1 августа 2018 г. 19:05
Текст: Екатерина Добрынина (кандидат политических наук)

"Дело" Ленина

Малоизвестные подробности покушения на вождя 30 августа - в августовском номере нашего исторического журнала

"Споры о том, что произошло 30 августа 1918 года, не утихают до сих пор. Версии выдвигаются одна фантастичнее другой: пули, попавшие в Ленина, были отравленными; убийство заказал Яков Свердлов, метивший на роль вождя; это была инсценировка, чтобы начать красный террор, Ленин договорился с чекистами, что те выстрелят в воздух, а он "театрально" упадет на землю... Порой доходит до абсурда - например, что покушение было местью Каплан за неудавшийся роман с Дмитрием Ульяновым..." - так президентская библиотека имени Б.Н. Ельцина предваряет на своем портале оцифрованные официальные материалы, связанные с покушением на заводе Михельсона.

Многие из этих материалов Президентской библиотеки опубликованы в августовском номере журнала "Родина". "Синхронность" не удивительна: "Родина"и Президентская библиотека - давние друзья и деловые партнеры. В августовской журнальной подборке проанализированы версии случившегося 30 августа 1918 г. И ставится вопрос: почему следствие закрыло глаза на ключевые подробности покушения?

Предлагаем читателям "Российской газеты" две публикации из августовской "Родины".

Следственным экспериментом по делу Фанни Каплан руководил цареубийца Яков Юровский. Всего полтора месяца назад он расстреливал в Екатеринбурге царскую семью ("Родина" подробно рассказала об этом в прошлом номере). Новое задание партии Яков Юровский тоже выполнил добросовестно. Правда, теперь в руках у него был не револьвер, а фотоаппарат.

Кингисепп в роли Каплан

В документах следствия, проведенного по горячим следам, фигурируют четыре фотоснимка. На одном ясно читается надпись "инсценировка". Ленина на снимках заменяет председатель заводского комитета Николай Иванов (на фото второй справа), в роли Каплан, - следователь по особо важным Виктор Кингисепп (на фото слева), случайно раненную кастеляншу Попову изображает член завкома Сидоров (крайний слева), водитель Степан Гиль играет самого себя. А "ставит" кадр и фотографирует - Яков Юровский.

Фото N 1. Ленин идет к автомобилю, с ним заговаривает Попова, Каплан готовится к теракту, шофер в ожидании.

Фото N 2. Каплан стреляет.

Фото N 3. Ленин падает, кастелянша пытается бежать, Каплан направляется к воротам.

Фото N 4. Общий вид заводского корпуса.

К фотографиям прилагается "Протокол осмотра места покушения на убийство тов. Ленина на заводе Михельсона 30 августа 1918 г.". Он датирован 2 сентября, подписан Юровским и Кингисеппом и подробно расписывает детали: расстояние от двери заводского корпуса до места стоянки автомобиля (9 сажен); расстояние от передних и задних колес машины - до ворот на улицу (8 сажен 2 фута и 10 сажен 2 фута соответственно); точка, с которой стреляла Каплан; маршрут ее бегства...

Следователь-фотограф Юровский запечатлел инсценировку, которая не имеет ни малейшего отношения к следственному эксперименту. Потому что в нем должны были участвовать реальная подозреваемая (назавтра ее убьют и сожгут прямо в Кремле), реальная свидетельница (после ранения шальной пулей кастелянша Попова вполне могла передвигаться) и даже сам реальный потерпевший. Потому протокол "глубокого осмотра" (так его именуют авторы) больше напоминает обвинительное заключение.

Очевидные нестыковки получают безапелляционные объяснения. Почему найденные гильзы "попадали ненормально, несколько вперед"? А потому что "таковые отскакивали от густо стоящих кругом людей". Позже станет известно, что пули были выпущены из двух пистолетов. Но в материалах "глубокого" следствия нет данных трассологической и баллистической экспертиз. Нет опроса потерпевшего, то есть Владимира Ильича - хотя в подобных случаях это главный документ...

