Должника - не уплотнять

Верховный суд отказался признать квартиру в 40 "квадратов" роскошным жильем

Верховный суд России защитил должников от принудительного переезда из единственного жилья в апартаменты поскромнее. В конкретном деле он принял решение в пользу должника, которого пытались уплотнить кредиторы.
 Фото: iStock  Фото: iStock
Фото: iStock

Вопрос о том, можно ли что-то сделать с единственным жильем должника, обсуждается достаточно давно. Несколько лет назад минюст уже выносил на общественное обсуждение соответствующую инициативу. Однако критика была настолько громкой, что проект отправили на доработку, плавно перешедшую в лежание под сукном.

Тем не менее проблема осталась. Часто кредиторы жалуются, что с должника нечего взять, хотя он живет в хоромах, словно какой-то князь. Справедливо ли это? Ведь долги надо отдавать. В поисках выхода кредиторы придумали достаточно изящную схему: для должника покупается небольшая квартира в точном соответствии с социальными нормами. Формально получается, что дорогая и большая квартира, которая так нравится и кредиторам, и самому должнику, уже перестает быть единственной.

А значит, мол, человека можно переселить, выставив дорогие хоромы на продажу. Явочным порядком такая практика стала складываться во многих регионах. Законно ли это? Суды принимали противоречивые решения. Но теперь свое слово сказал Верховный суд России.

В неприятную историю, которая может стать приятным для должников прецедентом, попал житель Ижевска Дмитрий С. Несколько лет назад был признан банкротом. В прошлом году кредиторы решили забрать у него квартиру площадью 40,3 квадратных метра и переселить его в квартиру площадью 19,8 квадратных метра. А вырученные от такого уплотнения деньги пустить на погашение долга.

"Своим решением кредиторы реализовали единственное жилье должника общей площадью 40,3 кв. м, предоставив взамен квартиру площадью 19,8 кв. м. Таким образом кредиторы "обошли" законодательный запрет на реализацию единственного жилья должника, установленный статьей 446 ГПК РФ, - рассказывает старший партнер юридической компании Елена Козина. - Такая практика достаточно распространена и, по сути, лишает должников их привычного единственного жилья. Это создавало некую неопределенность, которая не позволяла прогнозировать исход дела, так как вопрос о достаточности жилья для должника и членов его семьи оставался на усмотрение суда. В рассматриваемом споре, вопреки сложившейся судебной практике, суд первой инстанции все-таки встал на сторону должника".

Кредиторы стали покупать должникам небольшие квартиры и говорить, мол, теперь у них не одно жилье 

Суд первой инстанции решил: решение собрания кредиторов не соответствует положениям закона о банкротстве, нарушает баланс интересов кредиторов и должника, поскольку спорное жилое помещение "роскошным жильем" не является, предлагаемое к предоставлению должнику жилое помещение расположено в ином районе, финансовый управляющий не обладает полномочиями по приобретению для должника жилого помещения.

Однако апелляция и кассация не согласились с первой инстанцией и, наоборот, поддержали кредиторов. Кассация особо указала: в своей квартире должник не живет, места своего фактического проживания не раскрывает, в браке не состоит, нетрудоспособных детей на иждивении не имеет. В итоге кассация решила, что в результате продажи принадлежащей должнику квартиры будут хотя бы частично погашены требования кредиторов должника, при этом должнику передается квартира, пригодная для использования в качестве жилого помещения. То есть своя правда у кредиторов есть.

Юристы отмечают, что статья ГПК РФ не содержит ориентиров для определения уровня обеспеченности жильем как разумно достаточного. Так что каждый раз все упирается в то, считать ли конкретную квартиру роскошной или нет. Допустим, 40 квадратных метров, которые принадлежат жителю Ижевска, роскошь или нет? Верховный суд России посчитал, что нет, это не роскошь и поддержал должника.

"Решение ВС РФ, оставившее в силе определение суда первой инстанции, устраняет правовую неопределенность в толковании норм об исполнительском иммунитете в отношении единственного жилья", - полагает Елена Козина.

Сейчас читают