21 января 2019 г. 22:15

"Мы должны стереть свой след в Бразилии, если перейдём в Россию"

Русский старовер из Южной Америки - о возможном переселении на родину предков
Осенью прошлого года в Россию из Бразилии приезжали русские старообрядцы. Смотрели земли, куда могли бы переехать из Южной Америки, общались со староверами, которые переселились сюда раньше. Авраам Калугин задержался в России дольше всех. Незадолго до отъезда в Бразилию он дал интервью "Родине".
Авраам Калугин, Мартемьян Ревтов, Фома Овчинников и Александр Санаров (справа налево) в столовой Преображенской старообрядческой общины в Москве. Фото: Артем Локалов
Авраам Калугин, Мартемьян Ревтов, Фома Овчинников и Александр Санаров (справа налево) в столовой Преображенской старообрядческой общины в Москве. Фото: Артем Локалов

"Для нас Россия была только в сказках"

Где вы родились, Авраам?

Авраам Калугин: Я рождён в Бразилии, в 1973 году. Родители мои родились в Китае.

Откуда они туда пришли?

Авраам Калугин: Точно не знаю. Но на форуме староверов в Москве немножко узнал об этом. Вроде предки наши когда-то двинулись с Урала в Приморье, где жили на реке Бикин. А потом ушли в Китай.

Оттуда - уже в Бразилию?

Авраам Калугин: В конце 1950-х они должны были ехать в Парагвай. Выехали в Гонконг - и там кто полтора года, а кто все три прожили. Фонд, мне кажется Красный крест, содерживал их. Парагвай приглашал, но потом Бразилия узнала, что какие-то люди едут в Южную Америку - и тоже пригласила. Это было в 1958-м.

У вас большая семья?

Авраам Калугин: Четверо детей - два сына и две дочери. Один сын женат, дочь замужем.

Вы уже дедушка?

Авраам Калугин: Нет, ишо не поимел это счастье.

В России вы впервые?

Авраам Калугин: Да. Было большое желание очутиться здесь. Россия всегда для нас была в рассказах и сказках. Охота было съездить. Но слухи не очень приятные ходили про Россию: мол, очень плохо тут.

Но вы поехали.

Авраам Калугин: Да. Кто-то из наших уже переселился сюда. Вот у моей жены братья в России - на Дальнем Востоке. Года два-три как живут там. И путь теперь стал для нас более-менее ясный. Как, куды…

"Бог сказал: "Давайте, шевелитесь!"

Вы побывали во многих регионах. Приморье, Хабаровский край, Еврейская область, Бурятия, Карелия, Калужская область, Алтай. Расскажите о впечатлениях.

Авраам Калугин: Приморский край если взять... Там можно заниматься соей и кукурузой. Лето длиннее, риск без урожая очутиться не такой большой. Потом мы приехали в Еврейскую область и поняли, что этими культурами там почти не занимаются. Там более болотистые земли. Но природа нам понравилась.

В поле. Приморье. Осень 2018-го. / из архива Марии Санаровой

А в Амурской области?

Авраам Калугин: Очень все развито. Почти 1,5 миллиона гектар земель засеваются. Полей с соей много. Но самые хорошие земли заняты. К тому же риск заморозков большой.

Потом были в Бурятии, в городе Улан-Удэ. Красиво, прекрасно даже. Говорили нам, что плохо там, а вовсе и не так. Люди, видимо, хорошо живут. Много новых домов строится. Но если земледелием в тех местах заниматься, - то картофелем, другими овощами. Или животноводством.

Вы все разведали.

Авраам Калугин: А мы как делегация и поехали разведывать. Чтобы потом рассказывать нашим, показать видео, карточки. И решать, ехать ли в Россию.

К чему склоняетесь?

Авраам Калугин: Не хочу покамись даже для себя делать выводы. Например, в Калужской области или Воронеже не такая поддержка, как в Приморье (там действует программа "Дальневосточный гектар", по которой переселенцы получают различные льготы - прим. "Родины").

Нет ощущения, что вам показывали лучшее, а на самом деле картина - другая?

Авраам Калугин: Мы стараемся смотреть по сторонам и слушать. Люди говорят много чего плохого. Но мы помним, как в Бразилии трудно было. Всё пережили.

Почему тогда думаете о переезде в Россию?

Авраам Калугин: Там, где мы проживаем, в штате Гояс, земля очень дорогая стала. А туда, где еще жарче климат, мне неохота ехать. Земли там дешевые, но 35-40 градусов круглый год... Не хочу я этого.

А другая причина… Почему мы до сегодняшнего дня разговариваем на русском языке? Какие наши предки были, такие мы и есть. Всё чего-то тянет. Может, судьба. Может, бог нам сказал: "Давайте, шевелитесь!"

