1 октября 2017 г. 13:00

Карибский связник

Дочь Александра Феклисова, связавшего напрямую Кеннеди и Хрущева, поделилась воспоминаниями об отце
Александр Феклисов.
Александр Феклисов.
Над одним из столиков фешенебельного вашингтонского ресторана "Оксидентал" висит табличка, на металле несколько строк: "В напряженный период Карибского кризиса (октябрь 1962 года) таинственный русский мистер "Х" передал предложение о вывозе ракет с Кубы корреспонденту телекомпании "Эй-би-си" Джону Скали. Эта встреча послужила устранению возможной ядерной войны".

Резидент политической разведки

Рядом с табличкой - портрет корреспондента. Но нет ни имени, ни портрета его собеседника. С кем общался за этим историческим столиком Джон Скали, звезда американской тележурналистики, человек, приближенный к семье Кеннеди? Русский мистер "Х" - резидент советской политической разведки в Вашингтоне Александр Фомин.

Подлинное имя - Александр Семенович Феклисов.

Ресторан "Оксидентал". Стол, за которым 26 октября 1962 года встретились известный политический обозреватель Дж. Скали и А. Фомин (Александр Феклисов). Над столом бронзовая табличка и портрет журналиста.

Вернемся в тот день, 26 октября 1962 года. На Кубу уже переброшен 40-тысячный контингент наших военных, почти завершен монтаж 42 ракет с ядерными боеголовками, нацеленными на США. Мир на грани третьей мировой войны. Полковник внешней разведки Александр Феклисов - один из тех очень немногих людей, благодаря которым удалось предотвратить катастрофу.

Его дочь Наталия Александровна Феклисова-Асатур узнала о тайной работе отца уже взрослым человеком.

- Только в сорок девять лет, - рассказывает она мне, - я впервые услышала, что отец занимался разведкой, работал с такими людьми, как Юлиус Розенберг и Клаус Фукс... Я была ошеломлена. В школе нам рассказывали о жестокости и предвзятости американского суда, пославшего молодых супругов Розенберг на электрический стул. Я и представить себе не могла, что отец встречался с ними и даже считал Юлиуса Розенберга своим другом! Об этом дома никогда не было ни слова, ни намека. Мы с сестрой четко знали одно: отец - сотрудник МИДа. Он очень любил фильм "Семнадцать мгновений весны", когда его показывали, всегда звал нас с сестрой, хотел, чтобы мы смотрели вместе. Мы думали: вот как нравится папе картина. Только много лет спустя я стала понимать, что его жизнь, работа в Нью-Йорке, Лондоне и Вашингтоне - материал для нескольких таких фильмов!

На склоне лет Александр Феклисов навестил могилу Розенбергов в Лонг-Айленде. / из личного архива


Холостой стажер

Разведчиком, как рассказывал сам Феклисов в документальном фильме "Карибский кризис глазами резидента", он стал случайно. "Мой отец - стрелочник на железной дороге, и в детстве я мечтал стать помощником машиниста, ну, может быть, даже машинистом". Но когда Феклисов заканчивал Институт инженеров связи, ему предложили продолжить учебу в ШОН - Школе особого назначения. А уже через год, в 1941-м, стали готовить к командировке в США.

Наталия Александровна до сих пор удивляется: как могли отца послать в Америку? Слишком молод. Языком владеет слабо. Не обзавелся семьей. Наконец, глуховат. В юности, когда загорелся дом, где жила семья Феклисовых, он всю ночь спасал людей и под утро рухнул спать на холодные доски в сарае. Проснувшись, не сразу понял, что одно ухо не слышит.

Но руководство ШОН разглядело в нем нечто более важное: Феклисов способен работать сутками и всегда добивается поставленной цели. Первое задание начинающему разведчику - установить двустороннюю радиосвязь с Москвой. Каким образом? Это он должен решить сам, на месте. Стажеру генконсульства СССР в Нью-Йорке Александру Фомину, так его зовут по легенде, выделяют комнату в невысоком доме, окруженном многоэтажками. Парень с Рогожской заставы находит и покупает несколько бамбуковых шестов (такими пользуются спортсмены), скрепляет их муфтами, ставит получившуюся антенну на растяжки - и отныне Нью-Йорк с Москвой соединены невидимой прочной нитью.

