Новости

04.05.2018 15:20
Рубрика: Культура

Карл Маркс. 200 лет

5 мая 1818 года родился Карл Маркс - не только основоположник марксизма, но и бойкий журналист, поэт… и герой комиксов.
 Фото: Издательство «КоЛибри», 2018  Фото: Издательство «КоЛибри», 2018
Фото: Издательство «КоЛибри», 2018

5 мая исполняется 200 лет со дня рождения Карла Маркса (1818-1884). Уважаемый и подвергаемый насмешкам при жизни, практически обожествленный на протяжении почти всего XX века и с ненавистью отброшенный в его конце, он по-прежнему "в хорошей форме" - судя не только по количеству упертых "марксистов" (ничего, как правило, не понимающих ни в его диалектике, ни в экономической теории прибавочной стоимости), сколько по количеству переизданий его главных трудов, в том числе в совершенно неожиданных формах и переложениях. Одно из них перед вами.

Мартин Роусон - английский комиксист, иллюстратор и писатель, обладатель многочисленных профессиональных наград, член Британской ассоциации карикатуристов, вот уже три десятилетия украшающий своими рисунками многочисленные британские газеты, от The Times до коммунистической The Morning Star. Кстати, живет и работает он в Лондоне - там, где жил Макс и где увидело свет первое издание "Манифеста". Чьи грозные первые строки не утратили актуальности: "Призрак бродит по Европе. Призрак коммунизма".

Г. УЭЛЛС "Россия во мгле"

"Около двух третей лица Маркса покрывает борода - широкая, торжественная, густая, скучная борода, которая, вероятно, причиняла своему хозяину много неудобств в повседневной жизни. Такая борода не вырастает сама собой; ее холят, лелеют и патриархально возносят над миром. Своим бессмысленным изобилием она чрезвычайно похожа на "Капитал"; и то человеческое, что остается от лица, смотрит поверх нее совиным взглядом, словно желая знать, какое впечатление эта растительность производит на мир. Вездесущее изображение этой бороды [в России] раздражало меня все больше и больше. Мне неудержимо захотелось обрить Карла Маркса. Когда-нибудь, в свободное время, я вооружусь против "Капитала" бритвой и ножницами и напишу "Обритие бороды Карла Маркса".

ТОМ СТОППАРД "Берег утопии"

"На улице (площадь Согласия) [В мемуарах Герцена: Это были самые счастливые дни в жизни Бакунина.] БАКУНИН размахивает огромным красным флагом. Он только что встретил КАРЛА МАРКСА, 30 лет. Маркс держит книжку в желтой обложке, "Коммунистический манифест". ТУРГЕНЕВ оглядывается в изумлении. Кажется, голубь уронил ему на голову помет. Он отряхивается.

БАКУНИН. Маркс! Кто бы мог подумать?! МАРКС. ЭТО должно было произойти.
Я этого ждал. БАКУНИН. Что же ты мне не сказал? Всю жизнь МЫ теперь будем вспоминать, где мы были, когда Франция снова стала республикой.
МАРКС. Я был в Брюсселе. Ждал, когда напечатают первый тираж "Коммунистического манифеста"…
БАКУНИН. Я тоже был в Брюсселе. Ждал, когда выйдет свежий номер "Ла Реформ" с моим открытым письмом французскому правительству…
ТУРГЕНЕВ. Нет, это я был в Брюсселе! Слушал "Севильского цирюльника"… Можно взглянуть?
Маркс дает ему книгу.
БАКУНИН. Я на ногах по двадцать часов в день…
МАРКС. Министр Флокон сказал, что, наберись три сотни таких, как ты…
БАКУНИН. …Проповедую бунт и разрушение…
МАРКС. …И Франция будет неуправляема.
БАКУНИН. Я живу в казармах республиканской гвардии. Вы не поверите, я в первый раз в жизни встретился с пролетариями.
МАРКС. Правда? И на что они похожи?

Карл Маркс, Фридрих Энгельс. "Манифест Коммунистической партии: в адаптации Мартина Роусона". Фото: Издательство "КоЛибри", 2018

БАКУНИН. Никогда не встречал такого благородства.
ТУРГЕНЕВ (читает). "Призрак бродит по Европе - призрак коммунизма".
БАКУНИН. В прусской Польше уже основан Польский Национальный Комитет для подготовки вторжения в Россию. Я должен быть там. Тургенев, я больше тебя никогда ни о чем не попрошу…
ТУРГЕНЕВ. Попроси Флокона.
БАКУНИН. Флокона? Ты думаешь, временное правительство даст мне денег на поездку в Польшу?
ТУРГЕНЕВ. Наверняка.
МАРКС (Тургеневу). Вот вы писатель. Вам не кажется, что "призрак коммунизма" звучит нескладно? Мне не хотелось бы, чтобы подумали, будто коммунизм мертв.
Входит ГЕРВЕГ В красно-черно-золотой военной форме, которая слегка напоминает костюм из комической оперы.
БАКУНИН. Гервег!
МАРКС (Тургеневу). Вы знаете английский? Вы могли бы перевести?
ТУРГЕНЕВ. Довольно прилично. Посмотрим… (По-английски.) "A ghost… a phantom is walking around Europe…" ГЕРВЕГ (слегка смущенный). Ну как вам?
БАКУНИН. Прелестно. Ты масон?
ГЕРВЕГ. Нет, я командую немецким Демократическим легионом в изгнании. Мы идем на Баден!
БАКУНИН. Маршем до самой Германии?
ГЕРВЕГ. Нет, зачем? До границы мы доедем поездом. Я взял шестьсот билетов.
ТУРГЕНЕВ. Вам Флокон дал денег?

