12.08.2021 06:12
    Рубрика:
    Как Эсенбюбю Молдокулова превратилась в киргизскую оперную диву
    Как любившая петь девочка из горного села превратилась в оперную диву
    Евгения Евреинова
    Евгения Евреинова
    Полвека на сцене, более 50 главных партий в знаменитых операх, блистательные выступления в известных театрах мира, тысячи поклонников. О чем сегодня мечтает звезда киргизской оперы, и как сложилась жизнь обладательницы уникального сопрано после ошеломляющего успеха? Гостья "Российской газеты" - народная артистка Киргизии Эсенбюбю Молдокулова.

    - Выступать на сцене - это ваша детская мечта, или были другие планы? Кто первым заметил ваши уникальные способности?

    Эсенбюбю Молдокулова: О сцене никогда не думала даже в шутку. Хотела стать сестрой милосердия, но петь любила. Я росла в небольшом селе в Таласской области. Растила меня бабушка. Отец пропал без вести на войне, когда мне и года не было, а мама вышла замуж и уехала.

    В Таласе в то время выращивали табак, и осенью, после того как его срезали, женщины нанизывали листья на бечевки и сушили. Одно из таких помещений, в котором происходил процесс сушки, находилось недалеко от нашего дома. И я, будучи совсем еще ребенком, часто туда бегала. Чтобы скоротать время, женщины просили меня спеть. У меня была любимая песня о маме, которую выдали замуж, и она уехала в другое село, оставив свою дочку. Вот ее я и пела, а женщины плакали. В школе я была отличницей и после окончания седьмого класса без труда поступила в медучилище. Русский язык почти не знала, и мне пришлось зубрить тексты заданий наизусть. У нас был преподаватель Юрий Голдовский, который руководил кружком самодеятельности. Он-то и обратил внимание на мой голос, а потом научил меня петь под аккомпанемент.

    В то время часто устраивали конкурсы художественной самодеятельности между учебными заведениями. На одном из них я заняла второе место, а первое досталось танцевальному ансамблю тоже из нашего училища.

    Подходил к концу третий курс, когда из Московской консерватории приехала специальная комиссия. Они отбирали наиболее талантливых из числа участников оперной студии, которая была открыта при нашем театре оперы и балета. Так случилось, что ни одна девочка не прошла по вокалу, а вот троим ребятам повезло, и их взяли учиться в Московскую консерваторию. Тогда Юрий Голдовский подошел ко мне и спросил, не хотела бы я поехать в Москву? Я не задумываясь согласилась. Он о чем-то переговорил с членами комиссии и попросил их меня послушать. Когда этот своеобразный экзамен закончился, мне сказали, что у меня очень хорошие голосовые данные.

    К тому времени я заканчивала медучилище, и у меня была трехмесячная практика. До отъезда я даже успела поработать акушеркой и приняла роды у 40 женщин.

    Когда мои родственники узнали, что я собираюсь в Москву учиться петь, все выступили против, сказав, что я опозорю свой род. Тогда решение приняла бабушка. Она сказала, что будет так, как захочу я. Вот так решилась моя судьба. Так как я не знала нотную грамоту, а пела на слух, меня зачислили в музыкальное училище при консерватории. Кстати, на курс младше меня училась Тамара Синявская. Мы с ней долго дружили.

    - С какой роли начиналась ваша сольная карьера?

    Эсенбюбю Молдокулова: Преподавателем в училище у меня была непревзойденная Ксения Павловна Тихонова. Это удивительной души человек, она никогда не позволяла себе даже голос на нас повысить, не то чтобы отругать. Именно она сыграла в моей творческой жизни большую роль.

    Жить в Москве было непросто, и помощи ждать было неоткуда. Стипендия 20 рублей - это все, на что я могла рассчитывать. Конечно, этих денег не хватало. Выручил диплом медучилища. Я устроилась работать ночной медсестрой в 59-ю московскую городскую больницу. Вот так прошли три года моей учебы: днем - занятия по вокалу, сольфеджио, а ночью - дежурства в больнице.

