1 сентября 2018 г. 15:10
Текст: Алексей Емелин (кандидат исторических наук) , Никита Кузнецов (кандидат исторических наук)

Капитан 1-го ранга Иван Лебедев: Но ни разу даже глазом не моргнул...

"Горевший вдохновением" офицер командовал крейсером "Дмитрий Донской", недавно найденным на месте Цусимского сражения

В июле 2018 года ленты мировых информагентств облетело сенсационное сообщение: корейские водолазы обнаружили на морском дне крейсер 1-го ранга Российского императорского флота "Дмитрий Донской", затопленный 16 мая 1905 года, в самом конце Цусимского сражения1. Кингстоны на крейсере открыли по приказу командира Ивана Николаевича Лебедева.

Капитан 1-го ранга Иван Лебедев.
Капитан 1-го ранга Иван Лебедев.

Крейсер 1-го ранга "Дмитрий Донской". С цветной литографии В. Игнациуса


Яркая жизнь "за бортом"

Пять лет назад одному из авторов довелось побывать на русском кладбище в Нагасаки, где с середины XIX века хоронили наших моряков. Здесь нашли последний приют и герои крейсера "Дмитрий Донской". Скромная могила командира, скромная плита, под которой покоится прах нескольких матросов...2

Подвиг "Донского" всегда оставался в тени легендарного "Варяга". Командир - в тени Истории.

Крейсер "Дмитрий Донской" на открытии Владивостокского сухого дока. 7 сентября 1897 года.

СУДОВОЙ ЖУРНАЛ

Крейсер 1-го ранга "Дмитрий Донской"
Построенный Новым Адмиралтейством в Санкт-Петербурге крейсер (изначально - полуброненосный фрегат) "Дмитрий Донской" вошел в строй в 1885 году.
Водоизмещение (фактическое): 6200 т
Длина (полная): 93,4 м
Ширина: 15,85 м
Осадка: 7,1 м
Мощность машин: 6609 л.с.
Скорость: 15,4 узла
Вооружение: 6 - 152мм; 10 - 120мм; 6 - 47мм; 10 - 37мм; 2 - 63,5мм орудий; 5 надводных 381мм торпедных аппаратов.
Экипаж: 23 офицера, 492 унтер-офицера и матроса.
Большая часть службы корабля прошла в дальних заграничных плаваниях. Поход в составе 2-й Тихоокеанской эскадры стал его пятым по счету плаванием на Дальний Восток.

 

Что мы знаем о нем?

Свой последний бой капитан 1-го ранга Иван Николаевич Лебедев встретил 54-летним. "За бортом" - яркая жизнь, временами похожая на приключенческий роман. Закончил Морской кадетский корпус - но через год уволился со службы с чином подпоручика по Адмиралтейству. Виной была, разумеется, женщина. Поступил в Технологический институт, зарабатывая на еду переводами и репетиторством. Был исключен - пытался сдать экзамен за товарища. Работал на Новоторжской железной дороге, заведовал кузнечной и механической мастерской в Одессе, в то время как однокашники уже носили мичманские погоны...

В июне 1875 года Лебедев решил вернуться на море, вновь надел мундир гардемарина и благодаря хорошим аттестациям с прежних мест "вольной службы" оказался вторым механиком (вещь неслыханная!) на пароходе "Тамань", в распоряжении российского посла в Константинополе. Впрочем, скучноватая служба не мешала играть в карты и делать долги. Но офицер смог взять себя в руки. Помогло скорое назначение на корвет "Сокол"...

НАД МЕРТВЕЦАМИ, СТИСНУВ ОТ БОЛИ ЗУБЫ, ВОЗВЫШАЛСЯ ЛИШЬ ОДИН КОМАНДИР ЛЕБЕДЕВ, ЕДВА УДЕРЖИВАЯСЬ ЗА РУЧКИ ШТУРВАЛА. У НЕГО ОКАЗАЛАСЬ СКВОЗНАЯ РАНА В БЕДРЕ С ПЕРЕЛОМОМ КОСТИ

"Можешь себе представить, как мне дико показалось после трех лет отставки и плавания на "Тамани", где можно было курить наверху от бака до гака-борта, попасть на корвет с военной выправкой, выходить к подъему флага, не говоря уже об учениях парусных и других"4, - писал он другу.

