Новости

12.05.2017 14:06
Рубрика: Культура

Топи Лехтипуу: В Хельсинки идет своя театральная жизнь, о которой не все знают

В главном зале знаменитого Хельсинкского фестиваля с потрясающей воображение акустикой самого Ясухисы Тойота состоялся концерт, на котором маэстро Даниэль Баренбойм продирижировал молодежным оркестром "Западно-восточный диван", объединяющим арабских и израильских музыкантов. Концерт был организован фестивалем, художественным руководителем которого вот уже два года является Топи Лехтипуу, тенор с мировой известностью, страстно увлекшийся вопросами синтеза искусств.
Художественный руководитель Хельсинкского фестиваля Топи Лехтипуу. Фото: Пресс-служба Хельсинкского фестиваля/Petri Anttila Художественный руководитель Хельсинкского фестиваля Топи Лехтипуу. Фото: Пресс-служба Хельсинкского фестиваля/Petri Anttila
Художественный руководитель Хельсинкского фестиваля Топи Лехтипуу. Фото: Пресс-служба Хельсинкского фестиваля/Petri Anttila

Сам фестиваль пройдет в столице Финляндии в августе, билеты на концерты уже разлетаются стремительно. Среди участников - американская примадонна Рене Флеминг и австралийская актриса Кейт Бланшетт. Чем еще необычен Хельсинкский фестиваль и насколько для финского музыканта притягательна московская театральная жизнь "РГ" рассказал Топи Лехтипуу.

Появление вас, артиста с реноме строгого академического музыканта, у "руля" столь неакадемичного Хельсинкского фестиваля показалось несколько неожиданным. Означает ли это, что фестивальная политика будет меняться в сторону академизма?

Топи Лехтипуу: Да, я пришел из области классической музыки. Но меня восхищает не только академическая и рок-музыка, но и другие формы искусства - театр, новый цирк, визуальные искусства. Предложение возглавить Хельсинкский фестиваль было мечтой, я согласился мгновенно. К тому же у меня был многолетний опыт работы на фестивалях в качестве руководителя, например, в Турку, куда дважды приезжал оркестр под управлением Валерия Гергиева. Хельсинкский фестиваль стал продолжением этого опыта, открыв новые возможности для привлечения других форм искусства.

Не стану скрывать, что "шляпу певца" я на себе оставляю, но пиарить себя как вокалиста на этом фестивале в мои задачи не входит. Этот мультикультурный фестиваль заинтересован в вовлечении максимального количества форм и жанров разных искусств и привлечении всех типов публики. Я вижу своей задачей соединять разные искусства, ставя рядом друг с другом, при этом не смешивая, и посмотреть, что получится из этой fiction. В этом заключается мой личный интерес, это мне кажется перспективным.

Не поделитесь примерами подобного фестивального синтеза?

Топи Лехтипуу: Год назад мы попробовали дать прозвучать рэпу как классической музыке, а музыке Мендельсона - вместе со стрит дансом. Результат превзошел все ожидания: публика, пришедшая со стороны брейк-данса, хлопала после каждого соло. Был концерт, где классические песни и романсы в исполнении Флориана Бёша звучали в контрапункте с кино - классическим финским фильмом, очень подходящим этим песням. Фильм стал "переводчиком" с одного языка искусства на другой. Так мы проверили условные формы искусства на их открытость.

В этом году нас ждет видеоинсталляция Джулиана Розенфельдта "Манифест", состоящая из 13 короткометражных фильмов на основе художественных манифестов, в том числе и коммунистического. Все в целом длится около одиннадцати минут, на одном языке. В каждом из короткометражек главную роль играет Кейт Бланшетт. Манифест дадаизма, к примеру, произносится домохозяйкой, кормящей ребенка завтраком. Эти фильмы будут демонстрироваться одновременно. Нас интересовало погружение в идею. Как относиться к этим манифестам сегодня? Так ли необходимо художникам подчиняться этим манифестам? Поразительно, но это захватывает, смотрится на одном дыхании.

Вы участвовали в аутентичной постановке барочной оперы "Ипполит и Арисия" Рамо. Не хотели бы поэкспериментировать в этом направлении?

Топи Лехтипуу: Да, меня поразила эта постановка, которая при всем аутентизме машинерии и системы барочных жестов не производила впечатления музея. Барочная жестикуляция, соединяющая слово, музыку и тело, до сих пор сохранила в себе силу воздействия: это язык, который живет, работает, устанавливая сильнейшую связь с публикой! Всем певцам пришлось освоить и хореографию. Подумать в этом направлении нам стоило бы, но мы боремся за каждую минуту репетиционного времени, а одна из потенциальных площадок - городской театр - находится на реконструкции. Но в 2020 у нас появится новый Дом танца, которого все очень ждут.

Насколько Хельсинкский фестиваль локален и интернационален?

Топи Лехтипуу: С одной стороны, фестиваль проистекает из арт-контекста Хельсинки, где существуют великолепные институции классической музыки - Национальная опера, где своя театральная жизнь, о которой не все знают, но у нас отличные драматурги, режиссеры и актеры. Нашей задачей является показать, что существует между искусствами, что способно объединять. Большая часть исполнителей, конечно, финны, чему мы, безусловно, очень рады, но мы стараемся привлекать и артистов из-за рубежа, работаем в этом направлении.

Не так давно мне довелось побывать в Москве и я пришел в неописуемый восторг от насыщенности театральной жизни. Я восхищен уровнем, инновационностью, например, в электротеатре "Станиславский", где прекрасное пространство, где Борис Юхананов тоже работает в направлении синтеза искусств. Он смел, авангарден, ничего не боится. В Москве фантастические актеры, с блестящей техникой, с чувством иронии. Я покорен спектаклем Римаса Туминаса "Евгений Онегин" в Театре Вахтангова - потрясающая постановка, в которой чувствовался метафорический театр. Мне бы очень хотелось с ними посотрудничать.

Культура Музыка Культура Театр