выступления, затрагивающие достоинство офицеров, подрывают их авторитет, ведут к разрухе нашей дорогой армии. Тот, кто был в окопах, знает, что невзгоды боевой жизни одинаковы для солдата и для офицера, и пули и снаряды одинаково калечат того и другого. Голод и непогода также не делают различия. Много героев офицеров пали смертью храбрых. Личным примером, увлекая солдат, и солдатская и офицерская кровь слилась в общем потоке, созидая великий памятник, коим да возгордятся сыны России.

Офицеры, продолжайте руководить Вашими частями, уважайте честь и личность солдата, стремитесь завоевать его доверие к себе. Вам, как начальникам и старшим, надлежит вести армию к победе над врагом, надлежит подавать пример понимания всего величия переживаемой минуты. Враг зорко следит за нами, враг ждет каждого нашего неверного шага, воспользуется малейшими непорядками и отсутствием сплоченности в наших рядах. Если мы теперь споткнемся, враг добьет нас, нанесет нам стремительный удар. Потоки крови лучших сынов Отечества прольются за великое дело: история и Родина нам не простят, если кровь окажется пролитой напрасно, если ошибки переживаемых дней сведут ее на нет, приведут к позорному миру. Мы обязаны сохранить Великую Россию, созидательные труды наших предков, давших ей настоящее величие, бойтесь, чтобы потомство не заклеймило нас позором, так как победа врага вернет старый отживший строй. Нет ужаса горше исторического позора, а потому:

1) Временное Правительство, стремясь окончательно укрепить свободу народа Российского и видя угрозу величию России и ее новому строю в порабощении ее ненавистному врагу, вековому защитнику абсолютизма, облечено неуклонною решимостью довести войну до победного конца, идя для сего на все жертвы и призывая доблестных Русских воинов сплотиться вокруг своих начальников во имя изгнания врага.

2) Временное Правительство решительно заявляет, что признает глубоко прискорбными и совершенно недопустимыми всякие самоуправные и оскорбительные действия в отношении офицеров, геройски сражавшихся за Родину, без содействия которых невозможно укрепление нового строя. Подобные явления недопустимы ни в одной армии, в корне подрывают необходимую, как в мирное, так и военное время воинскую дисциплину, без которой армия, как бы велика и доблестна она ни была, не сможет иметь силы сопротивления и не может дать Родине желанной победы над врагом. Восстановление добрых и сердечных отношений между офицерами [и] солдатами и упрочение дисциплины является одной из важнейших забот Временного Правительства.

С этим горячим призывом Временное Правительство, поставленное народным доверием на страже интересов и бытия России, обращается к населению, армии и флоту. Только обладая полнотой власти, в мере полноты доверия может выполнить свой долг. Многовластие вызовет неизбежно паралич власти и снова приведет страну к тяжелой и грозной разрухе. И пусть тяжкая ответственность перед Родиной и историей падет на тех, кто станет в этом деле помехой Временному Правительству.

Военный и Морской Министр А. Гучков.

Объявляя настоящее воззвание, предлагаю объявить его во всех ротах, эскадронах и командах, расклеив текст во всех населенных пунктах театра войны.

Начальник штаба

Верховного Главнокомандующего

Генерал Алексеев

РГАСПИ. Ф. 588. Оп. 3. Д. 16.

Копия. Машинописный текст.

Начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал М.В. Алексеев.


N 5. Письмо А.М. Коллонтай В.И. Ленину и Н.К. Крупской (фрагменты)

26 марта (8 апреля) 1917 г.

Запись из дневника А.М. Коллонтай 2 (15) марта 1917 г.Дорогой Вл[адимир] И[льич] и дор[огая] Н[адежда] К[онстантиновна]!

Вот уже неделя, что нахожусь в водовороте "новой России", яркость и сила впечатлений такова, что передать их даже не пытаюсь. Потому ограничусь краткими, конспективными мазками.

Народ переживает опьянение совершенным великим актом. Говорю народ потому, что на первом плане21 сейчас не рабочий класс, а расплывчатая, разнокалиберная масса, одетая в солдатские шинели. Сейчас настроение диктует солдат, солдат создает и своеобразную атмосферу, где перемешивается величие22 ярко выраженных демократических свобод23, пробуждение сознания гражданских, равных прав и полное непонимание24 той сложности момента, какой переживаем. *Царит*25 среди лихорадочной сутолоки, среди стремления создать, построить что-нибудь новое, отличное от прошлого, слишком громко звучит нотка уже достигнутого торжества, будто дело сделано, закончено26.

[...]

"Мы - уже у власти - таково самовольно-ошибочное настроение большинства в Совете. И этим опьянением достигнутыми успехами, конечно, пользуется Гучковское правительство, склоняясь лицемерно перед волей и решением Совета в27 частностях, но, разумеется, в основном, главное в вопросах о войне28, удерживая в руках своих бразды.