Тянуть морскую лямку после длительной вольницы оказалось непросто. Но Иван Лебедев уже входил во вкус настоящей службы. В марте 1876 года получил мичманские погоны, во время Русско-турецкой войны служил на вооруженной шхуне "Ворон" - разом старшим офицером, вахтенным начальником и батарейным командиром. В конце сентября 1877 года корабль отличился при минных постановках на Дунае у Сулина и артиллерийской дуэли с броненосцами противника5. Командир корабля А.И. Юнг был удостоен ордена Св. Георгия 4-й ст., а молодой мичман - ордена Св. Анны 4-й ст. с надписью "За храбрость".


Характер офицера

После войны были Минный офицерский класс и Николаевская морская академия. Служил на Черном море минным офицером на броненосцах береговой обороны, на корвете "Память Меркурия", командовал миноносками. У начальства числился на хорошем счету.

Офицеры крейсера перед выходом в поход 2-й Тихоокеанской эскадры. 1904 год.

"Офицер очень развитой, свободно объясняется на языках французском, немецком и английском, весьма не дурно владеет пером, отличный практический механик и, при случае, может с успехом заменить и механика, и слесаря. При этом в опасностях храбр до дерзости и по находчивости своей не потеряется ни при каком случае. Хорошо и давно зная Лебедева, все высказанные здесь его качества я не затруднился бы подтвердить фактами. Он очень желал бы получить назначение на миноноску, строящуюся в Тулоне...", - писал о Лебедеве 11 марта 1883 года[ ]начальник Главного гидрографического управления Ф.Ф. Веселаго морскому агенту в Париже и Лондоне И.Ф. Лихачеву6.

МНОГОКРАТНО УСТУПАЯ ЯПОНЦАМ В ВООРУЖЕНИИ И ПРОИГРЫВАЯ В СКОРОСТИ, "ДМИТРИЙ ДОНСКОЙ" ПОЧТИ ТРИ ЧАСА ВЕЛ НЕРАВНЫЙ БОЙ НА ОБА БОРТА, РАССТРЕЛЯВ ПОЧТИ ВСЕ СНАРЯДЫ

Служба, в которой было и пребывание в болгарском флоте, и наблюдение за строительством миноносцев в Англии и во Франции[7], и спасение матросов с затонувшего в шторм у острова Скарпанто миноносца N 221, давалась Ивану Николаевичу легко. Но характер не исправишь. В апреле 1904 года Лебедев был назначен командиром крейсера "Дмитрий Донской"[8]. Командующий эскадрой вице-адмирал З.П. Рожественский во время трудного перехода на Дальний Восток не раз демонстрировал свое особое нерасположение к Лебедеву и его крейсеру. Тот не оставался в долгу. Когда за пустяшный проступок с корабля, идущего на войну, списали в Россию трех офицеров, - Иван Николаевич на их проводах демонстративно послал команду по вантам и велел кричать "Ура!".

Но самолюбивый офицер оказался настоящим боевым командиром, когда настал его момент истины.


Один крейсер против шестерых

14 мая 1905 года, в первой части Цусимского сражения, "Донской" в составе отряда крейсеров защищал транспорты. Повреждения были минимальны - от осколков пострадали всего восемь человек. К исходу 15 мая корабль приблизился к острову Дажелет. Здесь были обнаружены неприятельские крейсера - сначала четыре, потом еще два. По старой флотской традиции, командир собрал на мостике совет из офицеров, который должен был принять решение - вступать ли в неравный и безнадежный бой. По свидетельству старшего офицера корабля капитана 2го ранга К.П. Блохина, "большинство, сознавая близость роковой минуты, угрюмо молчало"9.

В итоге "Иван Николаевич Лебедев, не видя результатов совета, а может быть, признавая его даже вредным, подошел ко мне и сказал, что, по его мнению, надо совет распустить; разделяя его мнение и поняв его желание, я предложил лишним с мостика уйти и приготовиться занять свои места, когда будет пробита тревога. В это время с левой стороны, впереди траверза показались, направлявшиеся тоже к нам, еще два крейсера и три миноносца" - вспоминал Блохин10.

Курс и место гибели "Дмитрия Донского" в Цусимском сражении.

Многократно уступая японцам в вооружении и проигрывая в скорости, корабль почти три часа вел неравный бой на оба борта, расстреляв почти все снаряды, но прорвавшись под покровом ночи к спасительному острову. Во время боя Лебедев был тяжело ранен. Блохин писал: "Около восьми часов [вечера] мне дали знать, что командир стонет: на мостике, куда я бросился, командир встретил меня словами: "Сдаю вам командование". Сильно раненый Иван Николаевич еле держался на ногах, перевалившись всем корпусом через штурвал. ...Положив командира на палубу, я послал ординарца к доктору и за носилками..."11

В этот момент на мостик поднялся судовой священник - отец Петр (Добровольский). Увидев лежащего командира, он предложил позвать врача, на что Лебедев ответил, что он сам перевязал рану платком, добавив: "Пусть доктор другим помогает, там верно без меня много раненых"12. До последней минуты капитан заботился о своем экипаже.

