1 сентября 2018 г. 15:00

"Ставили ящики один на другой и стреляли сидя..."

Продолжаем разговор о русско-японской войне, начатый читателями

Уважаемая редакция! Совершенно согласен с публикацией Алексея Дудника и Натальи Ваховой о нашем священном долге перед героями Русско-японской войны ("И русских не слышат слез...", "Родина" N4, 2018. Авторы предложили воздвигнуть музейно-архивный мемориальный комплекс в Хабаровске и Москве. - Ред.). В нашей официальной истории эта война до сих пор числится "позорно проигранной". Да, флот погиб, да, была Цусима. Но Россия защищала свои рубежи...

Мой прадед Федор Флегонтович Викулов. 15 октября 1916 года. Фото: из семейного архива
Мой прадед Федор Флегонтович Викулов. 15 октября 1916 года. Фото: из семейного архива

В нашей семье память об этой войне хранится уже четвертое поколение. Мои прадеды - Викуловы, Верхотуровы - забайкальские казаки - служили в армии Куропаткина. И я с детства знал, что перед боем каждый из них молился: "В руце, твои, Господи, вручаю дух мой..." - это была молитва воинов! Мой родной прадед Викулов Федор Флегонтович, казачий фельдшер, в декабре 1904 года прибыл в Порт-Артур сразу после его капитуляции. Прибыл с миссией Красного креста и еще до того, как туда вошли японские войска. Официально считается, что в плен попали 25 тысяч человек, из них 10 тысяч больных и раненых. А прадед рассказывал другое!

Он был среди тех, кто осматривал защитников. Здоровыми числились те, кто мог подняться на ноги, а цингой, причем в тяжелой форме, были больны все. В том числе и офицеры. И капитуляция произошла только после того, как не осталось патронов - люди стоять не могли, в окопе ставили два ящика один на другой и стреляли сидя.

Сколько еще у нашей Родины таких забытых войн...

С уважением - Викулов Александр Олегович, врач, дед шести внуков.
Белореченск, Краснодарский край.

Оборотная сторона фото: "Не забывайте папу. Память отечественной войны. Целую и благословляю". Викулов. / из семейного архива

Петр Флегонтович Викулов (сидит) - один из братьев моего прадеда. Он был разведчиком и фуражиром у партизан во времена семеновщины и во время японской оккупации. Японцы повесили его в воротах, на притолоке за большие пальцы рук. И поставили часового, чтобы станичники ему не помогли. В результате оба больших пальца некротизировались, и он сам отрубил их топором. Как он после этого умудрялся много лет шорничать - не знаю. Но шорником был знатным. / из семейного архива

Федор Флегонтович Викулов с женой Агнией Иосифовной и детьми: стоит - Антонина Федоровна, на руках у отца - Евгений Федорович, на руках у матери - Мария Федоровна, моя бабушка. Скорее всего 1912 год. / из семейного архива

 

 

Над гробом малыша. Прадед уже в погонах, но еще дома. Он ушел на Великую Войну с самого начала, воевал вместе с братьями на Кавказском фронте до 1916 года. / из семейного архива

Врач Штиммер (слева) и фельдшер Ф.Ф. Викулов после возвращения противочумного отряда. 1928 год. / из семейного архива