Немецкий журналист обвинил дожди в поражении вермахта под Москвой

Немецкая газета Die Welt сообщила, что операция "Тайфун", в ходе которой немецко-фашистские захватчики собирались взять Москву, провалилась из-за проблем с материально-техническим обеспечением вермахта и дождей.
Военные метеорологи в годы Великой Отечественной. Точный прогноз погоды - тоже оружие Победы.

Журналист Die Welt Флориан Штарк решил аккурат к 80-летию поражения гитлеровской Германии под Москвой развлечь немецкую публику подробностями светской жизни в осажденной его соотечественниками столице. По словам автора статьи, в октябре 1941 года на приеме в честь канадского пресс-магната, члена британского военного кабинета лорда Бивербрука и американского спецпосланника и железнодорожного магната Аверелла Гарримана подняли 32 тоста за Победу над Германией, а также ели икру и дичь. Заметим, что эти титулованные гости оказались в Москве не просто так - они приехали из США и Великобритании для согласования поставок по ленд-лизу в СССР техники и вооружения, а также ответных поставок сырья и материалов, но не это является предметом исследования Die Welt.

Автор смешивает исторические события, даты и цитаты из британских источников таким образом, что можно прийти к выводу, что в Москве царил хаос, командующие фронтами бежали прочь, красноармейцев расстреливали десятками тысяч, а Сталин пил горькую и закусывал молочным поросенком. Судя по всему, столица Советского Союза была обречена. "Сталину потребовалось время, чтобы прийти в себя. Сначала он приказал перебросить правительство на 800 километров восточнее, в Куйбышев. Но вместо того, чтобы следовать за колоннами эвакуированных, он решил остаться в городе", - пишет Штарк. Что же спасло Москву? Автор приходит к сенсационному выводу: "Москвичей заставляли вступить в милицию и трудовые отряды и послали на строительство оборонительных сооружений под Москвой. Но немцы не пришли. Нехватка топлива и боеприпасов, но, прежде всего, начало дождей, превративших грунтовые дороги в грязевые реки, остановили продвижение немцев на несколько недель".

Кадрам, на которых под Москвой фашистские солдаты сдаются советскому боевому охранению, тоже не нашлось места в публикации Флориана Штарка. Фото: Владимир Гребнев/ Фотохроника ТАСС

Это не первое историческое открытие Die Welt. Несколько лет назад редактор отдела истории Свен Феликс Келлерхоф сообщал, что схожим образом "немцы не пришли" и на сражение на Курскую дугу. И попытался аргументировать свою точку зрения: "Последние исследования, основанные, без сомнения, на реальных фотографиях, подтверждают - под Прохоровкой не было ни советской победы, ни даже масштабного танкового сражения". Тоже со ссылкой на немецких и британских историков.

А ведь у британских историков, хоть и не у тех, на которых ссылается автор Die Welt, говорится о совершенно иных причинах поражения немцев под Москвой. Бывший британский посол в СССР, историк, сэр Родерик Брейтвейт в своей книге "Москва 1941. Город и его люди на войне" писал о подвигах военных, защищавших столицу, и о москвичах. Он беседовал с историками и участниками обороны столицы: рывшими окопы, выносившими раненых с поля боя, стоявшими насмерть на подступах к городу, и с восхищением отмечал их упорство, целеустремленность и самопожертвование.

А причины поражения фашистской Германии этот британский историк описал так: "Дни паники и поражений прошли. Теперь советские войска вели бои и умирали там, где они стояли, или отходили в полном боевом порядке и, переформировавшись, снова шли в бой. Продвижение немцев замедлялось и спотыкалось. Противники качались и шатались, как травмированные боксеры. Сопротивление советских войск становилось все более жестким, подобно сжимаемой пружине, которая вот-вот может разжаться. Немецкие потери все повышались; Фон Бок ворчал, что исход битвы теперь будет зависеть от того, у кого останется последний батальон. Ему мерещился второй "Верден" - "звероподобная изнуряющая борьба до полного истощения". Но новых батальонов не было: немцы уже оказались на пределе своих материальных и человеческих возможностей. Русские же вводили в дело дивизию за дивизией, армию за армией, о существовании которых немецкая разведка не имела ни малейшего представления. Именно теперь немцы начали понимать степень своих стратегических просчетов".

