1 августа 2019 г. 15:37
Текст: Юрий Борисёнок (кандидат исторических наук) , Сергей Девятов (доктор исторических наук) , Ольга Кайкова (кандидат исторических наук) , Юрий Сигачёв (кандидат исторических наук)

"Мужской монастырь большевиков"

Как руководителям советского государства в 1920-х годах отдыхалось в Крыму
Крымский полуостров, как известно, расположен на широте Южной Франции и Северной Италии. Это замечательное сочетание природных факторов всегда привлекало сюда для отдыха и лечения многих советских граждан, в числе которых были и высокопоставленные лица. 21 декабря 1920 г., сразу после окончания основных сражений Гражданской войны, был принят декрет Совнаркома РСФСР "Об использовании Крыма для лечения трудящихся", в котором, в частности, отмечалось: "Благодаря освобождению Крыма Красной Армией от господства Врангеля и белогвардейцев открылась возможность использовать целебные свойства Крымского побережья для лечения и восстановления трудоспособности рабочих, крестьян и всех трудящихся всех Советских Республик, а также для рабочих других стран, направляемых Международным советом профсоюзов..." 1
Дворец Кокоревых в Мухалатке.
Дворец Кокоревых в Мухалатке.

Достояние республики

Уже к началу летнего курортного сезона 1921 г. в Крыму удалось отремонтировать и открыть несколько здравниц: в Ялтинском районе - 13 санаториев и домов отдыха, в Алупкинском - 6, в Симеизском, Гурзуфском и Алуштинском - 8. Но особые сложности возникли с продовольственным и вещевым обеспечением отдыхающих, а также с элементарной нехваткой в Крыму дров и угля для отопления помещений.

К следующему курортному сезону 1922 г. специально для государственного и партийного руководства был подготовлен дом отдыха ВЦИК N 2 имени Карла Маркса "Суук-Су". В этом лечебно-оздоровительном заведении побывали и первые лица РСФСР, но выросший на Кавказе Сталин не торопился на благодатный полуостров.

В лучшую сторону отличался дом отдыха ВЦИК "Мухалатка". Здесь отдыхали и лечились высшие руководители СССР во время пребывания в Крыму. Главной достопримечательностью там был построенный совсем недавно, всего-то в 1909 г. роскошный дворец в комплексе из 22 зданий, к счастью, уцелевший в суровые годы Гражданской войны. Всего одни сутки в Мухалатке квартировали воины Нестора Махно, но товарищи анархисты оказались вопреки стереотипу людьми мирными и ничего взрывать и корежить не стали. Вскоре здесь будет отдыхать в отдельном флигеле Надежда Константиновна Крупская - сохранились воспоминания о том, что супруга Ильича вместе с его сестрой Марией Ильиничной Ульяновой любили громко распевать на крымском отдыхе песню на стихи Якова Шведова с такими словами: "Помнишь девятнадцатый годок - как дрались с махновцами, браток".

Правда, местные крестьяне, одержимые революционным духом, пытались требовать отдать им дворец и огромную прилегающую территорию в 225 десятин. Но новая власть нашла что ответить поклонникам лозунга "Грабь награбленное". Бывший управляющий имением Андрей Францессон стал директором образованного в Мухалатке совхоза и продолжал работать там и после передачи дворца в ведение ВЦИК.

Роскошное творение архитектора Оскара Вегенера было выстроено на деньги богатейших предпринимателей Кокоревых, формальной владелицей имения была Евдокия Викуловна Кокорева (1870 - 1943), которая вместе с мужем Сергеем Васильевичем (1866 - 1932) доживала свои дни в Москве, причем под репрессии супруги так и не попали.

Курорт Суук-Су.

Кремлевские пролетарии, "дорвавшиеся до отдыха"

Дворец из 32 комнат и прилегающая территория, в которой одних бассейнов было 15, имелись свои источники пресной воды и собственные поля с огородами, были быстро освоены санаторно-курортными структурами новой власти для нужд первых лиц. Главным большевикам понравились местные условия, отдыхали там, что интересно, коллективно, и для Сталина в 1920-е гг. никаких специальных условий не создавалось.

У генсека в те годы был особенный стиль проведения отпусков. Сталин не находился постоянно на конкретной даче ВЦИК, а проводил время в активном движении: объезжал большие курортные территории, осматривая разные дома отдыха, санатории и лечебные учреждения, бывал на охоте, совершал длительные прогулки. Среди этих мест отдыха встречается и Мухалатка.

Вот что писал оттуда Климент Ворошилов 30 августа 1925 г. Авелю Енукидзе: "В Мухалатке Сталин с Надей, Бубнов с женой, Чубарь со своей половиной и мы со Шкирятовым. Погода чудесная, купаешься по 2-3 раза в день. Порядки в доме лучше, чем в прошлом году, но есть дефекты, о них по приезде лично сообщу..." 2.

