Кедровая колонна танкиста Терехова

93-летний фронтовик треть жизни высаживает кедры на местах боев - в память о погибших братьях и друзьях
Каждый год по весне кемеровчанин Анатолий Михайлович Терехов покупает в лесничестве полторы сотни саженцев. И, бережно упаковав в картонные коробки, отправляется в дальний путь. Последние тридцать шесть лет он высаживает кедровые аллеи там, где воевал и где погибли братья и друзья.
Анатолий Терехов с фотографиями погибших членов семьи. Фото: Юлия Потапова
Анатолий Терехов с фотографиями погибших членов семьи. Фото: Юлия Потапова

Младший брат

Первые сорок кедров Терехов посадил в 1983 году в Курской области, на станции Горшечное. В бою за ее освобождение зимой 1943-го смертельно ранило его старшего брата Гурия, который ушел на фронт на второй день войны. В ту же весну в Калужской области погиб брат Борис. А через несколько дней из боя не вернулся зять Ян...

- Я искал их много лет, - вспоминает Анатолий Михайлович. - Нашел однополчан, которые видели момент их гибели. В архиве Минобороны сравнили свидетельства с записями в журналах боевых действий - все подтвердилось. И тогда наша мама, воспитавшая десять своих и четверых приемных детей, сказала: "Давайте подумаем, как увековечить их память". Мы решили, что лучше всего посадить кедры. Наши, сибирские. У них хорошая аура, если подержаться за дерево, - боль проходит. А главное - кедр живет пятьсот лет.

Через год после смерти братьев пришел черед идти на войну младшему.


Ехать в госпиталь отказался...

Летом 1941-го Толя Терехов окончил седьмой класс. Мальчишек-непризывников мобилизовали на сельхозработы, домой вернулись только в ноябре. Толя поступил электрослесарем на завод.

- Стояли у станка по 12 часов, к обеду валились с ног. А после смены бежал в вечернюю школу. Уроки делал по ночам. Ставишь под стол тазик с холодной водой и опускаешь туда пятки, чтоб не заснуть...

Он еще не знал, что сделанные его руками моторы для танков Т-34 скоро увидит в деле.

В марте 1944 года Терехов, окончивший вместе с ровесниками курсы трактористов, стал механиком-водителем 83-й танковой бригады 10-го танкового корпуса 5-й Гвардейской танковой армии. Повоевал и автоматчиком. Когда получил контузию (позже она аукнется полной потерей слуха), ехать в госпиталь отказался. Кавалер ордена Красной Звезды, ордена Отечественной войны I степени...

Победу встретил в Кенигсберге.

А довоевывает последние тридцать шесть лет за тех, кто не вернулся.


"Я помню, Алеша!"

Вот последний его маршрут: Курская область - двенадцать мест посадки, Калужская - три, Новгородская область и Беларусь - по два, Калининград - одно...

В общей сложности 25 точек на карте!

- Мне закалка помогает: седьмой год занимаюсь скандинавской ходьбой и вообще стараюсь больше передвигаться пешком, - улыбается Терехов, демонстрируя шагомер. - Моя дневная норма - десять тысяч шагов.

Деньги на ежегодное путешествие он откладывает из пенсии. Использует ветеранское право на один бесплатный перелет в Москву и обратно. Но этого мало, чтобы кедровый маршрут сложился. Потому почти в каждом городе у него команда помощников - директора школ, чиновники, кадеты, ветераны, студенты, ученые и агрономы...

В прошлом году Терехов вместе с сыном Андреем прямиком из Шереметьево прибыли в Москворецкий парк, где их уже ждал десант с лопатами и ведрами. В Волгограде сибирские кедры растут у аграрного университета, в дендрарии Волго-Донского канала, на Мамаевом кургане...

- В 1942-м, когда началась Сталинградская битва, пропал без вести мой приятель и сосед Алеша Перегудов, - говорит ветеран. - Это кедры и для него. А в дендрарий я выслал еще и шишки, чтобы из орешков выросли кедры, приспособленные к засушливому климату. Конечно, на это уйдет лет шестьдесят, не меньше. Кедр - дерево сильное, но в непривычных условиях выживает трудно. Потому и привозим каждый год новые саженцы. Видите, в лунках - по три-четыре корня. На всякий случай. Чтобы не было пустоты.


Еще один кедр Памяти. / из личного архива

Вечнозеленая память

На станции Горшечное, где погиб Гурий Терехов, кедры уже плодоносят. И в белорусском Борисове, где после войны дислоцировалось танковое соединение Анатолия Терехова, - тоже. А вот в Юхнове Калужской области (там погиб Борис) и окрестностях Старой Руссы на Новгородчине (здесь похоронен Ян) из шести посаженных ветераном деревьев выжило лишь четыре. Анатолий Михайлович навестил их пару лет назад, преодолев вместе с проводниками километры лесных троп...

Они стоят, вечнозеленые. И память тоже вечна.