Фото: Издательство "КоЛибри", 2018

ГЕРВЕГ. Да, а вы откуда знаете?
БАКУНИН. Замечательно!
ГЕРВЕГ. Это Эмма придумала.
ТУРГЕНЕВ. Я так и знал, что вы на самом деле не поэт. Не только поэт. У вас есть военный опыт?
ГЕРВЕГ. Эмма говорит, это не важно - поэт ты или революционер, а гений есть гений.
Тургенев возвращается к изучению книги. Входит ЭММА. Она тоже одета в военном стиле, с красно-черно-золотой кокардой. Ее сопровождает мальчик в униформе модного магазина, нагруженный элегантно упакованными свертками. У него может быть маленькая тележка с эмблемой того же магазина.
МАРКС (вмешиваясь). Минуту, Гервег… (Замечает Эмму.)
ЭММА. Я приобрела провизию для марш-броска, мой ангел, - чудные маленькие пирожки с мясом от Шеве и индейку с начинкой из трюфелей…
МАРКС. Негодяй!
ЭММА. Карл, ему ведь надо что-то есть. Поедем с нами на Елисейские Поля - Георг будет принимать парад легионеров.
К этому моменту Маркс вне себя от бешенства. Он преследует Гервега.
МАРКС. Авантюрист! Судьба Европы решится в схватке пролетариата с буржуазией! Кто дал тебе право вмешиваться в экономическую борьбу со своими глупостями?
ЭММА. Не обращай на него внимания, любимый.
Посыльный из магазина уходит вслед за МАРКСОМ И ГЕРВЕГОМ".

 

И. Н. БРОДСКИЙ "Речь о пролитом молоке"

Равенство, брат, исключает братство.
В этом следует разобраться.
Рабство всегда порождает рабство.
Даже с помощью революций.
Капиталист развел коммунистов.
Коммунисты превратились в министров.
Последние плодят морфинистов.
Почитайте, что пишет Луций.
К нам не плывет золотая рыбка.
Маркс в производстве не вяжет лыка.
Труд не является товаром рынка.
Так говорить - оскорблять рабочих.
Труд - это цель бытия и форма.
Деньги - как бы его платформа.
Нечто помимо путей прокорма.
Размотаем клубочек.

Фото: Издательство "КоЛибри", 2018

ГАЛИНА СЕРЕБРЯКОВА "Юность Маркса"

"Исчезая моментами в дыму трубки, Карл не переставал задавать вопросы. Он хотел знать подробности Лионского восстания, провала "Общества прав человека", заговора Бланки.
- Отважный мечтатель, - сказал он о Бланки. - Но как здоровое чутье пролетария не подсказало вам, что так не делается революция?
Сток развел руками и засмеялся.
- Если б я знал, как она делается!

Маркс заподозрил портного в симпатиях к демократии, в немецкой вялости. Сток привстал.
- Я - ученик Бабёфа, - сказал он горделиво.
Экзамен сошел благополучно, и Карл охотно чокнулся с единомышленником:
- За дружбу.
- За дружбу и борьбу.
Разговор охватывал все новые области. Карл поверил в Стока и как бы раскрылся перед ним. Охваченный энтузиазмом, он говорил о неизбежности революции экономической, которая повлечет за собой политическую.
- В нашу эпоху, - отвечал он Иоганну, - два класса, две баррикады стоят друг против друга. На одной - буржуазия, на другой - пролетариат. Разве не увидел ты этого воочию в предместье Круа-Русс уже свыше десяти лет тому назад?..
Видал ли Сток? Наглая харя Броше высунулась сквозь дым трубок. Но Бувье-Дюмолар?..
Маркс знал и его".

В. В. МАЯКОВСКИЙ "Во весь голос"

Мы открывали
Маркса
каждый том,
как в доме
собственном

мы открываем ставни,
но и без чтения
мы разбирались в том,
в каком идти,
в каком сражаться стане.
Мы
диалектику
учили не по Гегелю.
Бряцанием боев
она врывалась в стих,
когда
под пулями
от нас буржуи бегали,
как мы
когда-то
бегали от них.

Фото: Издательство "КоЛибри", 2018

Е. ЕВТУШЕНКО "Партизанские могилы"

Есть магия могил.
У их подножий,
пусть и пришел ты, сгорбленный
под ношей, -
вдруг делается грустно и легко
и смотришь глубоко и далеко.
Читаю имена:
Клевцова Настя,
Петр Беломестных,
Кузьмичев Максим, -
а надо всем
торжественная надпись:
"Погибли смертью храбрых за марксизм".
Задумываюсь я над этой надписью.
Ее в году далеком девятнадцатом
наивный грамотей с пыхтеньем вывел
и в этом правду жизненную видел.
Они, конечно, Маркса не читали
и то, что есть на свете бог, считали,
но шли сражаться и буржуев били,
и получилось, что марксисты были…

Текст: ГодЛитературы.РФ
 

Культура Литература