Новости

18.10.2017 19:59
Рубрика: Экономика

Нашим, но не вашим

Производители оборудования для ТЭК пока не готовы выходить на внешний рынок
Объем экспорта из регионов Уральского федерального округа в первом полугодии 2017 года составил 17,1 миллиарда долларов, это на три миллиарда больше, чем за аналогичный период прошлого года. Среди главных экспортных товаров - традиционно минеральное сырье, металлы и изделия из них. Сложная продукция - машины, оборудование и аппаратура - занимает лишь 1,6 процента общего объема.
 Фото: Татьяна Андреева/РГ В начале нулевых годов Уралмаш освоил выпуск новых образцов бурового оборудования, которое, в частности, поставлялось в Сирию. Фото: Татьяна Андреева/РГ
В начале нулевых годов Уралмаш освоил выпуск новых образцов бурового оборудования, которое, в частности, поставлялось в Сирию. Фото: Татьяна Андреева/РГ

Независимость для трубы

Тем временем именно экспортная привлекательность должна стать одним из главных показателей успешности импортозамещения, уверены эксперты, поскольку сам по себе выпуск аналогов заграничной продукции еще не говорит о конкурентоспособности предприятий. Взглянув на промышленность УрФО под этим углом, больших успехов пока не видно. Уральские производители, традиционно работающие на внутренний рынок, на внешний не замахиваются. В ближайшее время перед ними стоит задача заместить импортную продукцию в ряде приоритетных отраслей внутри страны. В их числе - топливно-энергетический комплекс. По словам первого замминистра энергетики РФ Алексея Текслера, доля закупок отечественного оборудования предприятиями отрасли составляет в среднем от 70 до 80 процентов.

Доля российского оборудования, используемого при транспортировке углеводородов, уже превысила 90 процентов

- Этот процесс начался не в 2014 году, когда ввели секторальные санкции, а гораздо раньше. И сегодня зависимость уже переломлена, причем не только по процентам, но и по количеству технологий, - отмечает он.

Так, доля отечественного оборудования и комплектующих, используемых при транспортировке углеводородов, превысила 90 процентов. Например, в прошлом году нефтетранспортная компания достроила в Челябинске завод нефтяных насосов, вложив в проект почти пять миллиардов рублей. Разработанные по собственной технологии аппараты уже перекачивают углеводороды. Уникальное оборудование для эксплуатации и ремонта магистральных трубопроводов в скором времени начнут выпускать в Тюмени.

Перевести бумаги в цифру

По оценке федерального минпромторга, ежегодный объем рынка продукции для российского ТЭК - не менее 500 миллиардов рублей, и присутствие на нем отечественных игроков увеличивается. Например, по словам замминистра Василия Осьмакова, за последние два года доля российской продукции в сегменте нефтегазового оборудования выросла на восемь процентов. Это происходит во многом благодаря господдержке, подчеркивают сами производственники. Только в УрФО в прошлом году федеральный Фонд развития промышленности (ФРП) профинансировал десяток проектов в этой сфере. Например, 480 миллионов рублей в виде пятипроцентного займа получило екатеринбургское предприятие, производящее комплексное оборудование для повышения нефтеотдачи, эффективности эксплуатации скважин и утилизации попутного газа. 300 миллионов досталось компании из Челябинска, которая внедряет технологию безостановочных ремонтов на предприятиях ТЭК, еще 600 миллионов рублей - разработчику высокопроизводительного проходческого комбайна фронтального действия для угледобычи.

- Только за последние два месяца ФРП получил порядка 30 новых заявок на сумму более восьми миллиардов рублей, - отмечает Осьмаков.

Но на практике процесс получения господдержки забюрокрачен до предела, рассказывают на предприятиях: многие институты развития, региональные и федеральные органы власти по-прежнему используют бумажные носители, и заявка на поддержку в каждую инстанцию - это внушительная стопа бумаг с уникальным набором документов.

