1 апреля 2021 г. 17:10
Текст: Инна Носкова (кандидат исторических наук)

Турция против Крыма

Хроника противостояния 1876 года, грозившего турецким десантом
Современные российско-турецкие отношения сродни качелям: от доброжелательных до ультимативных. Но ясно одно: с этим соседом России надо держать ухо востро. История дает тому немало примеров - только официальных русско-турецких войн было больше десятка... Война 1877-1878 гг. имела свою кровавую предисторию.
Д. Гюдженов. Собрание Оборище. 1876 г. Болгары готовят восстание против турок.
Д. Гюдженов. Собрание Оборище. 1876 г. Болгары готовят восстание против турок.

23 мая 1876 г. в Болгарии было подавлено крупное восстание, вошедшее в историю страны как Апрельское и считавшееся кульминацией болгарского национально-освободительного движения против османского ига. Турки жестоко расправились с повстанцами. По разным источникам, за месяц в ходе восстания на территории современной Болгарии погибло от 25 до 50 тысяч славян.

Несмотря на поражение, Апрельское восстание всерьез поколебало турецкое феодальное господство в Болгарии и заставило мировое сообщество задуматься о трагическом положении ее православных жителей. И если рядовой европейский обыватель слабо представлял проблемы болгар, то в России национально-освободительная борьба балканских народов нашла отклик в сердцах сотен тысяч русских людей.

Схема крепости Керчь в районе мыса Ак-Бурун по состоянию на конец XIX в.

Крым поддержал балканских славян

Особенно напряженной в 1876 г. была обстановка в Крыму. Кровавое восстание здесь обсуждали повсеместно: на рынках, в торговых лавках, кофейнях и отелях. Подобно столичной прессе, на первых полосах крымские газеты помещали новости с Балкан. Почти во всех крупных городах Таврической губернии проходили благотворительные мероприятия по сбору средств для братьев-христиан. К примеру, в мае 1876 г. в Симферополе во время детского домашнего спектакля было собрано и отправлено детям славянских семей Балканского полуострова 29 рублей. А заключенные Симферопольского исправительного отделения "уделили из своего трудового заработка 18 рублей 50 копеек"1.

В конце апреля по Крыму пронесся слух о планировавшемся турецком десанте на приморское побережье, высадку которого разрабатывал адмирал Гобарт-паша. За основу стамбульские военные стратеги брали опыт взятия Ялты и Алушты в ходе турецкого десанта летом 1774 г., когда немногочисленные русские отряды из-за отсутствия промежуточных постов на Южном берегу Крыма были отрезаны неприятелем. Ситуацию усложняли и отдельные вооруженные выступления местного крымско-татарского населения.

В фонде Таврического гражданского губернатора в Государственном архиве Республики Крым сохранилась секретная переписка губернских властей с военными о строительстве фортификаций на прибрежных территориях и планы эвакуации казенного имущества. Сохранилась и информация полицейского департамента о турецких шпионах, которые всё чаще перебирались на территорию полуострова под видом рыбаков и массовой скупки оружия в местных магазинах. Благодаря нескольким архивным делам сегодня можно подробно воссоздать картину обстановки и изучить меры безопасности, предпринимавшиеся губернскими властями.

Малый Ливадийский дворец - резиденция императора Александра II в конце XIX в.

Усиление бдительности

Весть о готовящемся турецком десанте в первую очередь подорвала будущий курортный сезон, первый после введения в эксплуатацию в 1875 г. Лозово-Севастопольской железной дороги. Строительство новой магистрали способствовало большим инвестициям в инфраструктуру Южнобережья. В Ялте был построен новый водопровод, новые пансионы, доходные дома и гостиницы. Благодаря их появлению за 6 лет (1869-1875 гг.) удалось увеличить количество мест для отдыхающих в 10 раз (с 200 до 2000). Однако в результате паники владельцы новых курортных объектов уже в начале сезона сильно пострадали. "В памяти ещё была свежа Крымская война. Приезжая публика, нанимая за большие деньги экипажи, спешно уезжала в Симферополь и Севастополь"2.

