Новости

29.08.2019 06:38
Рубрика: Общество
Проект: В регионах

С прибылью и молитвой

Как совместное предприятие бизнесменов и монахов выводит из депрессии отдаленные территории
На Среднем Урале открыли производство гранулированного иван-чая. Это событие, возможно, осталось бы незамеченным массовым потребителем, если бы инновационный цех не располагался в заброшенной деревне, а поручителем по инвесткредиту не выступил монастырь.
 Фото: Павел Соколов Чтобы познакомиться с технологией чаеводства, отец Моисей специально ездил в Кению, Индию и Китай. Фото: Павел Соколов
Чтобы познакомиться с технологией чаеводства, отец Моисей специально ездил в Кению, Индию и Китай. Фото: Павел Соколов

От Екатеринбурга до деревеньки Костылева пять часов езды. Это вам не коттеджный поселок "все включено" - уральская глубинка во всей красе: покосившиеся деревянные избы, огороды, река да лес. Сотовые телефоны сразу замолкают. Официально здесь 120 жителей, но реально едва ли 60-70 наберется. Ни магазина, ни школы, только маленький детсад.

Среди всего этого окружения мужской монастырь выглядит как игрушечка: высокие белые стены, аккуратно подстриженные газоны, чистота и порядок. Но полюбоваться на него можно только снаружи: по афонскому уставу женская нога внутрь ступать не должна.

Когда нет веры в себя

- Казалось бы, живи в уединении, молитве, а мы абсурдно поступаем, создаем вокруг себя суету. Однако нельзя быть счастливым, если вокруг люди несчастны, - объясняет настоятель Свято-Косьминской пустыни отец Петр. - Когда мы в 2006 году переехали сюда из Екатеринбурга, испытали шок: почти каждый месяц в окрестностях происходили самоубийства, дома горели. Однажды заполыхала ночью изба, наш брат из кельи увидел и побежал тушить. Прибегает - дом горит, а мужики стоят и смотрят. "Есть кто внутри?" - "А мы не знаем". Вот что такое депрессивный район: люди не верят в себя и не хотят ничего делать. При этом считают, что все им должны. Мы попытались изменить это состояние. Надеюсь, все в прошлом.

Начали монахи с социальных акций: каждый месяц проводили праздники для местных ребятишек. Потом создали молодежный клуб, театр, секции бокса и страйкбола. Но вскоре стало ясно: мало организовать детей, надо, чтобы и взрослые не болтались без дела. А с делом в Костылевой было совсем плохо: совхоз развалился, пилорама не работает. Когда в деревне открылось собственное чайное производство, у многих появилась надежда на лучшую жизнь.

Идею делать чай из кипрея подал иеромонах Иона, в миру повар. Поначалу заготавливали его малыми партиями по 10-20 килограммов, для себя и в дар благодетелям монастыря. Сушили листья прямо на кухне, приобрели для размельчения маленький роллер.

- Постепенно объемы выросли до 500 кило, а потом приехал один человек и объяснил: если мы хотим на этом еще и заработать, надо создать цех. Помог с постройкой. Благодаря этому в 2013-м удалось поднять выпуск до 3-6 тонн, - вспоминают братья. - В 2018-м вышли уже на промышленные объемы: 30 тонн крупнолистового иван-чая в год. С тем оборудованием, что у нас имелось, это был предел.

Короткий сезон

Сезон сбора кипрея узколистного длится всего два месяца - с середины июня по середину августа. Для этого растения климат Северного Урала подходит как нельзя лучше: нет сильной жары. Сиреневые заросли можно встретить практически везде, особенно на горельниках. Собирай и сдавай: за каждый килограмм, принесенный с полей, получаешь 25 рублей. Сноровистые взрослые собирают по 100 кило в день, подростки - по 50.

Но важно еще правильно заготовить растительное сырье - для этого отец Моисей специально ездил в Кению, Индию и Китай, изучал технологию чаеводства.

- Производство любого чая похоже, отличие лишь в ферментации. Кроме того, кипрей нельзя культивировать, это дикорос. Лето на лето не приходится по влажности и температуре, поэтому очень сложно добиться однообразия вкуса у урожая разных сезонов. Собирают иван-чай только вручную, одним движением ладони сверху вниз, - рассказывает он.

На фабрике отец Моисей выполняет своего рода роль куратора. Формально обители нельзя заниматься коммерческой деятельностью, поэтому для реализации и сертификации продукции на одного из монахов пришлось зарегистрировать ИП. Полученные доходы брат-предприниматель жертвует на нужды Свято-Косьминской пустыни.

Впрочем, игумен Петр несколько раз подчеркивает, что главное в этом проекте - не выручка, а люди, у которых появляется возможность трудоустроиться и развиваться профессионально.