Иосиф Сталин, Надежда Аллилуева, Климент Ворошилов, Екатерина Ворошилова на природе.

Таким образом, генеральный секретарь с супругой Надеждой Аллилуевой отдыхал в Крыму в обществе старого друга Ворошилова, в тот момент командовавшего Московским военным округом, а также начальника Политуправления РККА Андрея Бубнова, главы украинского Совнаркома Власа Чубаря и Матвея Шкирятова, известного специалиста по чистке рядов партии.

8 сентября 1925 г. Ворошилов сообщал Енукидзе о том, что отдых удался на славу, а Сталин овладел новыми навыками: "...Отдыхаем мы, как следует пролетариям, дорвавшимся до настоящего отдыха. Я и Шкирятич (Матвей Шкирятов) по 4-5 часов торчим на море, вдыхая всеми порами прекрасный морской воздух. Погода пока нам неизменно благоприятствует, а мы блаженствуем. Неплохо себя чувствуют и др. т.т., и особенно Коба. Он отдохнул основательно и весел и радостен неизменно. Кроме всего прочего, Коба научился играть в кегли и бильярд. И то и другое ему очень нравится. Сегодня собираемся Кобу провожать в Москву, но получилась от Молотова телеграмма, и он остался до 12/IX... Ты вероятно уже всё знаешь.

Вчера сюда приехал М.В. Фрунзе... Не везет нашему Мише. Фр[унзе] прибыл сюда без путевки, а у администрации Мухалатки на руках письменное распоряжение А.И. Рыкова никого в М ухалатку без его личного распоряжения не пускать. Администрация ставится в весьма затруднительное положение. Этим объясняется моя шифртелеграмма тебе о Фрунзе... Шкирятич... сейчас "дуется" со Сталиным и Чубарём в бильярд..." 3


Мухалатский монастырь, суровые нравы

Описанная Ворошиловым история с отсутствием путевки у одного из первых лиц страны, наркомвоенмора и председателя Реввоенсовета СССР Михаила Фрунзе показательна и притом не единична. Фрунзе на отдыхе в Мухалатке стало хуже со здоровьем, по возвращении в Москву врачи спасти его не смогли, и 31 октября 1925 г. 40летний руководитель советских вооруженных сил скончался. Строгости же режима крымского отдыха касались и самого Сталина, подрывая, кстати, публицистические версии о его "всесилии" в этот период.

Перед отъездом из Сочи в Крым Сталин писал 12 августа 1925 г. своему помощнику Ивану Товстухе: "Тов. Товстуха! Прошлый раз я написал Беленькому и ГПУ устроить для меня место в Мухалатке (Крым) к 15-20 августа с тем, однако, чтобы никого там не разгонять и не стеснять из-за меня. Ответа я не получил от Беленького, может быть потому, что его нет в Москве. Прошу тебя поэтому, эту мою просьбу передать Ягоде или кому-нибудь другому из заместителей Беленького по охране членов ЦК и о результатах сообщить "срочно". Сталин" 4.

Скульптурное украшение пруда в парке в Мухалатке.

Как видим, неудовлетворенность генсека деятельностью начальника Специального отделения при Коллегии ОГПУ, отвечавшего за безопасность первых лиц страны, Абрама Беленького просматривалась и ранее. Но когда в конце августа 1925 г. к Сталину, отдыхавшему с семьей в Мухалатке, по распоряжению Беленького не был пропущен его старый знакомый и бывший заместитель по наркомату по делам национальностей Григорий Бройдо (в ту пору ректор Коммунистического университета трудящихся Востока), то Сталин и Бубнов направили в ЦК В.М. Молотову и Г.Г. Ягоде записку:

"Беленький допустил ряд грубых бестактностей, компрометирующих членов ЦК и ГПУ. Делает он глупости не первый раз. Необходимо немедля освободить его от ведения Мухалатки по линии ГПУ. Назначьте вместо Беленького Ягоду или кого-нибудь другого по указанию Ягоды. Дело не терпит отлагательства" 5.

В связи с этим инцидентом Сталин отвечал Бройдо: "Можете быть уверены, что Беленький за это пострадает" 6. Сторонники версии о сталинском "всесилии" будут жестоко разочарованы исходом этой истории. Беленький и после этой неприглядной истории на своей должности усидел и оставался на ней вплоть до 1 октября 1928 года. Ряды осужденных "врагов народа" он пополнил лишь в бытность руководителем НКВД Лаврентия Берии, причем с первого раза, в мае 1939го, получил вегетарианский по тем временам срок в пять лет лишения свободы за "антисоветскую агитацию". Высшую меру наказания Беленькому назначили в июле 1941 г., причем главным пунктом обвинения стала его тесная связь с Ягодой, которого Сталин в 1925м прочил на его место.