Тревожное состояние в крымском обществе было вызвано не только угрозой десантной операции османов на побережье, но и возможных бомбардировок приморских городов со стороны броненосцев противника. Поэтому летом русское командование начало подготовку противодесантной обороны Черноморского побережья и введения режима безопасности. 26 июля 1876 г. по распоряжению военного министра Дмитрия Милютина были приняты решительные меры о запрете турецким рыбакам ловить рыбу вблизи крымского побережья, а рыболовецким судам запрещалось подходить к берегу. Высадка разрешалась только в городах Керчи, Ялте, Феодосии и Евпатории, где были таможенные и полицейские учреждения.

Пограничная и таможенная стражи вели круглосуточное наблюдение по всему побережью от Феодосии до Херсонеса, а в подкрепление ей по распоряжению Временного военного генерал-губернатора были задействованы рота севастопольского гарнизона и солдаты 52-го пехотного Виленского полка Русской императорской армии, дислоцировавшегося в Феодосии.

Береговая 9-дюймовая пушка образца 1867 г.

Оборонительные планы

К лету 1876 г. были полностью закончены работы на оборонительных сооружениях в Керченской крепости (бывший форт "Тотлебен"). Ее береговое вооружение включало: 11-дюймовых пушек - 15; 9-дюймовых пушек - 12; 8-дюймовых пушек - 33; 24-фунтовых пушек - 19; 6-дюймовых нарезных мортир, заряжаемых с дула, - 20. Все береговые орудия были новыми, изготовления 1867-1876 гг., лучшей в мире прусской системы (образца 1867 г.), за исключением 6-дюймовых мортир, заряжаемых с дула. Кроме них в каждой крепости было еще несколько десятков 12-фунтовых (122-мм) крепостных пушек, 9- и 4-фунтовых полевых пушек, гладкоствольных мортир и т.п.3 В случае войны в Керченском проливе планировалось выставить минное заграждение для турецких броненосцев и максимально укрепить южную часть косы Тузла, которая находилась вне досягаемости крепостных орудий.

В начале октября 1876 г. строительство оборонительных сооружений началось во всех приморских городах Крыма, и в первую очередь в Севастополе. В конце месяца здесь на Северной стороне стояли четыре 9-дюймовые пушки, четыре 24-фунтовые пушки и шесть 6-дюймовых мортир. На Южной стороне: восемь 9-дюймовых пушек, шесть 24-фунтовых пушек и четырнадцать 6-дюймовых мортир4.

Среди мер по подготовке к войне также значилось строительство временных военных построек в приморских городах полуострова, быстрый созыв всех отпускников воинских чинов, строительство маяков и наблюдательных пунк-тов. При этом командующий войсками Одесского военного округа просил у Таврического губернатора о безвозмездном отпуске самых дешевых стройматериалов. Но получил отказ. Власти губернии с опасением смотрели на будущие военные действия на полуострове, поскольку в 1875-1876 гг. в степных районах из-за неурожая наблюдался голод. В "значительной мере прекратились торгово-промышленные и земледельческие операции, что повлекло за собой лишение рабочего, ремесленного и земледельческого классов всяческих заработков, а сами города Евпатории и Феодосии представляли собой печальную картину опустения"5.

Император Александр II.

Турецкий разведотряд

В конце лета 1876 г. на случай военных действий был разработан план эвакуации казенного имущества Феодосийского и Евпаторийского уездов в район Перекопа. При его разработке учитывался печальный опыт Крымской войны и мгновенное занятие войсками противника гг. Евпатории, Керчи, Саки и т. д.

