1 февраля 2020 г. 19:15
Текст: Семен Экштут (доктор философских наук)

Мог ли Анненков-юнкер представить, что будет творить генерал-майор Анненков?

Доктор философских наук Семен Экштут - о драме поколения, приговоренного к Гражданской войне
Борис Анненков - это обыкновенный человек, которому выпал жребий жить в необыкновенное время. И оно наложило неизгладимую печать на его жизнь и судьбу. В один год с ним родились бард Александр Вертинский, поэт Анна Ахматова, авиаконструктор Игорь Сикорский, командир первого в истории Русской армии женского батальона смерти Мария Бочкарёва, военачальник Павел Дыбенко и один из создателей и руководитель советской военной разведки Ян Берзин. В этот же год появились на свет Чарли Чаплин и Адольф Гитлер.
С соратником на Первой мировой. Еще не садист и убийца...
С соратником на Первой мировой. Еще не садист и убийца...

Борис Анненков, потомственный дворянин, сын подполковника и выпускник Александровского военного училища (училище увековечил Александр Куприн в романе "Юнкера"), стал профессиональным военным. Первая мировая война быстро продвинула его по ступеням карьерной лестницы. Но в этом не было ничего необыкновенного. А вот то, что он выдвинулся как командир рейдового отряда, действовавшего в тылу врага, говорит о многом. Офицер воевал, не рассчитывая, что фланги его подразделения защитят соседи, а из тыла в нужный момент подойдут резервы. Он привык рассчитывать лишь на самого себя и своих подчиненных. В боях заслужил Георгиевское оружие и "Георгий с веточкой" - исключительную награду, которую офицер мог получить лишь за выдающееся личное мужество в бою и лишь по "приговору солдат" подразделения.

Таковых во всей армии было чуть более 350 человек - от прапорщика до генерал-лейтенанта.

"Георгий с веточкой" - высочайшая оценка безукоризненного поведения офицера в бою со стороны солдат. Чтобы заслужить эту награду, надо было не только рисковать жизнью под неприятельскими пулями, требовалось нечто большее - сродниться с солдатской массой, стать с ней единым целым. Анненкову удалось невозможное: он стал своим для казаков, веками хранивших заветные предания о казачьей вольнице и подвигах Ермака, с небольшим отрядом завоевавшим огромную Сибирь. Он мог бы сказать о себе словами Николая Гумилёва из сборника "Путь конквистадоров": "Я пропастям и бурям вечный брат".

Индивидуальный военный опыт оказался востребован в годы Русской смуты. Начав Гражданскую войну есаулом, Анненков закончил ее генерал-майором.

Советская пресса подробно освещала "кошмарные подробности" деятельности Бориса Анненкова.

Я не знаю, получал ли он удовольствие, убивая людей. Борис Анненков жил в то время, когда ценность отдельно взятой человеческой жизни стала исчезающе малой величиной. Не хочу осуждать его за патологическую жестокость, однако еще меньше хочу эту жестокость объяснять и тем более оправдывать. В сентябре 1999 года Военная коллегия Верховного Суда РФ отказала Анненкову в реабилитации. И с этим определением суда невозможно спорить. Нет оснований и для исторической реабилитации атамана.

Возможно, родись этот человек на пять столетий раньше, в эпоху конквистадоров, он носил бы железный панцирь и совершал великие географические открытия. Но на столетия назад отбросил Россию роковой 1917-й. И юнкер Александровского военного училища Борис Анненков вряд ли мог представить себе, что он будет вытворять, став генерал-майором. Из нашего времени невозможно понять чудовищную жестокость и Русской смуты, и Большого террора. Но в судьбы творивших это вглядываться нужно, если мы хотим извлечь уроки из совсем недавнего прошлого.

Жизнь и судьба Бориса Анненкова позволяют острее ощутить драму поколения, приговоренного к Гражданской войне.

ОТ РЕДАКЦИИ

Свое мнение по затронутым в публикациях Андрея Ганина и Семена Экштута проблемам присылайте по адресу: rodinainfo@rg.ru