Авраам Калугин в гостинице Преображенской старообрядческой общины рядом с репородукцией картины Василия Сурикова "Боярыня Морозова". / Артем Локалов

"Мы всё обсуждаем в WhatsApp"

Русские в России и русские из Южной Америки - разные?

Авраам Калугин: Да, мы впитали много от латинцев. Смеемся, шутим. За всяко просто. Вы, русский народ, может, это от советской власти, люди напряженные. Много людей здесь, которые отвечают грубо, жестко. У нас такого нет. Но много людей здесь, которые за всяко просто, с добром, очень ласковы.

У вас много опасений, не обманут ли здесь, если переедете?

Авраам Калугин: В поездке мы разговаривали с властями, а в Москве с митрополитом Корнилием. Видимо, русские чиновники начинают понимать, что нет смысла нас надувать. И не только нас. А мы не жили при советской власти - работали всегда на земле на себя. И можем быть полезными.

Но опасения всё равно есть. Поэтому мы и разговариваем с нимя: сколько, чё да как...

Знакомы ли вы с Данилой Зайцевым, русским старовером который переселился в Россию из Южной Америки, а потом вернулся в Аргентину?

Авраам Калугин: Видел несколько раз, но не имею контакта с им несколько лет.

Покинув Россию, он сказал в интервью Мите Алешковскому: "Покамест мы Россию не видели, мы об ей тосковали". А потом - разочаровались.

Авраам Калугин: Точка зрения… Как мы могём что-то возражать, если он так думает? У нас группа из 12-13 мужчин. Почти год обсуждаем возможный переезд в Россию, создали группу в WhatsApp. Стараемся не эмоционально, а рационально рассчитать, какие выгоды могут быть здесь. И не хотим приехать сюда только для себя.

А для кого ещё?

Авраам Калугин: Для страны. Ведь не бывает одной стороне хорошо, а другей - плохо. Но езлеф мы приедем, то должны быть независимы. Взяли кредиты, купили технику - и слава Богу! Начинаем работать, зарабатывать, выплачивать кредиты. И никому больше ни вопросы, ни запросы не посылаем. Тут можно даже пример привести.

Какой?

Авраам Калугин: Езлеф будет успех, люди будут смотреть на нас - и тоже стараться начинать свое дело.

Ужин со старообрядцами, которые уже переселились из Америки на Дальний Восток. Осень 2018-го. / из архива Марии Санаровой

"Интернет - как винтовка"

Вот вы пользуетесь телефонами, группа в Whatts App у вас есть. Но это ведь не по старой вере. В то же время, без этого жить невозможно. Как вы решаете эту проблему для себя?

Авраам Калугин: Раньше часто смотрел телевизор, хотя этого нам делать нельзя. Но не понимал, почему. А потом стал понимать. Ведь это головопромытие! И не стал больше телевизор смотреть.

А интернет - как винтовка. Ты могёшь ее иметь дома, чтобы зверя убить и накормить семью. А могёшь человека убить. Езлеф имеешь интернет, тебе всё доступно. Вся гадость и всё хорошее. И тут можно потеряться. Есть проблема, есть. Но, к сожалению, сегодня без этого не обойтись, езлеф сельским хозяйством заниматься или вообще бизнесом.

Как вы себя называете?

Авраам Калугин: Нас называют старообрядцами или староверами. С моей точки зрения, мы есть староверы, потому что наши предки и мы сохранили веру, какой она была после того как князь Владимир крестил Русь. И мы не раскольники. Раскольники как раз те, кто к истинной вере не относятся.

Вас будет тянуть в Россию, когда вернетесь в Бразилию? Или нет, ведь родились вы там?

Авраам Калугин: Раньше, чтобы позвонить по телефону, надо было в него копейку уронить. И в нашем случае пока эта копейка в телефон не упала. Ещё нужно время. Начинаем понимать, что здесь может быть сложнее, чем думаем. Потому что есть зима, нужна заготовка дров. И сидеть это время придется в избе, поэтому надо найти какое-то занятие. Там у нас всегда погода, а тут можно сдуреть за зиму. Всё обдумываем.

Перевозка урожая арбузов с бахчи Авраама Калугина. / facebook.com/abrao.kalugin

Можно вернуться в Бразилию, если тут будет плохо.

Авраам Калугин: Оставим, конечно, что-то на последний случай. Но вообще нельзя нам так думать. Мы должны след свой там стереть, если сюда переходить.

Почему?

Авраам Калугин: Будем думать так - никогда не станем успешны. Когда трудности - надо выход искать, а не обратно поворачиваться. И развиваемся мы только когда сложно. Езлеф у нас будет тепло, уютно, сладко и мягко…

Так у вас в Бразилии тепло и сладко.