- Мы вынуждены сначала идти в минобрнауки за псевдофундаментальными первыми частями заявки на поддержку, потом - в минпромторг за более продвинутыми, потом думать о ФРП. И у всех абсолютно разные условия, что в принципе странно, потому что государство как один игрок выступает с четким, понятным набором требований к проекту. Почему их просто не отзеркалить и не сделать унифицированными для всех федеральных органов исполнительной власти и внутри них, для разных инструментов поддержки? - предлагает начальник департамента технологических партнерств и импортозамещения добывающей компании Сергей Архипов.

Поэтому бизнес уповает на "цифровизацию".

- Необходимо наладить электронное бесконтактное взаимодействие с чиновниками на всех стадиях прохождения заявок и реализации проектов, адекватный объем и частоту отчетности. Важно перейти на одно окно подачи заявки на господдержку, - перечисляет Александр Шохин, президент РСПП. - В этом случае у предприятия появится возможность выбирать инструмент в зависимости от своих параметров, не переписывая заявку по-новому каждый раз. У нас есть ГИС Промышленности, на нее можно было бы возложить эти функции.

Набор инструментов

Но действующих мер поддержки для создания по-настоящему конкурентоспособной продукции не хватает, особенно если в перспективе речь пойдет об экспорте, уверены эксперты. Здесь и так называемая "проблема 303", когда государство готово помочь рублем проектам стоимостью 300-500 миллионов и более трех миллиардов рублей, но не имеет программ поддержки для тех, кто посередине, и непреодолимый барьер банковских ставок.

- Если к нашим нефтяникам придет зарубежный поставщик с турбиной в рассрочку под два процента на пять лет и я со своей, под 11 процентов от Сбербанка, кого они выберут? Какой может быть разговор о конкурентоспособности? - задает риторические вопросы Михаил Лифшиц, председатель совета директоров промышленного холдинга, куда входит уральский турбинный завод.

Однако, по мнению промышленников, главная проблема импортозамещающих проектов не столько в объемах финансирования, сколько в непредсказуемости условий его предоставления.

Главная проблема импортозамещающих проектов не столько в объемах финансирования, сколько в непредсказуемости условий его предоставления

- Нет ясности ни по перечню мер поддержки, ни по срокам жизни тех или иных инструментов, - считает Александр Шохин. - Например, недавно была дискуссия между министерствами экономики и финансов о так называемом налоге на модернизацию. Обсуждался вопрос о передаче льготы по налогообложению движимого имущества с федерального на региональные уровни. К счастью, решили, что в ближайший год льгота отменяться не будет, спасибо за это от бизнеса.

Но теперь на федеральном уровне дискуссия идет о специальных инвестиционных контрактах (СПИК): по мнению экономистов, эта мера ослабляет конкуренцию.

- Мы считаем, что такой инструмент востребован и часть проектов реализуется только благодаря ему, - возражает Шохин. - Дело не только в налоговых преференциях, а в том, что в СПИК воплощено то, что мы хотели бы получить для экономики в целом - распространение условий госрегулирования на весь период реализации проекта.

- Прозрачность поведения потребителя, коим часто является государство, для нас крайне важна, чтобы просчитать свои программы развития, - поддерживает коллегу Лифшиц. - Сколько мы будем жить с ценовым критерием закупки, столько у нас не будет конкурентоспособной продукции?! Ведь если дешево, значит плохо, поэтому надо руководствоваться критерием жизненного цикла.

По мнению чиновников, загрузить производителей долгими и "понятными" заказами внутри страны сможет программа ДПМ-штрих, которая в окончательном виде должна появиться к концу этого года. В отличие от предыдущей программы ДПМ (договоры о предоставлении мощности), которая подразумевала возведение генерирующих объектов в формате государственно-частного партнерства, новая нацелена на модернизацию и техническое перевооружение имеющихся станций. Например, в Свердловской области в нее может быть включена Верхнетагильская ГРЭС, которую собственник переводит с угля на газ.

В регионах Экономика Отрасли Промышленность Экономика Отрасли Нефть и газ УрФО