Автор смешивает события таким образом, что можно прийти к выводу: Сталин пил горькую и закусывал молочным поросенком
Зато фотографии периода ожесточенных боев за столицу Советского Союза осенью и зимой 1941 года в публикации на сайте Die Welt отсутствуют. Фото: РИА Новости

Рядовой Мороз

Почему в осенне-зимних боях под Москвой могущественная немецкая армия потерпела сокрушительное поражение? Потому что, объясняли потом побежденные, против нас воевал могущественный "Генерал Мороз". А русские в военной науке - дикари и лапотники…

Мифический ледяной генерал был с позором низложен и разжалован скромными метеорологами.

Хроника температурного столбика

Доказательства сейчас легко разыскать даже в открытом доступе. Например, в архивах Гидрометцентра, на профильных сайтах, в фондах Российской государственной библиотеки. Тихие цифры со всей очевидностью опровергают нацистскую мифологию.

Метеорологическая обсерватория им. В.А. Михельсона при Тимирязевской сельскохозяйственной академии.

По данным срочных наблюдений Метеорологической обсерватории им. В.А. Михельсона при Тимирязевской сельскохозяйственной академии (ТСХА), сентябрь 1941 года был отмечен обильными дождями. В октябре похолодало в пределах нормы, вторая половина месяца и начало ноября - теплые.

Средняя температура воздуха в Москве и окрестностях в сентябре 1941-го составила +9,2 градуса по Цельсию, в октябре +2,1оС, в ноябре -5,3оС, в декабре -12,8оС.

4 ноября температура под Москвой опустилась до -7 градусов по Цельсию.

7 ноября, в день легендарного парада, пришла оттепель.

С утра шел снег из низких плотных туч - столицу "атаковал" теплый атмосферный фронт циклона. Для налетов немецкой авиации город стал недоступен. Метеопрогноз был, по всей видимости, решающим аргументом в пользу парада - Сталину о циклоне доложили заранее. Войска шли по площади при температуре около -4оС и юго-восточном ветре 5-7 м/с. В Москве за сутки выпало тогда 4,4 мм осадков в виде снега.

А уже днем 8 ноября снова потеплело.

С 11 по 13 ноября похолодало до 15-17оС, затем температура снова поднялась до -3-10 оС.

Историки приводят запись о погоде 30 ноября в расположении нашего 13-го армейского корпуса: "Потепление. Температура около 0o. В районе расположения 13 АК к вечеру прошел дождь. Состояние дорог прежнее".

Лишь 5-7 декабря температура понизилась до 21-23оС, в канун Нового года опускалась до -23-27оС, местами до -35оС.

Но в это время уже в полную силу шло контрнаступление Красной Армии.

Захватчиков обезоружил не мифический генерал Мороз, а рядовые и офицеры Красной Армии.

Рождественские подарки Геббельса

В своих мемуарах командующий танковыми войсками (2-й танковой группой) вермахта "панцергенерал" Хайнц Гудериан вспоминал, как докладывал Гитлеру об "ужасной" ситуации со снабжением на фронте в ноябре 1941 года:

"Не было ни маскхалатов, ни сапожной мази, ни белья, ни, что самое страшное, шерстяных штанов. Многие из солдат до сих пор ходили в хлопчатобумажных брюках, и это при 22 градусах мороза!.. Солдаты добывали себе русские шинели и меховые шапки, и только по эмблемам можно было распознать в них немцев".

Докладывал Гудериан фюреру и о нехватке шипов для танковых траков, антифриза, зимнего масла, мази против запотевания перископов. Чтобы завести танк, надо было сначала развести под ним костер. "Как это ни печально, но Верховное командование превзошло само себя в части недоверия к нашим докладам о слабости наших войск и в части сочинения новых требований, не сделав при этом ничего для подготовки наших частей к зиме…".