Авраам Калугин: Хотим, чтобы наши дети имели возможности в будущем, могли бы развиваться. И, может, стали богатыми. Ничего плохого в этом нет. Может, они захотят на "Мерседесе" кататься. Что ж, так тому и быть!

У ваших детей в Бразилии заработать на "Мерседес" меньше возможностей, чем здесь?

Авраам Калугин: Пока говорю про себя, про Мартемьяна, про Фому… Мне 45 лет, имя - по 50 и больше. Без нас нашим детям будет сложно - что в Бразилии, что в России.

"В Бразилии нам говорили: "Тут ничего не вырастет". Теперь это золотые земли"

Чего вы совсем не ожидали увидеть в России?

Авраам Калугин: Люди, которые не бывали здесь, или даже были, рисуют Россию так: есть нечего, дороги плохие... Это не так - мы проехали тысячи километров на автобусах, машинах, поездах, самолетом летали. Да, видели трудности. Видели села, которые вымирают. Потому что советская власть сделала так, что директора колхозов понимали, как управлять людями и распоряжаться. А потом колхозов и советской власти не стало - и люди остались у разбитого корыта. Не было у людей предпринимательских способностей, потому и села не стало.

Ись-то как-то надо было. Вот люди и поехали из сел в города. В городе хотя бы копейку можно заработать. А в селах, может, желание и есть, но нет опыта. С чего начать? Да вот возьми эту лопату - и копай! Но часто человек уже потерянный.

Что делать?

Авраам Калугин: Говорю же: бери лопату - и копай. В Бразилии местные люди нам говорили: "Тут невозможно ничего выращивать, не взойдет". Но сейчас это золотые земли в том же штате Парана.

А в штате Гояс всегда ценились места возле рек. Где лес крупный, дремучий - там земли более или менее хорошие. Но полгектара вырубят, на этом месте высадят рис - и вскоре земля уже негоджа. Нужно удобрять, вносить известняк. А местные просто бросали и вырубали лес под новые поля.

Авраам Калугин (в центре) с другими русскими староверами в Бразилии. / facebook.com/abrao.kalugin

Как вы относитесь к алкоголю?

Авраам Калугин: Это самая плохая гадость. В школе учителя говорят про вред наркотиков и при своих же детях дома выпивают. А это первый вход в жизнь наркотика. Конечно, люди падают в эту дрянь. Мы на свадьбах когда гуляем, пьем свою брагу. Езлеф знать меру, не пакостить - это не грех. Везде нужна мера.

У вас нет левой руки. Как вы ее потеряли?

Авраам Калугин: Была минута дурности в молодые времена.

"Везём с собой русскую землю"

Тем не менее, работаете, как и все.

Авраам Калугин: Есть шанс, что у нас и здесь получится. Нам вроде идут навстречу. Дело-то не только в нас, а вообще в людях, которые занялись бы делом. Не только плохое, но и хорошее могёт заразить страну. За 20-30 лет она могёт развиться.

Производство собственной колбасы на ферме в Бразилии. / facebook.com/abrao.kalugin

Слишком все радужно.

Авраам Калугин: Может, здешни власти поймут, что путем, каким они идут, сделать лучше не всегда получается. Мы много им объясняли. Скажем, система кредитования сельского хозяйства в России на 30-40 лет отстала от бразильской...

На словах - красиво, а доходит до дела - начинается волокита. Поэтому и не занимаются сельским хозяйством в России, как следует.

Авраам Калугин: Мы видим. Одни потеряли надежду, что люди могут чё-то сделать. И люди сами в себя многие не верят.

А надо начинать с простого. Поехал я, допустим, в поле на тракторе или грузовике. Беру сына трех-четырех лет. Катаешь его, он за руль держится. И пропитывается этим духом. Да, этому любой может научиться потом. Но надо с детства приучать, потому что только тогда будет не только умение, но и дух.

В бразильской лаборатории отметили высокую продуктивность почвы из Калужской области. / из архива Марии Санаровой

В России нужен ваш опыт и дух.

Авраам Калугин: Может, и вправду повлияем на среду и она начнет развиваться. В Бразилию на анализ везём земли из мест, где побывали и которые нам приглянулись. Посмотрим, что скажут...

Люди увидят такой подход, начнет молодежь работать - на тракторах, на комбайнах. И тогда интерес появится. Станут появляться партнерства, местные люди своё дело начнут. У нас так между русскими и бразильянами. Возьмем их на работу - поначалу ничё не умеют. А лет 20 проработают, накопят денежку. Глядишь, уже на тракторе свое поле пашут.