    По окончании музыкального училища мне предложили продолжить обучение в консерватории, но к тому времени бабушка стала совсем старой, и нужно было, чтобы кто-то находился рядом с ней. Я приехала и сразу пошла в наш оперный театр. На прослушивании я выложилась полностью и по одобрительному кивку дирижера оркестра поняла, что произвела впечатление.

    Моей первой главной партией была Калыйман в оперном спектакле "Ай-Чурек". Я готовилась к исполнению основательно и словно перевоплотилась в мою героиню, мне даже казалось, что я думала, как она. Потом были партии Дездемоны из оперы Верди "Отелло", Софьи в "Петре Первом", Каныкей в "Манасе", Ярославны в "Князе Игоре", Татьяны в "Евгении Онегине" и еще десяток других.

    - Есть ли роль, которая вам особенно дорога?

    Эсенбюбю Молдокулова: Выбрать сложно. Ведь к каждой партии был особенный подход. И все же та, что ближе к сердцу, - это роль Наташи из оперы Александра Даргомыжского "Русалка". Из-за нее я очень переживала, и мне кажется, что мне удалось передать судьбу несчастной девушки, которая стала заложницей ситуации. Я по-настоящему плакала, когда пела эту партию. Кстати сказать, мои эмоции не позволили мне исполнить партию Чио-чио-сан, о которой мечтала, так как в финальной сцене я не могла сдержать слез, и у меня перехватывало горло.

    "Русалку" мы репетировали вместе с моим будущим супругом, народным артистом СССР Хусейном Мухтаровым, который исполнил роль Мельника. Именно во время репетиций этой оперы между нами пробежала искра. Мы начали встречаться, а после решили пожениться.

    - Как двум звездам оперы удавалось находить компромисс в семейной жизни?

    Эсенбюбю Молдокулова: Между нами были разногласия в творческих вопросах. Каждый отстаивал свою точку зрения и не хотел уступать. Но, видимо, судьбе было угодно, чтобы мы остались вместе на долгие годы. Со временем я начала понимать, какого удивительного человека мне Бог послал в мужья. Он полностью взял на себя заботу о семье, любил и умел хорошо готовить.

    В 1975 году мы стали выступать вместе. За семнадцать лет совместной деятельности мы объездили весь Советский Союз, побывали во всех его республиках, а в некоторых и по нескольку раз. Выступали и за рубежом. Запомнился прекрасный фестиваль оперных певцов тюркоязычных народов на Кипре.

    Ключевой вопрос

    - Кто из вашей семьи пошел по вашим стопам?

    Эсенбюбю Молдокулова: Дело в том, что опера - это особый жанр искусства. Одного таланта мало, да и одного желания - тоже. Это прежде всего титанический труд. Что же касается моих жизненных итогов, то их я вижу в детях, внуках и правнуках. Каждый из них так или иначе связан с искусством. Старшая дочь Каныкей Мухтарова сейчас живет в Канаде, где заканчивает докторскую диссертацию. Она является основателем и директором Бишкекского джаз-фестиваля, который каждый год проходит в столице. Другая дочь - Чачыкей Мухтарова - балетмейстер в нашем театре оперы и балета. Старший внук живет в Германии, он начинающий писатель. Недавно в Москве вышла его книга "Умытый город". Еще один внук Катаган Жумагулов учится в Бельгийской Королевской консерватории и уже пробует свои силы на сцене как оперный певец. Внучка Айке Карлтон серьезно занимается дизайном одежды, другая - Алия Кулгожаева - учится в Киргизско-Российском славянском университете на дизайнера архитектурной среды. Младшая внучка Жания Мамбетова занимается музыкой и хочет стать певицей. Младший внук Руслан Мухтаров уже выбрал для себя профессию скульптора. Мои правнуки Натанаэль и София начали заниматься музыкой, а маленькая Эльза радуется при звуках фортепиано. Все они наше с Хусейном продолжение прошлого, наше настоящее и надежда на будущее.