C. Пен. Цусимское сражение. 1991 год.

СЛОВО ДРУГА

"Как человек, Лебедев был в высшей степени добрый, но увлекающийся. Съехав на берег, он как бы забывал о службе, о корабле, предаваясь всяким развлечениям. Как начальник, в смысле поддержания дисциплины на корабле, он также не выдерживал критики...

Зато во время управления кораблем, когда Иван Николаевич Лебедев был на мостике, это был орел. Он был на месте. Он все видел, все знал, что делалось на корабле.

Кто скорее и лучше всех снимался и становился на якорь? "Донской". Кто красиво и эффектно мог "обрезать корму", когда получалось такое впечатление, что вот произойдет столкновение? Все тот же "Донской". В часы маневров, а потом в часы боя Иван Николаевич горел вдохновением. Он составлял одно целое с крейсером, как бы чувствуя каждые его вздохи..."3.

Из воспоминаний корабельного священника отца Петра (Добровольского)

ВЗГЛЯД ПИСАТЕЛЯ

"Судно не сдавайте. Лучше разбейте его..."

Старший офицер находился на палубе, когда к нему подлетел один из матросов и, захлебываясь словами, доложил:

- Ваше высокоблагородие... вас командир просит.

Блохин немедленно поднялся на мостик и, заглянув в исковерканную и полуразрушенную рубку, на мгновение остолбенел. Вся палуба в ней блестела свежей кровью. Лейтенант Дурново, привалившись к стенке, сидел неподвижно, согнутый, словно о чем-то задумался, но у него с фуражкой был снесен череп и жутко розовел застывающий мозг. Рулевой квартирмейстер Поляков свернулся калачиком у нактоуза. Лейтенант Гирс валялся с распоротым животом. Над этими мертвецами, стиснув от боли зубы, возвышался один лишь командир Лебедев, едва удерживаясь за ручки штурвала. У него оказалась сквозная рана в бедре с переломом кости.

Кроме того, все его тело было поранено мелкими осколками. Он стоял на одной ноге и пытался удержать крейсер на курсе, сам не подозревая того, что рулевой привод разбит и что судно неуклонно катится вправо. Увидев старшего офицера, он удивленно поднял брови и промолвил посиневшими губами:

- Сдаю командование...

- Я сейчас распоряжусь, чтобы перенесли вас, Иван Николаевич, в перевязочный пункт.

- Не надо. Я здесь останусь. Старайтесь скорее попасть в тень острова. Судно не сдавайте. Лучше разбейте его...

А.С. Новиков-Прибой. "Цусима"

ВОПРОС РЕБРОМ

Сенсационная телетрансляция в Корее об обнаружении крейсера "Дмитрий Донской". / AP

Было ли золото на "Дмитрии Донском"?

После того как в июле 2018 года крейсер был обнаружен, в зарубежной прессе начались "сенсационные" спекуляции о хранящемся на его борту золоте. Исчерпывающий комментарий по этому поводу дал еще 15 лет назад историк флота, капитан 2-го ранга в отставке И.Ф. Шугалей:

"Что касается "многомиллионных" и "многомиллиардных" сокровищ, "трансфертов для Дальнего Востока" на кораблях эскадры, то на сей счет нет ни достоверных свидетельств очевидцев, ни архивных документов. Да и зачем надо было "грузить" таким безумным количеством золота и денег эскадру, которая шла на смертный бой? Деньги на эскадре, безусловно, были, а как же без них в таком дальнем походе? Но не в таких фантастических количествах и в основном в форме аккредитивов, в бумажках, хотя были и золотые монеты, в большей части мелкого достоинства. На каждом корабле имелась своя казна, общая же хранилась на флагмане эскадры броненосце "Князь Суворов". Во время Цусимского сражения на ряде кораблей и судов, подготовленных командами к затоплению, командиры раздали содержание казны экипажам"6.


P.S. К утру 16 мая команду свезли на берег острова, а крейсер был затоплен на большой глубине, став последней жертвой Цусимы. С ним вместе ушли на дно морское около 60 погибших моряков, включая трех офицеров.

Отважный командир скончался два дня спустя в японском госпитале...

Могила капитана 1-го ранга Ивана Николаевича Лебедева на Русском кладбище в Нагасаки.


