1 ноября 2020 г. 10:00
Текст: Андрей Смирнов (кандидат исторических наук)

Русские инвалиды

Три офицерских судьбы, ставшие легендами Белого движения
Галлиполи. Корниловцы. Под портретом генерала Л.Г. Корнилова - капитан Владимир Николаевич Граков. 1921 год.
Галлиполи. Корниловцы. Под портретом генерала Л.Г. Корнилова - капитан Владимир Николаевич Граков. 1921 год.

Склоняюсь пред бумажным ворохом,

Чтоб от забвения спасти -

Той крови цвет, тот запах пороха,

Те легендарные пути.

Чтоб над исписанной бумагою

Другие, головы склонив,

Прониклись той, былой отвагою,

Почувствовали тот порыв1.

Марианна Колосова, поэтесса русского зарубежья

Подполковник Владимир Граков (1898-1922). Потерял ногу и глаз

К его короткой жизни как нельзя подходит понятие "порыв".

Тут дело не только в том, что в Первую мировую 18-летним он добровольцем ушел на фронт.

Что продолжал воевать, лишившись в конце 1916 года на Румынском фронте в бою с болгарами левого глаза.

Что одним из первых записался (уже поручиком) в Добровольческую армию, в Корниловский ударный полк, - чтобы уничтожить "диктатуру черни".

Галлиполи. Корниловцы. Пятый слева, на костылях - капитан Владимир Граков.

Что, потеряв в октябре 1918-го после боя под Татаркой близ Ставрополя правую ногу, остался в строю.

Ковыляя при этом на костылях - ногу ампутировали, видимо, слишком высоко, чтобы ее можно было протезировать...

Подобных идеалистов русская образованная молодежь 1910-х дала немало. Достаточно вспомнить капитана (а затем, в 26 лет, генерал-майора) Владимира Манштейна (о нем "Родина" писала в № 11 за 2016 год) - воевавшего с красными даже после потери правой руки, ампутированной вместе с лопаткой.

Но если Манштейн, "холодный, как машина"2, был сдержан, углублен в себя, то в его тезке Гракове так и видится порывистый и романтичный подросток.

Болезненно честный перед собой и другими.

В первые месяцы эмиграции в Турции, в Галлиполийском лагере, чины Корниловского ударного оделись более или менее единообразно - в черные гимнастерки и бриджи и красные фуражки с черным околышем. Капитан же Граков продолжал ходить в белой гимнастерке и в белой папахе - похоже, они были для него дороги как память о Ледяном и 2-м Кубанском походах 1918-го, о Гражданской войне, вообще, где корниловцы часто шли в бой в белом.

Человек "железной воли"3 и порыва... Не зря уже летом 1918 года поручик Граков стал помощником командира элитного подразделения Корниловского полка - офицерской роты. Не зря в ноябре 1918-го именно его - не долечившегося еще после ампутации ноги! - офицеры-корниловцы предложили назначить комендантом Екатеринодара, где срочно требовалось прекратить пьяный разгул тыловиков...

Он и ушел как жил.

24-летний подполковник Граков покончил с собой 12 (25) февраля 1922 года в Болгарии, в четвертую годовщину начала Ледяного похода. Перед этим он вызвал на дуэль капитана Якова Гнояного - но вызвал, выпив при отмечании годовщины лишнего. То есть, похоже, без веских причин.

И, видимо, протрезвев, сам осудил себя за недопустимую для офицера несдержанность...

Поручик Леонид Яковлевич Безруков. Некролог.

Поручик Леонид Безруков (1896 или 1897-1930). Потерял ногу

Он тоже добровольцем ушел на фронт в Первую мировую.

Тоже, как и Граков, стал первопоходником, то есть участником первого похода Добровольческой армии - Ледяного (он же 1-й Кубанский). По-видимому, в рядах Офицерского полка.

"Ледяным" поход назвали не потому, что в феврале - марте 1918 года на Кубани было холодно (наоборот, было теплее обычного), а потому, что крестьяне и казаки встречали белых добровольцев с ледяным равнодушием - а то и прямо враждебно. Ведь большевики еще не объявили "продовольственную диктатуру", еще не начали безвозмездно изымать у хлеборобов зерно...

Не зря знак за Ледяной поход представлял собой терновый венец - символ мученичества.

Подпоручик Безруков этот знак заслужил сполна: весной 1918-го он потерял правую ногу и тоже, как и поручик Граков, продолжал воевать - сначала на костылях, потом с протезом.

Одноногий офицер стал пулеметчиком на бронепоезде. По-видимому, ему сооружали в броневагоне что-то вроде сиденья (например, из поставленных один на другой ящиков) - и калека мог прицельно стрелять из максима.

Но даже воевать без ноги проще, чем адаптироваться к мирной жизни больному инвалиду.

33-летний поручик Безруков скончался 12 февраля 1930 года во французском Бийянкуре.

Иллюстрация к роману М. Булгакова "Белая гвардия".

Подпоручик Павел Сербулов (1900-1936). Потерял ногу

Он лишился ноги еще в Первую мировую, в августе 1917 года. Стажируясь на черноморском эсминце "Жуткий", 17-летний гардемарин Морского училища был тяжело ранен при высадке десанта на турецкий берег.

Тысячи обывателей хлопотали в те годы об освобождении от военной службы - а Сербулов, встав в 1919-м с больничной койки в Екатеринодаре без правой ноги, "выхлопотал себе право служить на боевом судне"4 белого флота.

И служил - на эсминце "Капитан Сакен".

Произведенный в подпоручики Корпуса корабельных офицеров (созданного белыми для офицеров без полноценного военно-морского образования), он вообще был исключительно целеустремленным человеком. Сумевшим в эмиграции не только сдать экзамен за курс Морского училища, но и окончить в Бельгии Лувенский университет и стать инженером-электриком.

Умер в Брюсселе. Ранение не дало ему дожить хотя бы до сорока.

1. Колосова М. Путем героев // Часовой (Париж). 1934. Декабрь. N 139-140. С. 13.

2. Лукаш И. Туркул и Манштейн // Военная Быль (Москва). 1994. N 5 (134). С. 40.

3. Материалы для истории Корниловского ударного полка. М., 2015. С. 738.

4. Подпоручик кор[пуса] кор[абельных] офиц[еров] П.М. Сербулов // Часовой (Париж). 1936. 15 сентября. N 174. С. 24.