Новости

18.06.2018 19:40
Рубрика: Культура
Проект: В регионах

Возвращение барона

Московский театр оперетты играет Иоганна Штрауса
Музыкальной классики на столичных сценах прибыло: после долгого отсутствия в Москву вернулся "Цыганский барон". Это вторая по известности комическая опера Иоганна Штрауса, после "Летучей мыши". Но если в любой момент на столичных афишах присутствуют две-три "Мыши", то "Барон" последний раз ставился в 1942 году в прифронтовой Москве, в Театре имени Станиславского и Немировича-Данченко. И вот теперь, спустя три четверти века, - премьера в театре "Московская оперетта". Со всей ее неувядающей цыганско-венгерской романтикой.
 Фото: Пресс-служба театра "Московская оперетта" Вновь на сцене "Цыганский барон"... Павел Иванов исполняет партию Баринкая, Екатерина Чудотворова - партию Саффи. Фото: Пресс-служба театра "Московская оперетта"
Вновь на сцене "Цыганский барон"... Павел Иванов исполняет партию Баринкая, Екатерина Чудотворова - партию Саффи. Фото: Пресс-служба театра "Московская оперетта"

"Барону" всегда не везло - он не мог определиться с жанром. Штраус хотел писать серьезную оперу о сословно-национальных предрассудках, и на опереточных сценах сюжету мешал дефицит юмора. Поэтому свои либретто предлагали Григорий Ярон, Василий Шкваркин, Юрий Димитрин; теперь новую версию создал Валерий Стольников, переписав тексты музыкальных номеров и насытив диалоги традиционной для жанра злободневной "отсебятиной": герои опасаются реновации и грезят о Долгопрудном - в устах австро-венгерских баронов это должно звучать комично. По-оперному сложную музыкальную драматургию разбавили штраусовскими шлягерами. В результате спектакль еще не начинался - шла знаменитая увертюра, а на сцене уже много всего успело произойти; первый акт получился как бы развернутой экспозицией, слегка тяжеловесной, зато второй оснащается настоящим опереточным драйвом, блеском и шиком, здесь публика могла оттянуться, посмеяться и вволю бить в ладоши.

Режиссер Алена Чевик не стала заморачиваться модернизацией антуража и вместе с художником Вячеславом Окуневым придумала романтический мир старой готики с виадуками и фонтанами, цыганскими шатрами и кибитками, и даже свинки там задумчиво провожают героев томными взглядами - все атмосферно, все для того, чтобы словам было тесно, музыке просторно.

Дирижер Константин Хватынец, которому за годы его руководства в театре удалось раскачать обычно неповоротливый оркестр, пока не без труда обеспечивает цельность музыкальной ткани, а главное - захватывающую динамику штраусовского шедевра, но у спектакля есть все основания быстро нарастить уверенность и мускулы. Потому что творческие ресурсы театра впечатляют: его солисты абсолютно готовы воплотить столь сложную партитуру с опереточным блеском и оперным совершенством. Екатерина Чудотворова в роли пылкой Саффи и Ольга Белохвостова в партии Арсены с ее невесомыми, но виртуозными колоратурными пассажами, оба тенора - Николай Семенов (Оттокар) и Павел Иванов (Шандор Баринкай) вкупе с сильным хором способны создать в зале ту атмосферу пьянящего, лавинообразно нарастающего восторга, без которой Штраус - не Штраус. Павел Иванов вошел в роль аристократа-демократа Шандора во всеоружии своего обаяния, но и здесь еще есть перспективы развития - пока щедро одаренный артист пользуется в основном двумя красками: мужественная лихость (эффектное, с оттенком нарциссизма гусарство) и пылкая влюбленность (победительно умиленный взгляд типа "не верю своему счастью"). На почти трехчасовой спектакль с коварными интригами и вечной готовностью глупых властей упечь все живое за решетку этого, конечно, мало.

У "Цыганского барона" есть все основания быстро нарастить уверенность и мускулы

Звездные роли выпали на долю Эллы Меркуловой и Вячеслава Иванова: комедийный дуэт управительницы свиноводческого поместья Мирабеллы и блюстителя нравственности графа Омоная - здесь вступает в свои права стопроцентная, беспримесная оперетта с ее веселой эксцентриадой и куражом.

Московский театр оперетты, по-моему, первым из российских театров, играющих музыкальную классику, постепенно отказывается от живого звука и вводит в опереточные спектакли микрофоны. Задействованы они и в этой премьере, что резко снижает и ценность ее вокальных ресурсов, и качество звучаний, приобретающих дискотечный надтреснутый оттенок и лишившихся пространственного измерения: персонаж поет, предположим, справа, а голос его слышен из ближайшего динамика слева. Необходимый элемент мюзикла, микрофон в опереточном спектакле становится досадным недоразумением, подобием костылей у мастера спорта: ведь в этот театр идешь в надежде встретиться с вечным чудом природы - естественным, не искаженным техникой вокалом. И никакие ссылки на особенности зала и его акустики тут не убеждают: в том же зале с той же акустикой триумфально пели и оперу и оперетту сотни легендарных артистов, вошедших в летописи здания на Большой Дмитровке.

Московская оперетта сегодня напоминает шикарно оснащенный "Мерседес": у нее есть все - лучшая в стране звездная труппа, талантливые мастера, умелые менеджеры, преданная публика. Зачем "Мерседесу" костыли?

Культура Театр Музыкальный театр Филиалы РГ Столица ЦФО Москва
Добавьте RG.RU 
в избранные источники