Нет ничего, кроме пролетарского чутья.


  Яков Юровский (1878-1938), подписавший протокол осмотра места покушения

Фотограф щелкает...

Как участник расстрела царской семьи оказался в Москве? 25 июля, через неделю после ужасной бойни, в Екатеринбург вошли белые. Юровский, срочно отозванный в Москву, стал начальником одного из районных управлений ЧК. И уже очень скоро пригодились его навыки фотографирования.

Да, Яков Юровский до революции имел собственное фотоателье в Екатеринбурге и часовую мастерскую, которая была удобным прикрытием для нелегальной явки марксистов. Тогда же он, кстати, заслужил похвалу своего учителя по фотоделу за "особые способности на видение предмета". В своих воспоминаниях Юровский недовольно замечает, что жандармерия к нему "придиралась", что его постоянно "таскали" в полицию и заставляли делать фото подозрительных лиц и заключенных. Впрочем, времени хватало и на изготовление фальшивых паспортов для товарищей по партии.

Закономерный вопрос: почему он не сделал снимков царской семьи до и после казни? Ведь узников позвали в подвал именно "фотографироваться", а дорогая камера, принадлежавшая им, хранилась у коменданта "дома особого назначения" Юровского. Историки сходятся на том, что "перед расстрелом что-то пошло не так". А сам Юровский, написавший пафосные мемуары, обошел стороной этот вопрос. Возможно, клял себя за непростительное упущение...

Кстати, за воспоминания он брался трижды: в 1920 году при участии историка М. Покровского, в 1922 и 1934 годах. Исследователи и беллетристы продолжают искать в записках Юровского скрытый смысл, фигуры умолчания, версии, намеки. Но трудно доверять откровениям "режиссера" инсценировки 1918 года...


Памятный камень и сквер на месте покушения. 1923 год.

Музей в Партийном переулке

Сегодня фотокопии протокола, подписанного Юровским и Кингисеппом, записи допроса Фанни Каплан, врачебное заключение о ее почти полной слепоте "на истерической почве" можно увидеть в музее бывшего завода Михельсона, ныне Московского электромеханического завода имени Владимира Ильича. Самые важные витрины - в кабинете гендиректора, там посетителей больше. А в музее тихо и прохладно. В глубине - десяток красных знамен. История завода в Партийном переулке знает множество действительно славных событий.

Генеральный директор Иосиф Вайман - выпускник МАДИ, чем искренне гордится. Как нормальный технарь, не любит расхлябанности на производстве и домыслов в истории. Объясняет, что не надо называть строение на Дубининской улице, дом 60, корпус 1, "домиком Каплан" - это всего лишь заводская кузница, где Фанни сидела несколько часов под арестом, спрятанная от толпы. Показывает на карте корпус, где Ленин выступал перед рабочими, место остановки автомобиля Ленина, место покушения. Уверен, что эту страницу истории надо сберечь для потомков - несмотря на то, что с городских карт скоро исчезнет сам завод.

Да, на месте предприятия, вошедшего в книги, живописные полотна, фильмы, поднимется квартал с апартаментами, офисами и ландшафтным дизайном. Хорошо, что будут сохранены памятник заводчанам, погибшим в Великую Отечественную и в Афганистане. Хорошо, что не снесут статую Ленина и камень - памятный знак на месте, где вождя пытались убить. Все это - наша память. И совсем не инсценировка.

ПОЧЕМУ?

10 вопросов следствию

ПОЧЕМУ потерпевший Ленин не был опрошен в установленном порядке, хотя находился в сознании и был доступен следствию (в "деле" нет его показаний)?

ПОЧЕМУ не были произведены баллистическая и трассологическая экспертизы выстрелов?

ПОЧЕМУ отверстия от пуль на одежде Владимира Ильича не совпадают с ранами на его теле?

ПОЧЕМУ в деле нет показаний рабочих, узнавших в Фанни Каплан стрелявшую персону?

ПОЧЕМУ не были проведены очные ставки свидетелей покушения и террористки?

