Новости

Джон Ле Карре попытался честно подвести итоги своей жизни. Но честно не получилось.
В "Голубином туннеле" Ле Карре предстает самовлюбленным мизантропом. Фото: Russian World Vision В "Голубином туннеле" Ле Карре предстает самовлюбленным мизантропом. Фото: Russian World Vision
В "Голубином туннеле" Ле Карре предстает самовлюбленным мизантропом. Фото: Russian World Vision

Какая же сложная книга - этот "Голубиный туннель". Читатели Джона Ле Карре уже успели привыкнуть к непростой манере повествования, выработанной и навечно выбранной мастером шпионского, нет, не детектива, а романа. Везде и всегда писатель, умело играющий со словом, филигранно вырисовывает своих персонажей-разведчиков законченными подонками, предателями, подчас великими умниками, как раз и сгорающими из-за недооценки других - низколобых, туповатых, но в конце концов их, высоколобых, элементарно обдуривающих.

Возможно, Ле Карре сам и загоняет себя в узенький коридор, подобно птичкам, добровольно возвращающимся в убийственный для них "Голубиный туннель". Оттуда порой можно выпорхнуть под выстрел охотника, потом вернуться, но только не спастись от пули стрелка, который рано или поздно, но все равно настигнет голубя, в интерпретации Ле Карре, разведчика. Ведь, по отзывам британских и зарубежных коллег Дэвида Джона Корнуэлла по первой его шпионской профессии, разведчиком тот был крайне неудачливым. Любая операция, ему поручавшаяся, заканчивалась провалом английской контрразведки или разведки. Судя по романам, неудачи так и остались непережитыми. Застряли в душе. Прицепились на всю длинную оставшуюся жизнь. Отозвались глубокой, как тоннель, обидой, из которой никак не выползти.

Успехи в творчестве и неудачи в СИС довольно рано отвратили Корнуэлла от работы в МИ-5 и МИ-6. Зато дали бесценный опыт и знания, которые не приобретешь ничем иным, кроме как занятием одной из древнейших и всегда всех именно закрытостью и интересовавших профессий. И здесь, на этом новом, уже писательском поприще, все прежние провалы и промахи были отыграны, обратившись в увлекательнейшие бестселлеры новорожденного романиста. Заурядный Дэвид Корнуэлл растворился в британском тумане, уступив место талантливому и неведомому Джону с привлекательной, скорее французской, нежели британской фамилией-завлекаловкой - Ле Карре. Как звучит, а?

Везде и всегда Ле Карре вырисовывает своих персонажей-разведчиков законченными подонками и предателями

В "Голубином туннеле", написанном, чего тут обижаться, на склоне жизни, Ле Карре предстает не только прежним знатоком мирового шпионажа и тончайшим стилистом. Он оказывается еще и самовлюбленным мизантропом. Может ли быть такое? С Ле Карре точно может. Вчитайтесь только, как любит он себя. Как холит маленького юного стукача, доносящего на ближних. Насколько умело оправдывает свои промахи начинающего разведчика, так и не превратившегося по чьей-то, понятно не своей, вине в великого английского Лоуренса или в переигравшего его противника Маркуса Вольфа из ГДР.

Очень любопытно читать о Ясире Арафате. Тут Ле Карре смело ставит себя на одну доску, если хотите на тот же уровень, с палестинским лидером. Да, завышает свою значимость, и в то же время это даже любопытно: писатель имярек и Чарльз Диккенс или он же и Лев Толстой. Здорово читается, потому что такое миру книжников преподносится крайне редко. А искусный Ле Карре делает это к тому же и умело, с неугасимой верой в себя.

Или прекрасная выдумка о действительно великом нашем советском разведчике, англичанине аристократических кровей Киме Филби. Тот якобы ищет возможность поговорить с Ле Карре. Ничего подобного. Приехав в Москву, писатель, наоборот, избегал таких встреч. Они были бы не в его пользу. Хороший романист Ле Карре рисковал вновь окунуться в печальное свое прошлое неудавшегося разведчика Дэвида Корнуэлла. А сам Филби годами переписывался, договариваясь о встрече-интервью в Москве с настоящим документалистом разведывательного жанра Филиппом Найтли. Тот был в какой-то степени, конечно, в весьма относительной, но объективен, и длиннющая его беседа с Филби подвела итог деятельности руководителя "кембриджской пятерки". А Дэвид Корнуэлл, по некоторым данным разоблаченный тем же Филби, пылал злобой. Что, кстати, и показал в одном из своих лучших, да, наверное, лучшем, романе "Шпион, выйди вон!", где главный не герой, а персонаж напоминает и внешне, да и некоторыми деталями биографии великого Кима.

"Голубиный туннель" дает ответ на исключительно важный, по крайней мере для меня, вопрос. Может ли мизантроп, в определенной степени человеконенавистник, быть отличным писателем? Ведь порой невольно отождествляешь литератора с его персонажами, а в случае с Ле Карре это происходит вполне естественно. Заехав глубоко в "Туннель", я навсегда убедился: ответ только "да!".

От книги нечего ждать правдивости. Зачем? Разве это ее цель? Но она увлекательна, а посвященная нам глава "Дикий Восток", показывает, как трогательно не переносит нас Дэвид Корнуэлл, чьи произведения, подписанные Джон Ле Карре, мы издаем бешеными тиражами и так усердно читаем.

Культура Литература
Добавьте RG.RU 
в избранные источники