Рисковый эксперимент

Инвестор, который присоединился к проекту в 2017 году, вложил в расширение производства почти 70 миллионов рублей. Новая площадка с автоматизированной линией для выпуска уже не листового, а гранулированного иван-чая располагается в деревне Бурлева. Почему именно там? Во-первых, рядом с Бурлевой больше зарослей кипрея, чем в Костылевой. Во-вторых, тут имеются линии электропередачи и связи, а производство достаточно энергоемкое. В-третьих, Бурлева - перекресток трех дорог: и логистику организовать проще, и персонал в радиусе 60 километров найти. У монахов свое объяснение тому, что цех построили в населенном пункте, где до недавнего времени была всего одна улица и прописан лишь один человек: это место силы.

Формально обители нельзя заниматься коммерческой деятельностью, поэтому для реализации и сертификации продукции на одного из монахов пришлось зарегистрировать ИП

Монастырь и коммерческая фирма в партнерах - довольно странное сочетание. От прямых вопросов, как планируют делить прибыль, стороны уходят. Известно только, что линию индийской сборки приобрел инвестор, он же получил кредит через областной фонд поддержки предпринимательства, а ангар принадлежит монастырю. В будущем планируется зарегистрировать новое юрлицо, где вклад каждой стороны будет учтен.

Сегодня на предприятии занято постоянно более 30 человек с учетом склада и офиса в Екатеринбурге. Плюс каждый сезон обещают набирать 500-700 сборщиков. Если управленцы - в основном члены православной общины, "понаехавшие" из разных городов к отцу Петру как духовнику, то рабочие - из окрестных деревень. Обучают их прямо на месте.

По словам инвестора Бориса Садчикова, у открывшегося цеха нет аналогов в стране: если крупнолистовой иван-чай производят многие, в том числе в УрФО (в Ревде и Тюмени), то на гранулированном не специализируется никто, хотя он считается более насыщенным по вкусу и выгодным с точки зрения транспортировки. Технические возможности линии в Бурлевой - до 300 тонн готовой продукции в год. Вложения в нее планируется окупить за три года.

- По сути мы возрождаем забытые традиции: до революции Россия экспортировала огромное количество "копорского чая". После 1917 года на эти поставки наложили санкции. Советской власти в рамках коллективизации кипрей тоже показался неподходящим продуктом, - рассказывает бизнесмен. - Мешок обычного крупнолистового иван-чая весит 4-5 килограммов, мешок гранулированного - 60. По факту это концентрат и самое удобное сырье для фасовки в двухкамерные пакетики, как обычный черный чай. Для отрасли это серьезные инновации, хотя и риск, конечно.

Пока предприятие ограничивается оптовыми поставками гранул фасующим компаниям, но в перспективе хочет приобрести оборудование, чтобы самостоятельно упаковывать продукт для розницы. Крупнолистовой чай из глуши уже приобретают региональные торговые сети и магазины экотоваров.

Физики в рясах

Технологию производства иван-чая уральцы разработали совместно с Институтом чая в городе Токлае (Индия). Полный цикл занимает восемь часов.

Поначалу листы кипрея подвяливают на столах, чтобы удалить из них часть влаги и смягчить. Потом растительное сырье поступает по транспортеру в измельчители, где перетирается до состояния порошка. В барабане эта масса закручивается в шарики.

Следующий этап - ферментация: влага и тепло проходят сквозь толщу измельченного чая. В финале он поступает в сушилку: кипящий слой толщиной 30-40 сантиметров продувают горячим воздухом. Файберэкстрактор, или попросту мусоросборщик, извлекает прожилки листа: они имеют белый цвет и портят товарный вид. Кстати, индийскую машину пришлось доработать: когда ее привезли в Бурлеву, оказалось, что уже при плюс 15 на улице она не работает - в Индии такого "холода" не бывает. Местные умельцы дооснастили автомат инфракрасными лампами, теперь прожилки прилипают к валам хоть в августе, хоть в ноябре.

Очищенный чай поступает в просеиватель, где делится на семь фракций. Наиболее крепкая заварка получается из нулевой, но самой ценной считается третья.

- Вы так хорошо владеете технической терминологией, отец Моисей. Случайно не инженером были в миру? - не выдерживаю я.

- Нет, физиком.

Вот так густо перемешались в Бурлевой наука и религия, бизнес и социальная миссия. Посмотрим, во что выльется этот эксперимент.

Авторитетно

Евгений Копелян, заместитель министра инвестиций и развития Свердловской области:

- Мы заинтересованы в проектах, которые позволяют развивать отдаленные территории, создавать новые рабочие места, чтобы люди активно включались в экономическую жизнь. У нас много необычных кейсов, но в Верхотурском районе такой первый. И впервые в нашей практике поручителем по займу выступил монастырь. Уже оказали проекту поддержку, когда возникли проблемы с электросетевыми компаниями, выделили заем на льготных условиях. Это только начало, по мере развития производственных мощностей в Бурлевой будут задействованы и другие инструменты господдержки.

Общество Религия Экономика Работа Занятость Экономика Товары и цены Экономика Бизнес Малый бизнес Филиалы РГ Урал и Западная Сибирь УрФО Свердловская область
Добавьте RG.RU 
в избранные источники