ПОЧЕМУ полноценный следственный эксперимент на месте покушения был подменен "инсценировкой"?

ПОЧЕМУ оружие, принесенное неким рабочим через день по объявлению в газете, принадлежало Фанни Каплан (в "деле" нет подтверждающих данных)?

ПОЧЕМУ террористка могла в момент выстрелов удерживать громоздкий портфель и большой зонт, которые были при ней в момент задержания вечером 30 августа?

ПОЧЕМУ Ленин поехал на завод Михельсона без охраны, хотя утром был убит глава петроградской ЧК Соломон Урицкий и обстановка резко осложнилась?

ПОЧЕМУ председатель Совнаркома Яков Свердлов еще до окончания следствия распорядился расстрелять Фанни Каплан, хотя обвиняемая угрозы не представляла и была под надежной охраной?

"Если меня укокошат..."

Текст: Лев Данилкин (писатель)
У одного американского писателя 1960-х годов был рассказ, который назывался "Хисторинавт": про то, как ЦРУ, когда изобрели машину времени, решило послать своего агента в прошлое, в 1917 год - убить Ленина. Агент прекрасно справляется с заданием, благополучно возвращается обратно в 1960-е, и все бы хорошо, только вот выясняется, что Америка завоевана Германией...

Действительно, убийство Ленина, видимо, относится к таким событиям, которые могли бы заклинить и сломать если не всю "машину" мировой истории, то уж ХХ века как минимум; неудивительно, что этот сюжет регулярно возникал - сначала в политической повестке дня, а затем в фантастической беллетристике.

Есть, однако ж, событие "смежного характера", которому, по ощущению, придается чересчур большое значение: речь о трагическом инциденте на заводе Михельсона 30 августа 1918 года.


Упал, отряхнулся, пошел дальше

Момент, безусловно, неординарный - Ленин в самом деле "заглянул в лицо смерти", а храбрая Фанни Каплан действительно справилась со своей миссией более успешно, чем все ее многочисленные коллеги и предшественники. Другое дело, что никаких колоссальных последствий инцидент не имел: политическая линия большевиков не претерпела изменений, "красный террор" был бы неминуемо объявлен и после убийства Урицкого; а главное - Каплан не удалось "затерроризировать" самого Ленина, вселить в него ужас.

Не просто "не удалось"; не удалось совсем, ни на йоту, ни капельки.

Для беллетриста соблазнительно списать "невозмутимость Ленина - выстрелили-упал-отряхнулся-пошел дальше - на его психику сверхчеловека: айронмэн, рахметов, титан.

Историку, однако ж, целесообразнее сфокусироваться на обстоятельствах, контексте, который объясняет поведение Ленина не хуже, чем гипотеза об "особых способностях".


Шутки с двумя пулями в теле

Лето 1918-го было, видимо, наиболее тяжелым периодом во всей и так не самой спокойной жизни Ленина; последствия "похабного" Брестского мира, мятеж в Ярославле, убийство Мирбаха, угроза новой волны немецкой интервенции, бои в Казани, эсеровский террор; при такой интенсивности негативного новостного потока можно сказать, почти не преувеличивая, что вечер 30 августа для руководителя Советского государства был "рутинным моментом".

Ленина хотели и могли убить в июле 1917-го, в октябре 1917-го, в январе 1918-го, в марте 1918-го и так далее; против него готовили заговоры профессиональные военные, его преследовала разъяренная толпа, в него стреляли, швыряли бомбы; летом 1918-го сложнее, чем наемного убийцу, было найти человека, не желавшего Ленину смерти.

Он прекрасно знал, что каждый момент мог стать для него последним.

И раз так, ничего удивительного, что, судя по воспоминаниям, Ленин в первую декаду сентября - с двумя пулями в теле, с плеврой, полной кровью, с переломом плечевой кости и надломом лопаточной - не рыдает от боли, не царапает матрац, не требует читать ему Евангелие и не посылает за нотариусом, чтобы завещать все свои накопления церкви; нет.

Он - правильно, очень "по-ленински", ничего нового - шутит и смеется.