С женой Зинаидой и дочерью Наталией в Лондоне. 31 декабря 1947 года.

Довольно быстро Александр исправляет в анкете графу "не женат". Наталия Александровна показывает фотографию миловидной молодой женщины:

- Это мама в год их знакомства. В Нью-Йорк прислали для работы в Амторге десять девушек, окончивших в Москве иняз. Отец говорил, что Зина Осипова сразу очаровала его своими васильковыми глазами. Зинуля, так отец звал маму, стала не только женой, но и хорошей помощницей. Свободно владея английским, она могла заговорить и увести в сторонку любую американскую жену, чтобы мужчины наедине могли обсудить свои проблемы.

Отец умел расположить к себе почти любого человека. За время работы, это мы позже узнали, у него было 17 агентов-иностранцев, - продолжает Наталия Александровна. - Некоторых он называл друзьями. Уже много позже отец устроил в своей московской квартире на Большой Грузинской "тайник дорогих вещей" (так он его называл), видимо, на случай, если в дом залезут воры. Как-то достал при нас с сестрой старый потрепанный бумажник: "Подарок американского друга". Но какого, так и не сказал.

Работа с "друзьями" и приводила разведчика не раз в центр важных, поистине исторических событий.


Историческая встреча разведчика с журналистом в ресторане. /  кадр из фильма "13 дней".

Великий переговорщик

22 октября 1962 года Фомина приглашает на завтрак в ресторан "Оксидентал" Джон Скали - известный политический телеобозреватель. Разведчик встречался с ним уже в течение полутора лет.

Скали выглядит взволнованным. Без предисловий начинает обвинять Хрущева в агрессивной политике: "Не свихнулся ли ваш генсек?" Феклисов возражает: "Гонку вооружений инициировали Соединенные Штаты!"

Двое расстаются, недовольные друг другом. Ситуация с каждым часом становится все более взрывоопасной. В резидентуру просачиваются секретнейшие сведения: американская армия будет готова к высадке на Кубу 29 октября. И в то же время из Москвы не поступает никаких важных указаний...

- Отец, - говорит Наталия Александровна, - молчал о событиях вокруг Карибского кризиса много лет. Однажды только было что-то вроде намека, но я тогда по молодости ничего не поняла. Он дал мне два билета в театр Сатиры на спектакль по пьесе Бурлацкого "Бремя решений". Сказал: "Это может быть интересно. Там про американские дела, президента Кеннеди играет Андрей Миронов. Я пойти не могу". Мы с подругой побежали только из-за Миронова. В пьесе говорилось о Карибском кризисе, там был советский сотрудник по фамилии Фомин, а я ведь, поскольку родилась в Нью-Йорке, в детстве носила эту же фамилию! Могла бы, кажется, о чем-то задуматься... Но, честно говоря, нам смотреть спектакль было не интересно.

Сентябрь 1959 года. Штат Айова. Александр Феклисов (второй справа) среди сопровождающих Хрущева. / из личного архива

Утром 26 октября Фомин решает пригласить Скали на ланч в тот же ресторан в надежде получить от него свежую информацию. В книге "Опасность и выживание" Макджордж Банди (советник по вопросам национальной безопасности США) напишет потом, что о предстоящей встрече Скали с советским разведчиком было доложено президенту. Кеннеди велел передать Фомину: "Время не терпит. Кремль должен срочно сделать заявление о своем согласии без каких-либо условий вывести свои ракеты с Кубы".

Память разведчика сохранила эту встречу во всех деталях. Александр Семенович рассказал о ней в книге "Признание разведчика" (вышла в 1999 году; второе издание, подготовленное уже дочерью, увидело свет 2016 году):

"Потирая руки и с улыбкой глядя на меня, Скали сказал:

- Хрущев, видимо, считает Кеннеди молодым, неопытным государственным деятелем. Он глубоко заблуждается, в чем скоро убедится. Пентагон заверяет президента, что за сорок восемь часов сможет покончить с режимом Фиделя Кастро и советскими ракетами.

