От обороны Камчатки - к обороне Лазо

Надо ли сталкивать камчатского адмирала с приморским партизаном?

В августовской "Родине" вышла подборка материалов, посвященных обороне Камчатки в 1854 году. Небольшой гарнизон под командой губернатора Василия Завойко совершил тогда настоящий подвиг, отразив атаки англо-французской эскадры на Петропавловский порт. А вот после смерти адмиралу не везло. Поселок Завойко на Камчатке переименовали в Елизово, корабль "Адмирал Завойко" - в "Красный вымпел". А на постаменте памятника герою Крымской войны, поставленному во Владивостоке, в 1945 году появилась фигура героя Гражданской Сергея Лазо.

Буду рад ошибиться, но есть ощущение, что под предлогом возвращения памяти о Завойко во Владивостоке разворачивается очередная кампания против Лазо. Вот и в подборке материалов "Родины" (заголовок говорит сам за себя: "Сергей Лазо против Василия Завойко") читаем: краевед Виктория Назарова провела у памятника Лазо восемь акций с участием студентов и курсантов. Цитируются слова Назаровой: "Ну какие могут быть сомнения, что надо восстановить историческую справедливость: вернуть адмирала на его постамент, а Лазо найти другое достойное место?".

Откуда такая постановка вопроса - "Лазо против Завойко", зачем сталкивать двух героев русской истории? Или это Лазо виноват в том, что мы не помним Завойко?

По большому счету, Завойко и Лазо делали одно дело: отстаивали интересы России на Дальнем Востоке. В Приморье Гражданская война имела черты национально-освободительной, поскольку главным противником партизанской армии Лазо были японцы. Они в отличие от американских или французских интервентов преследовали очень простую цель - отторгнуть Дальний Восток от России. Именно японцы в 1920м арестовали Лазо, Алексея Луцкого и Всеволода Сибирцева (кузена писателя Фадеева). Всех троих вскоре сожгли в паровозной топке.

Согласен: разрушение памятника Завойко было варварством. Стоит ли уподобляться варварам, убирая Лазо? Мне говорят: мы его просто перенесем. Но тут возникает целый ряд возражений.

Во-первых, перед глазами пример: владивостокский бюст Пушкина работы выдающегося скульптора Аникушина "временно" убрали еще перед саммитом АТЭС-2012, во время стройки Золотого моста. Так и стоит до сих пор, замотанный в синюю ткань, почему-то в трамвайном депо.

Во-вторых, памятник Завойко едва ли помнит кто-то из живущих. А вот с памятником Лазо выросло несколько поколений горожан. Зачем менять привычный облик сквера?

В-третьих, монумент Лазо - память и о первом руководителе Приморского края Николае Пегове, который предложил водрузить фигуру на пустующий постамент. Рядом, на здании бывшего крайкома партии (ныне - банк "Приморье"), имелась памятная доска Пегова. В один прекрасный день пропала, и даже краевые депутаты не могут добиться ее возвращения. А ведь Пегов руководил регионом в крайне непростые годы - с 1938-го по 1947-й. На случай войны с Японией даже оборудовал в тайге партизанские базы - на местах стоянок Лазо; позже работал секретарем Президиума Верховного Совета СССР.

Завойко полузабыт, и это плохо. Но полузабыт и Лазо - незаурядный пассионарий, наш Че Гевара, которого мы поспешили списать с парохода современности. Блестящий шахматист и математик, интеллектуал, дипломат, тактик, прапорщик с генеральским умом, он выступал не за уничтожение противника, а за превращение врагов в друзей. Зимой 1918-1919 гг. во владивостокском подполье он читал Маркса, Бокля, Шопенгауэра, Маха, Фихте, Клаузевица, "Этику японцев", книги о судовых турбинах и двигателях внутреннего сгорания, Салтыкова-Щедрина, Чернышевского, Короленко, Вересаева, Герцена, Джека Лондона.

Дворянин, он осознанно сломал свою судьбу: "Нужно было отказаться от... всех благ, но и от всех зол того строя, в котором я вырос". Не желал "судьбы городского обывателя, который чувствует себя неловко вне своей квартиры и привычного места службы", боялся "превратиться в трусливое животное, готовое поступиться своими мыслями и вступить в сделки с совестью, лишь только ему угрожает опасность и лишения"...

Во Владивостоке в последние годы появилось немало небесспорных памятников - от Ильи Муромца до Александра Солженицына, выходящего из моря рядом с упомянутым "Красным вымпелом". Думаю, на том месте адмирал смотрелся бы уместнее писателя, возвращавшегося в 1994 году на Родину все-таки не морем, а воздухом.

А взять заброшенный сквер Матросского клуба близ музея Тихоокеанского флота - почему не привести эту некогда любимую горожанами площадку в порядок и не "поселить" Завойко там?

Еще одно предложение. Под крылом Минкультуры РФ начата большая работа по музеефикации объектов Владивостокской крепости. Может, на одном из фортов или у одной из батарей найдется место и для Завойко?

Давайте возвращать память об адмирале - но только не за счет памяти о партизане. Тем более, что весной 2020 года исполнится 100 лет со дня гибели Лазо, Луцкого и Сибирцева, от которых не осталось даже могил.

ОТ РЕДАКЦИИ

"Родина" направила августовскую публикацию губернатору Приморского края Олегу Кожемяко с просьбой инициировать работу по восстановлению памятника адмиралу Завойко. Где ему стоять - решать приморцам. Редакция будет следить за развитием ситуации.