То есть ровно наоборот: если "до Каплан", по воспоминаниям жены, он выглядит "как после тяжелой болезни", то "после" этой самой болезни он, напротив, "шутит", "рад" и все такое; или - по словам Я.М. Свердлова - "заявляет врачам, что они ему надоели, не хочет подчиняться дисциплине, шутя подвергая врачей перекрестному допросу, вообще "бушует".


Ленин в 1920 году - все тот же улыбчивый и непреклонный. / РИА Новости

Арест страшнее гибели

Скорее всего, Ленин воспринимал эти несколько дней пусть не как "подарок", но как легальную, то есть имеющую уважительную причину возможность "забыться" и хоть немного отоспаться; немного, потому что такое "окно" предоставляется ему фактически впервые за полтора года, с февраля 1917-го. Всего лишь на несколько дней - потому что положение Советской России по-прежнему оставалось чудовищным; и большевики прекрасно понимали, что им грозит, и готовились отступать в подполье; при Московском губисполкоме как раз летом 1918-го открыли мастерскую по подделке паспортов: имена смывали, заполняли бланки из старых архивов фамилиями умерших и фальсифицировали подписи волостных старшин и губернатора Джунковского.

То, что Мальков сжег труп Каплан в Александровском саду, - свидетельство не особого цинизма коменданта Кремля, а того, что Кремль был в тот момент почти осажденной крепостью, и выезжать в город с таким грузом представителю большевиков было опасно.

И вот теперь, когда ясен событийный контекст выстрелов Каплан, можно вернуться к "психологии": Ленин гораздо более серьезно - и с большей опаской - относился к угрозе угодить под арест, чем к гибели; видимо, опыт потери четырех лет (год в одиночке и три в ссылке) оказался для него чудовищной травмой. Поэтому когда что-то угрожало его свободе, он проявлял чрезвычайную изобретательность - тогда как при смертельной опасности вел себя на удивление беспечно, почти по-бретерски. Отсюда, собственно, его летние выезды без охраны, с одним только шофером Гилем, на выступления в районы города, набитого оружием и кишащего людьми, крайне недовольными большевистской властью.

Характерен и шокирующе легкомысленный тон, в котором Ленин имел обыкновение описывать своим адресатам опасные обстоятельства: "если меня укокошат, я вас прошу издать мою тетрадку" и т.п. Вот и 2 сентября 1918-го, на волосок от смерти, он всего лишь просит сообщить ему, если ситуация безнадежная: "кое-какие делишки не оставить".


"Каплан" для Сталина

К счастью, убийство не состоялось, а начиная с осени количество потенциальных киллеров резко пошло на убыль: уже в ноябре выяснится, что Ленин гениально разыграл свою "брестскую стратегию" - и что он единственный, кто дирижирует ситуацией, а не просто размахивает руками, пытаясь справиться с ней. И вот с этого момента массовая ненависть обернется своей противоположностью: восхищением.

Так почему же, несомненно, драматичный, но, по большому счету, для биографии Ленина проходной - пули Каплан даже и косвенно, в итоге, не были причиной смерти Ленина, как опасались в 1922-м, - эпизод превратился в коллективном сознании в "хрестоматийный"?

Видимо, "институционализация" эпизода произошла не в последнюю очередь благодаря михаилроммовскому "Ленину в 1918 году", где сцены с Каплан и ее сообщниками - одни из самых ярких в фильме. Особо важной - задним числом - история с покушением оказалась еще и потому, что посредством кино о событиях 20летней давности мнимым "заговорщикам" 1930х годов приписывалась и навязывалась "предательская" идентичность - наследственная: в рамках этой киномифологии Бухарин и его шайка-лейка сначала тренировались на Ленине, а теперь едва-едва не подослали своих "каплан" к Сталину.

Таким образом, Сталин проделал то же самое, что в 60-е годы американские "хисторинавты", - подослал к Ленину "своих" убийц; но при этом не только добился всех намеченных целей, но еще и провернул это таким образом, что глобальная историческая ткань осталась целой и невредимой.