1 марта 2018 г. 00:00
Текст, фото, видео: Артем Локалов (Смоленская область)

Зарубежье - тоже Родина

Единственный обитатель смоленской деревни Зарубежье рассказал, чем она живет
Деревня Зарубежье. Фото: Артем Локалов
Деревня Зарубежье. Фото: Артем Локалов

У русского Зарубежья своя особенность. Указатель с названием деревни установлен не на въезде в населенный пункт, а на выезде. Просто дом Вадима - в конце деревенской улицы. Рядом с ним он и прикрепил табличку.

Самого хозяина нет - на стене дома развешаны рыболовные сети, поблизости небольшая пасека. К столбу приколочен номерной знак с московским регионом. На здешней дороге не только номер - колесо легко потерять.

Сергей сейчас единственный житель Зарубежья. / Артем Локалов

Дорога, кстати, примечательная - Старая Смоленская. После строительства Минского шоссе ее почти забросили. Несколько лет назад стали асфальтировать трассу от крупного села Семлево до Дорогобужа - это километров 40. Но запала хватило ненадолго, то есть на 10 километров. Нормальная дорога заканчивается как раз перед Зарубежьем - дальше песок вперемешку с глиной.

- Летом дорожники ремонтировали дорогу, но вместо песка использовали суглинок. В нем утонуть сейчас можно, - машет рукой на зарубежную дорогу Сергей.

Он сейчас - пока Вадим в отъезде - единственный житель Зарубежья. Сергей рассказывает, что навигатор часто приводит сюда даже большегрузы. Недавно один из грузовиков застрял и водителю пришлось идти за трактором. А потом пятиться на машине пару километров, чтобы развернуться.

Коварное оно, Зарубежье.

Но почему именно Зарубежье? Здесь когда-то действительно проходила граница Русского царства и Речи Посполитой. В 1634 году в соседнем Семлеве заключили Поляновский мир (весьма невыгодный для Руси). Согласно ему, уже в 40 верстах западнее Вязьмы начинались польские владения. Зарубежье, значит.

Семлево в конце прошлого года тоже оказалось в центре внимания. Сообщалось, что здесь в избушке, вросшей в землю, доживает век 92-летняя бабушка. И что у местных властей до Веры Семеновны Фирсовой, которая в Великую Отечественную работала на фронте, нет дела.

Избушка и правда вросла в землю. В ней действительно живет бабушка. Но оказалось, что рядом с избушкой дети Веры Семеновны построили новый добротный дом. Нет ни забора, ни других преград, чтобы перебраться жить туда. Но то ли бабушка хочет доживать в своем домике, то ли в новый дети не пускают.

Семлево. Избушка Веры Семеновны (слева), новый дом и постамент, на котором стоял памятник Ленину. / Артем Локалов

К Вере Семеновне после этого и местные власти чаще стали наведываться, и волонтеры. Правда, у дома всех гостей встречает теперь дочь бабушки. Корреспондента "Родины" она заверила, что помощи никакой не нужно, что историю зачем-то раздули. И что она, дочь то есть, больше не пускает никого на порог. Точнее пороги.

А чтобы побывать в Зарубежье, преград нет. Как и желающих. Может, потому что уже несколько веков никакое это не зарубежье.

- Из развлечений у нас здесь - выпить, поесть, телевизор посмотреть, - глядя на улицу с покинутыми домами, говорит Сергей. - Но это зимой, тем более когда она такая. Вот летом и на рыбу можно, и за малиной. А то калымить пойду. Дачники из Москвы в деревни приедут - работа для меня обязательно найдется.

Старая Смоленская дорога в Зарубежье. / Артем Локалов 

Новости, признается Сергей, он смотрит редко. Но все-таки в курсе главных событий. Больше всего в Зарубежье впечатлены морозами и снегопадами в США.

- Где она, русская зима? - удивляется Сергей. Но на американцев не жалуется.

Американцы в этих местах не бывали. Немцы - хозяйничали. Полтора года во время Великой Отечественной деревня Зарубежье была ими оккупирована. А в 1812-м по Старой Смоленской дороге прошлась армия Наполеона.

Зарубежье французы миновали, но вскоре у села Беломирского отряд атамана Платова надолго задержал их наступление на Вязьму. Арьергардные бои, навязываемые противнику русской армией на Смоленщине (мы писали об этом здесь), и действия партизан тогда сильно нервировали Наполеона. Вот и в этих краях казаки Платова потрепали пехоту маршала Даву. А основные силы русской армии тем временем отступили за Вязьму, а потом и к Бородинскому полю.

Но постепенно Зарубежье, как и многие смоленские деревни, сдалось. Без боя. Жители разъехались, оставив дома. И про Зарубежье забыли бы, как еще про десятки деревень. Но Вадим с Сергеем сами, может быть, того не подозревая, хранят историю.

А на той части дороги, что успели отремонтировать, теперь соревнуются стритрейсеры. Гонщики проносятся мимо верстового столба - отсюда до Парижа, судя по отметке, без малого 2700 верст. Но гонки прекращаются там, где заканчивается асфальт - перед въездом в Зарубежье.

Возле Зарубежья летом устраивают гоночные заезды. / Артем Локалов

Сергей иногда уезжает отсюда в Вязьму. Не с такой скоростью, как гонщики, конечно. Да и куда торопиться?

- От города уже отвык, - признается Сергей, почти окончательно эмигрировавший в Зарубежье. - Наговоришься там со всеми - и сюда. Хлеба наберу. А закончится - так блинов напеку. Связь мобильная? Надо просто места, где лучше прием, знать. Ко мне и сестры с племянниками часто приезжают…

В общем, есть еще жизнь в Зарубежье. Только зимой она почти замирает. Сергей иногда в соседние Бушуки (так тут деревню Бушуково называют) наведывается.

- Туда Димка из Москвы переехал. Коз разводит. Нормальное хозяйство. Я ему, бывает, яйцо куриное поставляю, он мне - молоко. Бартер!

Пока с торговлей в Зарубежье только так. И с деньгами - соответственно.

- Десять каналов телевизор бесплатно показывает - и ладно. Еда есть. Мне и котам хватает. Вот такие пироги, - говорит Сергей.

Про пироги - его любимая присказка.

А Зарубежье, выходит, еще не совсем спеклось.