It's the animal, the animal, the animal instinct in me

Рецензии
    06.07.2017, 15:58
Текст:   Олег Усков
Колумбия. Богота. Заурядное утро предстоящих трудовых будней. Ничто не предвещает. Клерки и обслуга привычно стягиваются в несколько подозрительно стоящее на отшибе офисное здание международной компании. Где - вскоре окажется - не пойми чем они занимаются во имя не пойми чего. Перекладывают бумажки, чешут влажные языки, злоупотребляют легкими, но с того не менее запрещенными рядом законов веществами, сексуально домогаются коллег, прочее. Словом, все как у людей.
 Фото: kinopoisk.ru  Фото: kinopoisk.ru
Фото: kinopoisk.ru

И когда очередной виток тунеядства уже готов был раскрутиться в традиционное русло вселенской скукоты, страшный голос по внутренней связи заявляет, что, мол, присутствующие, восемьдесят человек, от слесаря до руководителя отдела, отныне - участники особого социологического эксперимента. По проверке на прочность и выживаемость, суть тестированию навыков работы в команде и способности принимать жесткие решения - и порознь, и коллегиально. Как то: сотрудникам необходимо спешно выбрать на заклание некоторое количество жертв из своих рядов. Проголосовать и убить. В противном случае погибнут все: при приеме на работу они проходили медицинское обследование. Во время которого в затылочные области черепов претендентам и вживили чипы с зарядами. Вполне способными, в случае активации, расплескать мозги по интерьеру.

Первая стадия принятия неизбежного - отрицание. Как заведено, ряд граждан не верит, полагая происходящее глупой шуткой, невеселым розыгрышем, чем-то еще. И в доказательство, что происходящее отнюдь не глупая шутка и уж никак не розыгрыш, их мозги невидимые некто тут же расплескивает по интерьеру.

Наступает осознание, пусть и не сразу, серьезности ситуации. Включаются, пусть и очень, очень не сразу, древние инстинкты. С глубинных недр подсознания выползает все самое архаичное, дикое, старательно туда утоптанное т.н. общепринятой моралью, обрядами сосуществования в т.н. цивилизованном обществе. Вся тина, плесень, вся посконная гниль, вся дрянь и чернота, которую люди так усиленно в себе давят и сдерживают, выскакивает и восторженно кричит "э-ге-гей!!!".

Соответственно, дальнейшее в кадре - пир плоти, пир мышечного рефлекса, на все лады сочная, оголтелая и с явным удовольствием выписываемая, недорогая и злобная иллюстрация классического, и без того известного тезиса, что люди - по-прежнему животные, трусливые, хитрые, подлые, коварные, в подавляющем своем. Средних размеров и силовых показателей хищники, которые наверняка оскалятся (не зря же эволюция так и не сточила нам до конца клыки) и вцепятся, стоит лишь надавить на нужные точки в нужной последовательности, поставить перед нужным фактом.

Секрет Полишинеля, как говорится, детектед.

Мясо, бойня, кишки, взвизги, колотушка, мэнхантинг и прочие забавы в вакууме, да с прибауточками. Под присмотром невидимого ока Большого брата. Не совсем понятно на кой черт иллюстрирующего и так очевидное.

Количество художественных сюжетов, драматических ситуаций, как известно, строго тупиково и ограничено. Их 36, и ни фартинга больше. Всё сверх - гибриды, смеси и кроссоверы.

Один из самых ходовых миксов с некоторых пор - формат "повелитель мух". Изолированный наносоциум, общество в миниатюре, где рано или поздно происходит тюремное межевание на "альфа" и "бета", на лидеров и на корм и рабов. Это непререкаемый базис. Где надстройка - антураж локаций. Открытые территории ли, как в "Королевской битве", Lost или "Голодных играх", замкнутые ли пространства, как в "Кубе", "Мгле" Кинга или "Эксперименте" Хершбигеля - не суть: "всё будет так, исхода нет". Дай человеку молоток, и, он, возможно, вколотит, конечно, гвоздь в стену, но после обязательно проломит им голову ближнему.

Варьируется лишь форма подачи всей этой свинины: от экзистенциальных драм до сатиры, пародий и комедий. В данном случае - черных. При условии, если вы, конечно, находите смешным то, как пресловутый офисный планктон наконец-то срывается с катушек и начинает сладострастно корчевать друг дружку с перекошенными козьими мордами, деля на ноль. То есть выпускает наружу внутреннего зверя. Который, в свою очередь, пытается выпустить кишки окружающим.

The Belko Experiment (в оригинале) сделали режиссер-австралиец Грек МакЛин, создатель главной тамошней маньячной франшизы "Волчья яма", и сценарист-продюсер, тот еще юморист, Джеймс Ганн ("Стражи Галактики", "Порно для всей семьи", "Слизень"). Похоже, перекуривая в сортире в паузах меж работ над базовыми проектами. И в навязчивом желании отдать дань памяти скончавшемуся почти пятнадцать лет назад японскому патриарху Киндзи Фукасаку, автору, собственно, "Королевской битвы". Которая, помнится, немедленно было поднята на жупел кинокритиками, напророчившими картине сонм последователей, подражателей и болельщиков.

О чем, в общем-то, несложно было догадаться: это ж модно, знаете ли, - быть букой, циником и мизантропом.

3.0

Добавьте RG.RU 
в избранные источники