1. Первые сообщения об обнаружении корабля появились в южнокорейской прессе еще в конце 2000 г. Начавшиеся тогда работы были приостановлены.
2. Подробнее см.: Кузнецов Н.А. Барк "Седов": галсы флотской истории // Морской сборник. 2013. N 8. С. 82-92.
3. ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 513. Л. 19-21.
4. РГАВМФ. Ф. 31. Оп. 1. Д. 7. Л. 14.
5. Подробнее см.: Аренс Е.И. Роль флота в войну 1877-1878 гг. СПб., 1903. С. 62-66.
6. РГАВМФ. Ф. 16. Оп. 1. Д. 222. Л. 51 об.
7. Афонин Н.Н. Французские "торпиллеры" в русском флоте. СПб., 2010. С. 5.
8. О корабле и его судьбе см.: Кондратенко Р.В., Кузнецов Л.А. Крейсера I ранга "Дмитрий Донской" и "Владимир Мономах". СПб., 2013.
9. Показание старшего офицера крейсера ["Дмитрий Донской"] капитана 2 ранга Блохина // Русско-японская война 1904-1905 гг. Действия флота. Документы. СПб., 1914. Отдел IV. 2я Тихоокеанская эскадра. Кн. 3. Бой 14-15 мая 1905 года. Вып. 4. Показания в Следственной комиссии. С. 427.
10. Там же. С. 428.
11. Там же. С. 430.
12. На "Дмитрии Донском" // Иллюстрированная летопись Русско-японской войны (по официальным данным, сведениям печати и показаниям очевидцев). СПб., 1905. Вып. XVIII. С. 60.

"Ставили ящики один на другой и стреляли сидя..."

Уважаемая редакция! Совершенно согласен с публикацией Алексея Дудника и Натальи Ваховой о нашем священном долге перед героями Русско-японской войны ("И русских не слышат слез...", "Родина" N4, 2018. Авторы предложили воздвигнуть музейно-архивный мемориальный комплекс в Хабаровске и Москве. - Ред.). В нашей официальной истории эта война до сих пор числится "позорно проигранной". Да, флот погиб, да, была Цусима. Но Россия защищала свои рубежи...

В нашей семье память об этой войне хранится уже четвертое поколение. Мои прадеды - Викуловы, Верхотуровы - забайкальские казаки - служили в армии Куропаткина. И я с детства знал, что перед боем каждый из них молился: "В руце, твои, Господи, вручаю дух мой..." - это была молитва воинов! Мой родной прадед Викулов Федор Флегонтович, казачий фельдшер, в декабре 1904 года прибыл в Порт-Артур сразу после его капитуляции. Прибыл с миссией Красного креста и еще до того, как туда вошли японские войска. Официально считается, что в плен попали 25 тысяч человек, из них 10 тысяч больных и раненых. А прадед рассказывал другое!

Он был среди тех, кто осматривал защитников. Здоровыми числились те, кто мог подняться на ноги, а цингой, причем в тяжелой форме, были больны все. В том числе и офицеры. И капитуляция произошла только после того, как не осталось патронов - люди стоять не могли, в окопе ставили два ящика один на другой и стреляли сидя.

Сколько еще у нашей Родины таких забытых войн...

С уважением - Викулов Александр Олегович, врач, дед шести внуков.
Белореченск, Краснодарский край.

Оборотная сторона фото: "Не забывайте папу. Память отечественной войны. Целую и благословляю". Викулов. / из семейного архива

Петр Флегонтович Викулов (сидит) - один из братьев моего прадеда. Он был разведчиком и фуражиром у партизан во времена семеновщины и во время японской оккупации. Японцы повесили его в воротах, на притолоке за большие пальцы рук. И поставили часового, чтобы станичники ему не помогли. В результате оба больших пальца некротизировались, и он сам отрубил их топором. Как он после этого умудрялся много лет шорничать - не знаю. Но шорником был знатным. / из семейного архива

Федор Флегонтович Викулов с женой Агнией Иосифовной и детьми: стоит - Антонина Федоровна, на руках у отца - Евгений Федорович, на руках у матери - Мария Федоровна, моя бабушка. Скорее всего 1912 год. / из семейного архива

 

 

Над гробом малыша. Прадед уже в погонах, но еще дома. Он ушел на Великую Войну с самого начала, воевал вместе с братьями на Кавказском фронте до 1916 года. / из семейного архива

Врач Штиммер (слева) и фельдшер Ф.Ф. Викулов после возвращения противочумного отряда. 1928 год. / из семейного архива