- Вторжение на Кубу равносильно предоставлению Хрущеву свободы действий. Советский Союз может нанести ответный удар по уязвимому для Вашингтона месту.

Скали, видимо, не ожидал такого ответа. Он долго смотрел мне в глаза, потом спросил:

- Ты думаешь, Александр, это будет Западный Берлин?

- Как ответная мера - вполне возможно... Знаешь, Джон, когда в бой идет тысячная лавина советских танков, а с воздуха на бреющем полете атакуют самолеты-штурмовики... Они все сметут на своем пути...

На этом наша полемика со Скали закончилась... Здесь я должен сказать, что никто не уполномочивал меня говорить Скали о возможном захвате Западного Берлина. Это был порыв моей души... Я действовал на свой страх и риск".


1961 год. Встреча Хрущева и Кеннеди в Вене. Столкновение уже близко. / LIFE

Информатор Хрущева

Разведчик не мог предполагать дальнейшего. Его слова были без промедления доведены до хозяина Белого дома, и уже через три часа Кеннеди передал журналисту компромиссное предложение об урегулировании кризиса.

Скали вызвал Фомина на новую встречу.

"Не теряя времени, он заявил, что по поручению "высочайшей власти" передает следующие условия решения Карибского кризиса: СССР демонтирует и вывозит с Кубы ракетные установки под контролем ООН; США снимают блокаду острова; США публично берут на себя обязательство не вторгаться на Кубу".

Разведчик попросил уточнить, что означает термин "высочайшая власть". "Чеканя каждое слово, собеседник произнес: "Джон Фицджеральд Кеннеди - президент Соединенных Штатов Америки".

Фомин заверил Скали, что немедленно доложит о предложении американской стороны своему послу. "Но одно дело обещать, а другое - сделать". Посол Добрынин ровно три часа изучал ошеломляющий текст, потом пригласил Феклисова. Извиняющимся голосом произнес: "Я не могу послать такую телеграмму, поскольку МИД не уполномочивал посольство на такие переговоры".

"Удивившись нерешительности посла, - вспоминал Феклисов, - я подписал телеграмму сам и передал шифровальщику для отправки моему шефу".

Положительный ответ Хрущева пришел в воскресенье, 28 октября, в десять часов утра. СССР вывел свои ракеты с Кубы, США сняли блокаду с острова, а через шесть месяцев убрали свои ракеты из Турции. Земляне вздохнули с облегчением.

Доктор философских наук Акоп Назаретян, руководитель Евро-Азиатского центра мегаистории и системного прогнозирования Института востоковедения РАН, утверждает: эти два мужчины - Феклисов и Скали - спасли не просто миллионы жизней, а цивилизацию планеты Земля. "Это были дни и часы мировой истории, весьма скромно запечатленные в России неблагодарными потомками".


Книга Александра Феклисова "Признание разведчика" и подаренная ему книга Джона Скали. / из личного архива

Таинственный мистер "Х"

Американский ученый Джеймс Блайт, автор книги On the Brink ("На грани"), в 1989 году в Москве вручил разведчику свою книгу с дарственной надписью "Александру Феклисову - человеку, с которым я всегда хотел встретиться; личности, сыгравшей ключевую роль в величайшем событии нашего времени".

По книге "13 дней" Роберта Кеннеди, в те времена министра юстиции, был снят одноименный фильм, где один из главных персонажей выведен под именем Александр Фомин. Когда стало ясно, что возможности официальной дипломатии исчерпаны, политическому советнику американского президента (его играет Кевин Кёстнер) приходит счастливая мысль подключить к переговорам тележурналиста, который дружен с неким Александром Фоминым. "Его подлинное имя Александр Феклисов, - говорит советник. - Это супершпион! Главный разведчик КГБ!"

Фильм вышел в 2000 году, Феклисов успел его посмотреть. Наталия Александровна вспоминает:

- Отцу фильм понравился. Рассердило только то, как одели "Александра Фомина" - из-под пиджака у него выглядывал ворот свитера. Он заявил: "В свитерах ходили только фермеры, а я всегда был в сорочке и при галстуке!" А в целом, сказал, фильм точно отражает события.