[...]

Военный министр А.И. Гучков.

В Совете целый день идут митинги, преимущественно для солдат, но приходят и гимназисты, и прочие. Ораторы уже охрипли, а новая и новая волна народу, делегации в сотни человек вливается и выливается из Дворца29.

С.Р. и С.Д. - это сердце движения. Его слово веское, к нему прислушиваются. Правит[ельство] (в определенных пределах и границах) с ним считается. Но, боюсь, что С.Р. и С.Д. - это *французский*30 Парламент. В нем все время проглядывает какая-то осторожность, нерешительность. Нет ясной, отчетливой полит[ической] линии. Нет размаха госуд[арственного] строительства на новых началах.

Объясняется это прежде всего совершенно невозможным составом Исп[олнительного] Ком[итета]. Публика не то, что разношерстная, хуже - туда набрались какие-то несусветные личности, которых мы, старые парт[ийные] работники, совершенно не знаем. Воспользовавшись отсутствием конкретных идей в момент рев[олюционного] порыва, туда засела публика вроде Стеклова, Суханова - величин неизмеримо более мелких.

[...]

Присутствуя на И[сполнительном] К[омитете], часто остро страдаем, чувствуя, что с нами *не считаются*31. И это в такой момент, когда наши должны были бы и могли вырвать Исп[олнительный] К[омитет] из того болота нерешительности, в кот[ором] И[сполнительный] К[омитет] все больше и больше завязает. Наши требуют проверки мандатов и переизбрания членов И[сполнительного] К[омитета]. Но *большинство*32 резко этому противятся.

У меньшев[иков] дело не много лучше. Но так как в И[сполнительный] К[омитет] приняли Церетели - они получили неожиданно радостное подкрепление. Церетели пользуется сейчас больш[им] влиянием - ведь это же яркий представитель "революционного оборон[чества]". У меньшев[иков] в И[сполнительном] К[омитете] руководителями являются: Ларин, Богданов, Церетели, Чхеидзе. Ларин расходится с Б[огдановым], Ц[еретели] и Ч[хеидзе] по вопросу об рев[олюционном] оборончестве, поддерживая линию против оборонцев.

[...]

Сейчас важно строить, строить и строить партию, но строить именно на тех новых основах, кот[орые] Вы указываете. Это далеко не все схватывают. Несколько Ваших писем печаталось. К Вашему голосу прислушиваются не только "наши", но и противники. Сегодня у нас собрание по поводу ближ[айшей] конференции (28го). Из ряда практических задач сейчас самое большое осложнение: рабочие (гл[авным] обр[азом] необразованная публика) не становятся на работу. Это не забастовка, а хаос. Чувствуется скверное влияние притаившихся черносотенцев, ведущих линию дезорганизации сил. С этим придется серьезно бороться. Пока *массы за нами*33. Но время такое, когда надо не только организовывать, но и браться за чисто свои задачи, чтобы удерживать влияние на массы.

[...]

Тепло, сердечно жму руки всем друзьям.

Ваша А.К.

РГАСПИ. Ф. 134. Оп. 1. Д. 323. Л. 1-3. Автограф.

А.М. Коллонтай.


N 6. Наказ социалистической группы "Вперед" лагеря военнопленных в Шомории (Австро-Венгрия) Совету рабочих и солдат Петрограда

Альтен-Грабов

7 (20) апреля 1917 г.

Совету рабочих и солдат

Дорогие товарищи.

С далекой чужбины полузабытые русские военнопленные шлют Вам свой горячий привет, как единственным выразителям интересов русской рабочей крестьянской и крестьянской демократии.

Всецело присоединяемся к Вашим лозунгам за устройство в России Демократической Республики и скорейший созыв всенародного Учредительного Собрания.

Оно только в состоянии разрешить такие наболевшие вопросы, как рабочего законодательства, земельный и вопросы войны и мира.

Только оно - избранное демократическим путем - может дать гарантию Пролетариату и трудовому крестьянству к свободному развитию и победоносному шествию к своим заветным целям.

Только демократия, взявшая твердо власть в свои руки, способна положить конец преступной бойне народов, и только она в силах установить на земле действительно прочный мир, освободивши для производительного труда бесчисленные армии солдат, льющих свою кровь за не имеющую границ алчность капитала.

Уполномоченные для редакции и подписи

А. Викулин

А. Синицын

Цветков

Т. Поляков

Кохановский

Матвеев

Курочкин

Р. Бубнов

И. Иванов*34

РГАСПИ. Ф. 351. Оп. 2. Д. 174. Л. 8.

Подлинник. Рукописный текст.


Князь Г.Е. Львов, ставший первым премьер-министром Временного правительства.