Дворец союзного подчинения

Мухалатка вскоре обрела статус курорта союзного подчинения. 6 июня 1926 г. секретариат ЦИК утвердил протокол N 3 "О домах отдыха ЦИК Союза ССР". Этим документом (пункт 16) было решено: "Включить в состав владений ЦИК Союза ССР следующие дома отдыха:

В Крыму

1. "Мухалатка" - с 1 октября 1926 года

2. Курорт "Суук-Су".

3. Дача бывш. Гучкова (близ Гурзуфа) [...].

Все перечисленные дома отдыха переходят в ведение ЦИК Союза ССР вместе с закрепленными за ними земельными участками, служебными постройками, оборудованием и инвентарем" 7.

Бывший дворец Кокоревых оставался популярным местом качественного отдыха советских вождей. 23 сентября 1927 г. Сталин писал Серго Орджоникидзе: "Целая неделя, как я собираюсь написать тебе, но ничего не вышло, так как сильно занят работой и не улучил свободного времени (Рыков и Молотов в Крыму, Бухарин недавно вернулся, но снова бежал в Крым и не нынче - завтра вернется, Рудзутак заболел - вследствие этого на меня легла, по крайней мере, частично, работа других)" 8. Генсек жалуется на то, что многие соратники отбыли на благодатный полуостров, а Николай Бухарин так и вовсе побывал там дважды; Сталин же в Москве вынужден за крымских отдыхающих работать.

Отдых в Мухалатке вспоминался побывавшими там с большой симпатией. Вот как отзывался о крымском отдыхе и лечении в 1928 г. Анастас Микоян: "Здесь замечательно хорошо, компания тоже очень хорошая. Жаль только, что Рыков болеет. Играем в теннис, катаемся на лодке, едим и спим. Скоро и купаться буду. Здесь три доктора-знаменитости (один уже уехал). Меня осмотрели и разрешили купаться. Сегодня уезжает Карахан... Завтра приезжает Товстуха... Кто-то сегодня остроумно сказал, что мы образовали здесь Мухалатский мужской монастырь большевиков во главе с игуменом Петровским..." 9

Председатель ЦИК УССР Григорий Петровский тоже любил отдыхать в Мухалатке.

Сталин, как мы помним, монастырские нравы не соблюдал и в отличие от председателя ЦИК УССР Григория Петровского и других ответственных товарищей, отдыхавших в Мухалатке, появлялся в Крыму с семьей. При этом уже к концу 1920-х гг. статус домов отдыха ВЦИК и ЦИК на южном берегу Крыма постепенно снижается. К этому времени крымские здравницы стали отходить на второй план, уступив место сочинско-мацестинским и абхазским курортам, в первую очередь потому, что Черноморское побережье Кавказа в эти годы часто посещал Сталин. За ним туда потянулись ответственные сотрудники высоких рангов из ЦК, СНК, ЦИК, ВЦИК, а также другие аппаратные работники различных ведомств.

Не особенно любивший ездить в Крым на отдых полуострова вождь перестал это делать после того, как Надежда Аллилуева в 1932 г. совершила самоубийство. Отныне Сталин в Мухалатке не появлялся, но детей Василия и Светлану отправлял туда почти каждый год. Качество отдыха в бывших владениях Кокоревых хуже не становилось, еще в середине 1930-х гг. здесь можно было увидеть представителей высшего руководства, в частности Серго Орджоникидзе и Николая Ежова.

Конец курортной идиллии "кремлевских пролетариев" положила война - при приближении немцев осенью 1941 г. дворец в Мухалатке был взорван. На его фундаменте к 1954 г. возвели гораздо более скромную двухэтажную государственную дачу, которой долгие годы пользовался А.А. Громыко. А от первоначальной кокоревской роскоши до наших дней уцелели дворцовый парк и тот самый флигель, где Крупская пела песню про махновцев.


1. РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 120. Д. 207. Л. 23.2. РГАСПИ. Ф. 74. Оп. 2. Д. 41. Л. 39-39 об.3. РГАСПИ. Ф. 74. Оп. 2. Д. 41. Л. 40-40 об., 41.4. Лубянка. Сталин и ВЧК - ГПУ - ОГПУ - НКВД. Архив Сталина. Документы высших органов партийной и государственной власти. Январь 1922 - декабрь 1936. М., 2003. С. 109.5. РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 35. Л. 53.6. Лубянка. Сталин и ВЧК - ГПУ - ОГПУ - НКВД. Архив Сталина. Документы высших органов партийной и государственной власти. Январь 1922 - декабрь 1936. С. 793.7. ГАРФ. Ф. Р-3316. Оп. 13. Д. 5. Л. 8.8. Большевистское руководство. Переписка. 1912-1927: Сборник документов. М., 1996. С. 347.9. Микоян А.И. Так было. Размышления о минувшем. М., 2014. С. 314-315.