Среди экстренных мер - контроль всех горно-лесных дорог на Южном берегу Крыма. Поводом для этого послужил инцидент в деревне Кучук-Узень 19 июня 1876 г.. Тогда местные жители заметили вооруженных ружьями и пистолетами 12 турок, которые собирали отряд из числа местных крымских татар. В деревню выехал Ялтинский уездный исправник с полицейскими. Однако турки уже успели отплыть на лодке от берега. По словам местных жителей, они вербовали в специальный отряд для отправки на Балканы. Группу турок в Кучук-Узени вовремя заметил местный житель, который и сообщил в полицию. После этого случая вышло новое распоряжение, по которому для "всех мусульман, приезжающих в Крым и вызывающих подозрение, был установлен особый контроль. В случае наличия подозрительных лиц - необходимо их задержать на сутки на таможне и сразу же подать информацию в МВД для дальнейших указаний, однако действовать при этом с полной осторожностью"6.

Один из первых броненосцев береговой обороны Черноморского флота - артиллерийская плавучая батарея (поповка) Новгород, спущенная на воду 21 мая 1873 г.

Миссия тайного советника Решетилова

Еще одна тенденция, характерная для тревожного лета 1876 г., - участившиеся покупки оружия в торговых лавках Симферополя крымско-татарским населением. Так, 24 сентября Симферопольский полицмейстер секретно докладывал таврическому губернатору: "в июле-августе крымские татары начали активно скупать револьверы с пулями и патронами с неизвестной целью". Такие случаи наблюдались в трех крупных торговых лавках города, где продавалось оружие. По словам продавцов, повышенного спроса ранее никогда не было, а массовая покупка оружия (в среднем по 30-50 револьверов в месяц и до 1,5 тысячи патронов к ним) наблюдалась с мая 1876 г..

Из Петербурга для расследования дела был вызван агент III отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии, тайный советник А. Решетилов. При беседе с покупателями оружия оказалось, что действительно все они были из числа крымских татар. На вопрос, для какой цели приобреталось оружие, одни молчали, другие говорили, что покупали "в целях безопасности в связи с беспокойной обстановкой на Балканах", а третьи утверждали, что "оружие приобреталось для стрельбы по воробьям в огороде, которые постоянно клюют виноград"7.

Еще одной задачей миссии агента А. Решетилова было "определение обстановки, царящей в губернии". Тайный советник владел крымско-татарским языком и для определения обстановки он обошел несколько кофейных заведений, где собирались преимущественно крымские татары, и тщательно прислушивался к их разговорам. Однако, как писал гость из столицы в своем подробном отчете, ничего подозрительного он не услышал. "Все разговоры касались торговли, с/х производства. Состояние крымских татар было на редкость спокойное".8

Генерал-адъютант Н.П. Игнатьев - российский посол в Турции.

Император с народом!

В начале августа в Крыму было расквартировано около 300 казаков, прибывших из Одессы, а также солдаты 13-й пехотной дивизии. За все мероприятия по подготовке к войне отвечал Одесский временный военный генерал-губернатор, который вел постоянную секретную переписку со столичным военным ведомством и таврическим губернатором. Именно по его приказу были расквартированы в прибрежных городах и поселках солдаты дислоцированного в Крыму Виленского полка, а также севастопольская рота солдат.

Присутствие солдат постоянно вызывало тревогу у местного населения. Однако после приезда на отдых в Ливадию императорской семьи градус волнения в крымском обществе стал снижаться. Именно в южнобережную Ливадию летом 1876 г. переместился центр политической жизни страны. В имении императора формировалась балканская политика России, отсюда Александр II руководил переговорами в Константинополе российского посла в Турции генерал-адъютанта Н.П. Игнатьева и проводил важнейшие совещания с канцлером князем А.М. Горчаковым. Сюда на встречу с императором приезжали английский и румынский послы, представители славянских комитетов.

