Новости

24.05.2020 22:15
Рубрика: Власть

Смирение - сила!

Когда у человека долго не получается прочесть какую-нибудь книжку, он вздыхает: "Руки не доходят". Как объяснить иностранцу, что до чтения книги почему-то должны доходить именно руки?
Андрей Максимов. Фото: Владимир Трефилов/РИА Новости Андрей Максимов. Фото: Владимир Трефилов/РИА Новости
Андрей Максимов. Фото: Владимир Трефилов/РИА Новости

Однако есть такие книги, до чтения которых должны дойти не руки и даже не ноги, а душа и разум. Книги, которые очень помогают не просто пережить, а осознать сегодняшнюю ситуацию.

Есть такие книги, до чтения которых должны дойти не руки и даже не ноги, а душа и разум

Серия "ЖЗЛ" "Молодой гвардии". Вячеслав Бондаренко. "Отец Иоанн (Крестьянкин)". Один из самых почитаемых старцев на Руси, великий мудрец, умерший в 95 лет.

Иван Крестьянин прожил практически век. В 1917 году ему было десять лет, и все гонения большевиков на церковь он и видел, и переживал. При этом до последних минут жизни твердил он главную свою заповедь: "Дети, любите друг друга! Это заповедь Господня, если соблюдете ее, то и довольно".

Меня всегда очень интересовала фигура этого невероятного человека. И когда я писал свой роман "Соль неба", выход которого приостановила пандемия, о двух священниках - пожилом и молодом - о двух взглядах на Веру, меня очень вдохновляла фигура именно этого старца. Но, прочитав книгу Бондаренко, я понял, что ничего не знаю о нем.

Что такое уникальная жизнь невероятного человека? Пример? Возможность задуматься о себе самом и о своем времени? Успокоение, когда понимаешь, что мыслишь похоже на такого великого человека?

Когда я говорю на своих лекциях, пишу в книгах, просто объясняю мамам: призвание ребенок вполне может выбрать для себя в семь-десять лет, - мамы не верят. Маленький Ваня с шести (!!!) лет служил пономарем в церкви, то есть выполнял серьезную работу, помогая священнику. Еще раз: с шести лет!

Когда я объясняю мамам: призвание ребенок может выбрать для себя в семь-десять лет, — мамы не верят

В десять (!!!) лет он попросил благословить его в монахи. В десять лет! Он чувствовал в себе тягу к служению и просто шел по той дороге, которую чувствовал. Отец Иоанн пережил все те ужасы, которые мог пережить священник: уничтожали его учителей, грабили и взрывали Храмы; в его жизни были война, голод, арест; невысокого роста, в очках с толстыми стеклами, он валил деревья в лагере; ему не всегда удавалось найти общий язык с церковным начальством; он хворал многими болезнями, но никогда - никогда! - не разочаровывался в том, что услышал зов Бога. Никогда не жалел о выбранном пути.

Речь, понятно, не идет только о священнослужителях. Это ведь принцип такой: почувствуй свою дорогу, другими словами, - делай то, что тебе очень нравится делать, - и этот путь тебя не подведет, как бы ни были трудно.

Мы как-то редко задумываемся над тем, что все, без исключения, великие люди, которых мы знаем и почитаем, - это те, кто выбирал свою дорогу, ориентируясь на собственные желания, да и шел по ней.

Отец Иоанн никогда не жаловался. Чтобы ни было - принимал как должное. На лесоповале у него была очень трудная работа: этот невысокий, совсем небогатырского сложения человек должен был повиснуть на подпиленном дереве и направить его падение так, чтобы оно упало, куда надо. Все это - на морозе и пронизывающем ветре.

Отец Иоанн потом утверждал, что никогда, как в те дни, не был к нему так близок Бог. Если вдуматься - понятно: такая жизнь, что нет никого - только человек и Бог, и надеяться больше совсем не на кого.

Читая книгу Вячеслава Бондаренко, я еще раз убедился в том, что люди среди прочего делятся на тех, кто с радостью ощущает себя жертвой, и тех, кто всегда чувствует себя строителем.

Жертва - это состояние, в которое впасть легче всего. "Что я могу? Такие обстоятельства... Вот - коронавирус... Вот - изоляция... Мне страшно... Как быть? Мне никто не помогает... Я потерял работу и теперь буду умирать с голода..."

Состояние жертвы не требует ничего, вообще ничего. Жертва всегда убеждена, что она ни в чем не виновата: так сложились обстоятельства.

Строитель понимает, что Бог (или судьба, как кому больше нравится) предлагает некие обстоятельства, и эти обстоятельства надо использовать, чтобы что-нибудь построить. Превратить эпидемию холеры в Болдинскую осень, как сделал Пушкин, или фашистский концлагерь - в исследовательскую лабораторию, как великий психолог Виктор Франкл.

Это как в известной притче: один человек - жертва - просто таскает камни, а другой - строитель - строит Храм. Вроде бы, одно и тоже они делают, но их ощущения, а, значит, реальность, которую они создают, - разное.

Читая историю совершенно трагической и абсолютно прекрасной жизни отца Иоанна, я еще раз убедился, что смирение - это качество очень сильных, а вовсе даже не слабых людей.

Смиренный человек - это не тот, кто опускает руки, но тот, кто, принимая любые обстоятельства, использует их для строительства.

Конечно, сейчас людям трудно - кто спорит? И все-таки нам куда легче, чем валить деревья на лесоповале, ведь правда? И кто нам мешает быть строителями себя и своей жизни?

Подозреваю, что слова эти покажутся кому выспренними и претенциозными: что это автор себя проповедником возомнил? Ни Боже Мой! Но карантин, мне кажется, время серьезных раздумий о сути. Этими размышлениями можно утишить истерику, которая распространяется все шире.

Хорошо, что моя душа и разум именно сейчас дошли до книги Вячеслава Бондаренко "Отец Иоанн (Крестьянкин)". Эта книга еще раз доказывает: нет таких обстоятельств, которые не позволили бы человеку остаться человеком. Быть строителем или жертвой - это выбор, который может совершить каждый из нас.

Извините за пафос, но это - правда.

Власть Позиция Колонка Андрея Максимова