Новости

27.01.2019 21:47
Рубрика: Культура

Иосиф и его "братья"

Текст: Андрей Максимов (Монотонность в любом разговоре раздражает. Вот этой монотонности Райхельгауз больше всего и боится)
В минувшую пятницу театр "Школа современной пьесы" открыл построенное после пожара здание.

Я - многолетний зритель этого театра, когда-то ставил здесь спектакль, то есть не просто хорошо знаю здание "Школы современной пьесы", но исходил его вдоль и поперек. И первое ощущение, которое оставляет вновь открытое здание... Нет, не так. Первое ощущение, которое НЕ оставляет вновь открытое здание, что это - новодел. Нет ощущения новодела, понимаете? Не понимаете? И я не понимаю. Но факт остается фактом: кажется, что ты пришел в историческое здание (каковым ШСП и является), просто немного отреставрированное. Хотя на самом деле дом построен заново - предыдущее сгорело почти целиком.

И знаете, что я вам скажу? Как-то в московском театральном королевстве все стало делаться спокойно и без истерик. Не замечали? Оно и верно: начальство любое - в том числе и городское театральное - замечают, когда - крики, скандалы, неясные увольнения и непонятные назначения. А когда скандалов нет - оно вроде так и надо. Что справедливо. Начальники - это те, кто должен обеспечивать нормальную жизнь. Но иногда можно сказать доброе слово, правда?

Нет ощущения новодела, понимаете? Не понимаете? И я не понимаю. Но факт остается фактом

Только что въехал в отреставрированное здание "Современник", теперь вот ШСП. Скандалов, криков и прочих театральных ужасов нет. Значит, управление культуры Москвы работает правильно, не так ли?

В новое здание ШСП успела въехать за месяц до своего тридцатилетия, которое театр будет отмечать 28 и 29 марта. Спектаклем? Нет?

Вообще это удивительно: Иосиф Райхельгауз - основатель и бессменный руководитель театра под названием "Школа современной пьесы", сам современную пьесу не любит. Нет, придумать конкурс "Действующие лица", благодаря которому новые драматурги могут заявить о себе, - пожалуйста. Режиссеров пригласить, чтобы они современную пьесу поставили, - ради Бога. Но сам - нет. Что угодно будет придумывать Райхельгауз, лишь бы пьесы не ставить.

То делает спектакль-импровизацию, в которой пьесы нет вообще: актеры разыгрывают разные ситуации, не имея готового текста. То возникает на сцене постановка, созданная по одесским анекдотам... То превращает в мюзикл Гоголя или Чехова... Не интересна режиссеру Райхельгаузу современная пьеса - вот ведь какой парадокс.

Есть такая известная театральная формула, придуманная великим режиссером Андреем Лобановым. Он считал, что, начиная работу над спектаклем, надо задать себе вопрос: "Чем будем удивлять?" Как любой режиссер, Райхельгауз ничего не имеет против такой постановки вопроса, но его гораздо бол]ьше волнует: "О чем будем разговаривать?" Он относится к пришедшим на спектакль людям не столько как к зрителям, которые будет оценивать то, что он сделал, сколько как к друзьям, или - если угодно - еще интимнее: как к братьям и сестрам, которые приходят в зал поговорить.

И праздничный вечер, и грядущий совсем скоро юбилей - повод вспомнить, как это все начиналось. Вполне традиционно. Но очень качественно. "Пришел мужчина к женщине". Пьеса Злотникова. Играли Полищук и Филозов. Спектакль выдающийся. А потом началось... "А чой-то ты во фраке?" - тоже, безусловно, выдающаяся работа, в которой те же актеры плюс великий Алексей Петренко, а потом еще и Гурченко, Виторган и множество других мастеров - спектакль шел десятилетиями - и пели, и танцевали, и даже изображали балет... Одна из лучших, на мой взгляд, постановок "С приветом, Дон Кихот!", где тоже были перемешаны, кажется, все жанры.

Монотонность в любом разговоре раздражает. Вот этой монотонности Райхельгауз больше всего и боится. Поэтому, как мне кажется, и придумывает что угодно, лишь бы собеседник-зритель не скучал.

Надо сказать, что редко какой театр (ну, может быть, еще мой любимый Вахтанговский) столь охотно пускает на сцену режиссеров, в том числе и молодых. Эти традиционно сделанные спектакли событиями в театральной жизни, как правило, не становятся, однако, действительно, открывают имена новых драматургов.

Вообще, если по сути, то театр должен бы называться "Школа современного актера". Здесь всегда была и есть очень мощная труппа. Райхельгауз - он же еще и собиратель. В свое время позвал Миронову и Глузского, и они играли здесь блестяще. Санаева, Галибин, Качан, Алферова, Васильева, Веденеева... Называю только всем известных звезд, которые обрели здесь свое творческое пристанище. А есть еще среднее поколение, есть молодые... Несмотря на то, что Райхельгауз, без сомнения, режиссер-придумщик, который не случайно все чаще называет себя не постановщик, а автор спектакля - ему очень важен актер, ему интересно показать его с неожиданной стороны.

Монотонность в любом разговоре раздражает. Вот этой монотонности Райхельгауз больше всего и боится

Тридцать лет - для театра срок более чем значительный. В восьмидесятые-девяностые годы прошлого века возникло немало театральных коллективов. Некоторые просто погибли. Есть такие, которые делают вид, что живут. Меньшинство существует успешно, и "Школа современной пьесы" среди них.

Даже вскользь говоря о любой своей постановке, Райхельгауз не преминет сказать, что "этот спектакль - лауреат многочисленных премий". Хотя он может часами доказывать собеседнику, что премии и звания ему не важны, - важны. Он не из тех режиссеров, что живут в безвоздушном пространстве. Он вполне себе социален, и с удовольствием ходит на телевизионные ток-шоу, доказывать свою позицию и мелькать лицом.

Он и театр создал такой: сегодняшний и очень живой. Настоящий.

Спасибо, Иосиф, от имени всех "братьев".

Культура Театр Колонка Андрея Максимова
Добавьте RG.RU 
в избранные источники