Осенью 1876 г. уже стало очевидно: война с турками неизбежна. 12 октября в Ливадии император принимает решение о подготовке к мобилизации дивизий нескольких военных округов, а спустя неделю из Крыма уже прозвучало грозное предупреждение Порте: "если последняя не прекратит военные действия против Сербии, то дипломатические отношения России с Турцией будут прерваны"9.

Царское имение тщательно готовилось к военному положению, объявленному по Южнобережью. Все здания охранялись усиленными нарядами солдат 51-го пехотного Литовского полка, служащих, владевших огнестрельным оружием, снабдили винтовками; было организовано круглосуточное наблюдение за движением судов по Черному морю10.

***

Однако ситуация 1774 г. не повторилась, десант противника на этот раз обошел крымское побережье. Созданная русскими моряками противодесантная оборона полуострова, а также система защиты баз и портов на побережье между устьем Дуная и Керчью была настолько эффективной, что турецкий флот даже не попытался их атаковать. Уже после начала войны, 29 апреля 1877 г., десант был высажен на восточном побережье Черного моря - возле селения Гудаута. Тем не менее фортификационные укрепления на крымском побережье были настолько грамотно спроектированы, что пригодились и во время морских боев с немцами в годы Первой мировой войны, и в период Великой Отечественной войны.

ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА


Д. Милютин: "Вооруженные турки начинают уже открыто нападать на жителей"

Из дневника генерала-фельдмаршала, жившего в тот период в Крыму:

22 июля 1876 года. Четверг. ...Однако ж поневоле, увлекшись приятельским разговором, не мог сам не сетовать на полное расстройство нашей административной машины, на непростительную апатию и бездействие правительства, в общей его совокупности. Приведу маленький образчик: на южном берегу Крыма давно уже жалуются на то, что под предлогом ловли рыбы и специально дельфинов турецкие промышленники нахально пристают к берегу, выходят на взморье и распоряжаются как у себя дома. В прошлом году и в нынешнем бывали даже примеры насилий и грабежей. Ровно год тому назад, возвратившись из Крыма, я докладывал самому Государю о тамошнем бессилии русских властей... Теперь же вдруг встрепенулись... вооруженные турки начинают уже открыто нападать на жителей. ...Все разом обращаются к военному министру и заявляют о необходимости военных мер к охранению берега.

7 октября 1876 года. Четверг. Вчера провел весь день в Симеисе, сделал большую прогулку в Алупку; вечером посетил нас сосед, князь С.М. Воронцов (светлейший князь, генерал-лейтенант, генерал-адъютант; командир 10-го армейского корпуса; сын генерал-фельдмаршала князя М.С. Воронцова. - Ред.). Много толковали о том, что делать обитателям южного берега в случае войны: кто советовал теперь же убираться поживу-поздорову, кто - замуровать окна и двери дома и т.д. Жена моя решительно объявила, что останется на месте, и для ограждения дома от хищничества просила только оружия для своей прислуги и рабочих.

24 октября 1876 года. Воскресенье. Семья моя, не разделяя общей паники, решилась остаться в Крыму на все время мобилизации войск, несмотря на то что в продолжение этого времени пассажирское движение по железной дороге будет прервано. Не полагаясь на полицейскую охрану, послал я в Симеис на всякий случай несколько ружей и револьверов...

1. Улунян А.А. Апрельское восстание 1876 года в Болгарии и Россия. М., 1978. С. 168.

2. Никаноркин А. Жить не старея. Симферополь, 1959. С. 34.

3. Широкорад А.Б. Русско-турецкие войны 1676-1918 гг. Минск, 2000. С. 568.

4. Там же.

5. Государственный архив Республики Крым. Ф. 26. Оп. 2. Д. 957. Л. 1-2.

6. Там же. Д. 899. Л. 18-19.

7. Там же. Л. 23.

8. Там же.

9. Калинин Н., Земляниченко М. Романовы и Крым. Симферополь, 2011. С. 80.

10. Там же. С. 81.