"Добрые люди, снесите платок по адресу..."

Арестант вышил на нем послание сыну и выбросил из камеры на улицу

В пермском государственном архиве новейшей истории хранится это вещественное доказательство из уголовного дела Василия Лаищева, осужденного за антисоветскую деятельность.

Добрые люди снесите платок по адресу за 20 руб Молотов ул. Комунистическ. N72 кв. 4 во флигеле Лаищев Витя или N70 Детясли Ваулиной Поле няне.
Витя я в Ташкент не уехал. Арестовали посадили в тюрму Н.К.Г.Б. у театра оклеветал Цехотск.
После суда переведут N1 сообщу живи с матерью
Припаси зим. одеж. продукты учебу продолжай.
Носите передачи пишите и помните обо мне
Подателю деньги отдай и носите передачи
Прощай!"

В СИЗО Лаищев попал прямо с поезда: ехал в командировку в Ташкент, но его сняли на второй станции. В кармане нашел платок (а возможно, снял с ноги портянку), из лацкана пиджака, по всей видимости, извлек швейный набор. В следственном изоляторе НКВД были запрещены письменные принадлежности, но разрешалось иметь подшивочный материал - иголки и нитки для мелкого ремонта одежды.

Письмо Василий Лаищев закончил рисунком: ладонь тянется сквозь клетку. Свернул платок и выбросил в крохотное оконце камеры. Прохожий поднял его.

И отнес дежурному по СИЗО.

Василий Иванович Лаищев родился в деревне Большая Осиновка Оханского района Пермской области. До ареста трудился топографом на предприятии "Молотовнефть". Отчего размеренная жизнь советского служащего сделала такой зигзаг и забросила человека в тюрьму?

"Лаищев В.И., будучи враждебно настроен к советской власти, составил анонимный антисоветский документ повстанческого характера, так называемое "Воззвание партии "Народная воля". В этом документе Лаищев В.И. от имени Молотовского комитета партии "Народная Воля" призывал бойцов Красной армии и рабочих к свержению советской власти вооруженным путем, и физическому уничтожению коммунистов, в резкой форме клеветал на Советское правительство" (Ф.641/1. Оп.1. Д.17012. Л.4).

Воззвание на шести крошечных листах тоже хранится в деле.

"Мы подошли к великой трагедии уничтожения русской нации. Вот к чему нас привела пресловутая партия большевиков, её хваленая политика и ежедневная болтология о мощи "красной армии", о запасах вооружения и продовольствия, все это оказалось мифом, мыльным пузырем, который лопнул при первом дуновении "Западного ветра"..."

В протоколах допросов вину свою Лаищев частично признал - только в том, что переписал от руки письмо:

"Антисоветски настроенным человеком я стал с 1942 года в связи с резким ухудшением материального положения, недостатком продуктов питания. Мне казалось, переживаемые мной трудности являются следствием неправильной политики Советского правительства. Это и явилось главным, что толкнуло меня к антисоветской деятельности..."

Следствие "копнуло" глубже: Лаищеву вменили, что он аж с 1935 года выезжал в командировки, где знакомился с враждебно настроенными к советской власти лицами, обсуждал с ними вопросы антисоветского характера, высказывал убеждения о необходимости изменения государственного строя. И квалифицировало его деяния по статьям 58-10 (ч. 2) и 58-11 Уголовного кодекса РСФСР.

10 января 1946 года суд отправил Лаищева в лагерь на 10 лет. Выйдя на свободу, он подал в прокуратуру просьбу о реабилитации: 17 листов в клетку испещрены аккуратным почерком и датированы 19 февраля 1960 года. Василий Иванович подробно написал о доносчиках, передергивании фактов, жестоких методах следствия...

"Узнав, что Советское правительство встало на путь исправления ошибок и злоупотреблений прошлых следственных органов в вынесении приговоров, я обращаюсь к Вам с просьбой о пересмотре моего дела".

Но прокуратура, проведя еще одну графологическую экспертизу, подтвердила: "Народная воля" переписана рукой Лаищева, а значит, в реабилитации нужно отказать за отсутствием оснований. И только в 1989 году после повторного прошения приговор отменили и дело прекратили за отсутствием состава преступления: "высказывания Лаищева контрреволюционной пропагандой и агитацией не являются, так как в них нет призыва к свержению, подрыву или ослаблению советской власти".

К тому времени Василию Ивановичу исполнилось 87 лет.


P.S. Любой посетитель архива может познакомиться с уголовным делом Василия Лаищева, которое разрешил открыть его сын. Теперь уже не узнать, что в его показаниях и выводах следователей было правдой, что вымыслом. Доподлинным навсегда останется лишь вещественное доказательство сломанной судьбы - отцовский платок, все-таки дошедший до адресата.