N 7. Письмо Г.Е. Львова А.Ф. Керенскому

12 (25) апреля 1917 г.

Многоуважаемый Александр Федорович.

риступая, согласно постановлению Временного Правительства, к выяснению путем сношений с руководителями политических партий вопроса о том, какие лица явились бы наиболее желательными для партийных организаций представителями их *в образуемом совещании для выработки положения о выборах в Учредительное Собрание*35, обращаюсь к Вам с покорнейшею просьбой сообщить мне в возможно скорейшем времени Ваше мнение о том, к каким именно лицам следует обратиться для выяснения упомянутого выше вопроса по отношению к партиям: *трудовой*36, *социалистов-революционеров*37, *народных социалистов*38 и *социал-демократов-большевиков*39.

Примите уверения в уважении и преданности.

Князь Львов.

РГАСПИ. Ф. 4. Оп. 4. Д. 10. Л. 1.

Подлинник.

Машинописный текст

на бланке Временного правительства,

подпись - автограф.

Письмо Г.Е. Львова А.Ф. Керенскому 12 (25) апреля 1917 г.


1. Манифест ЦК РСДРП "Ко всем гражданам России" 2 (15) марта 1917 г. // РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 1а. Д. 77. Л. 5.
2. "Лев" - псевдоним большевика А.Г. Антонова, члена РСДРП с 1904 г.
3. "Гвоздевцы" - политическая группа внутри меньшевиков во главе с Кузьмой Антоновичем Гвоздевым (1882-1956). Стояли на позициях "оборончества". Были инициаторами создания рабочей группы при Центральном военно-промышленном комитете. В октябре 1917 г. были арестованы советской властью.
4. Слово подчеркнуто черными чернилами.
5. Слово подчеркнуто черными чернилами.
6. Суд над пятью депутатами IV Государственной думы состоялся 10-13 февраля 1915 г. Они были арестованы за проведение в ноябре 1914 г. нелегальной конференции в Озерках, под Петроградом, где обсуждались ленинские тезисы о выходе из войны и подготовке революции. А.Е. Бадаев, М.К. Муранов, Г.И. Петровский, Ф.Н. Самойлов и Н.Р. Шагов были обвинены в государственной измене и сосланы на вечное поселение в Туруханский край.
7. Хабалов Сергей Семенович (1858-1924) - генерал-лейтенант, с июня 1916 по февраль 1917 гг. командующий войсками Петроградского военного округа.
8. Слово подчеркнуто черными чернилами.
9. Текст подчеркнут черными чернилами.
10. "Волна" - большевистское печатное издательство.
11. "Лялин" - псевдоним Георгия Леонидовича Пятакова (1890-1937) - большевика, члена РСДРП с 1910 г., с 1914 г. находился за границей, с 1916 г. проживал в Норвегии.
12. Текст подчеркнут карандашом.
13. Вероятно, под названием "Временное Правительство" Коллонтай имеет в виду "Временный комитет Государственной думы" (ВКГД), созданный 27 февраля 1917 г. и который действительно возглавил бывший председатель Госдумы М.В. Родзянко.
14. Энгельгардт Борис Александрович (1877-1962) - в феврале-марте 1917 г. революционный комендант Петрограда, глава Военной комиссии ВКГД.
15. "Юрий" - Пятаков.
16. Далее зачеркнуто: "вроде".
17. Чхеидзе Николай Семенович (1864-1926) - меньшевик с 1903 г., депутат III и IV Государственных дум, в феврале 1917 г. избран членом Временного комитета Государственной думы, одновременно с этим избран председателем Петросовета.
18. Наштазап - Начальник штаба Западного фронта.
19. Главкозап - Главнокомандующий Западным фронтом.
20. Наштаверх - Начальник штаба Верховного Главнокомандующего.
21. Далее зачеркнуто: "не".22. Далее зачеркнуто: "ярк".
23. Далее зачеркнуто: "созна".
24. Далее зачеркнуто: "момен".
25. Слово зачеркнуто.
26. Далее зачеркнуто: "и остается одно лишь".
27. Далее зачеркнуто: "частных".
28. Далее зачеркнуто: "продолжая вести".
29. Речь идет о Таврическом дворце, где в то время проходили заседания Петроградского совета рабочих и солдатских депутатов.
30. Слово написано неразборчиво.
31. Текст подчеркнут синими чернилами.
32. Слово подчеркнуто синими чернилами.
33. Текст подчеркнут синими чернилами.
34. Несколько подписей написаны неразборчиво.
35. Текст подчеркнут черным карандашом.
36. Вписано над строкой карандашом: "М.Е. Березин".
37. Вписано над строкой карандашом: "В.М. Зензинов".
38. Вписано над строкой карандашом: "А.В. Пешехонов".
39. Вписано над строкой карандашом: "только не Ленин".