Обмундирование - неудобное и холодное. Тесные короткие сапоги, подбитые металлическими клепками, - причина массовых обморожений. Дошло до того, что в декабре Геббельс объявил в Германии экстренный рождественский сбор теплых вещей для солдат. Зато, по воспоминаниям фашистских генералов, на фронт (19 ноября под Юхнов) умудрились доставить целый эшелон… отборного французского вина, по пути превратившегося в лед. "Я никогда прежде не видел солдат в такой ярости", - вспоминал тогдашний начштаба 4-й армии генерал Блюментритт.

Оглушительные просчеты нацистских генералов!

Но при чем тут "Генерал Мороз"?

Пленные немцы. Фото: РИА Новости

Оценка маршала Жукова

Мороз не щадил и наших бойцов. Согласно архивным данным, в конце октября 1941 года в частях Красной Армии на Западном фронте недоставало 63 тысячи шапок, 136 784 телогрейки, 168 754 ватных шаровар, 89 360 вязаных перчаток. Бойцы ходили в ботинках с обмотками, ночевали в окопах. По оценкам военных экспертов, за холодную зиму 1941-42 гг. из рядов РККА по причине обморожений и болезней выбыло около 180 тысяч человек. Такие же потери войск вермахта составили 230 тысяч. Цифра сопоставимая.

А роль "генерала Мороза" в битве за Москву коротко и ясно сформулировал маршал Георгий Жуков:

"Генералы Г. Гудериан, Г. Гот и другие считают основной причиной поражения их войск под Москвой наряду с ошибками Гитлера суровый русский климат. Конечно, и погода, и природа играют свою роль в любых военных действиях. Правда, все это в равной степени воздействует на противоборствующие стороны… Наша страна одевала и согревала своих солдат. А гитлеровское руководство собиралось налегке пройтись по России, исчисляя сроки всей кампании неделями и месяцами. Значит, дело в политических и стратегических просчетах фашистской верхушки…".

P.S.

Сталинградская битва продолжалась с 17 июля 1942 года по 2 февраля 1943-го. Снова зима, холод, снег, ветер. Но о "генерале Морозе" немцы уже не вспоминали. Миф исчерпал себя.

Из истории мифа

Гитлер наступил на грабли Наполеона

Французский генерал Арман де Коленкур предостерегал своего императора "об опасностях пребывания в Москве и опасностях зимы, если нам придется двигаться во время морозов". Наполеон поднял его на смех: "Коленкуру кажется, что он уже замерз!". Тот рискнул возразить: "Зима ворвется внезапно, как бомба, и при том состоянии, в котором находится армия, ничего не может быть страшнее".

Ключевые слова - "состояние армии". Они объясняют всё.

27 сентября выпал первый снег. Из сожженной Москвы французы выступили 8 октября. Холода пришли через месяц.

В 29-м бюллетене Великой Армии от 3 декабря 1812 года Наполеон писал: "По 6-е число ноября погода была прекрасная, и движение армии происходило с наилучшим успехом. Морозы начались 7-го числа. С сего времени не происходило ни одной ночи, в которую бы мы не лишились нескольких сот лошадей… С 14-го по 16-е [ноября] термометр показывал от 16 до 18 градусов ниже точки замерзания. Дороги покрылись гололедицею, и обозные лошади падали каждую ночь… В несколько дней погибло их более 30 тысяч. Мы принуждены были большую часть своих пушек, также военных и съестных припасов оставить на дороге или истребить… Армия, бывшая 6-го числа в самом лучшем состоянии, 14-го уже совсем переменилась: она лишилась конницы, артиллерии и обозов".

Но до сражения под Красным (15-18 ноября) всех холодов было - от минус трех до минус восьми. Вплоть до сражения на Березине (26-29 ноября) стояла оттепель, до минус двадцати похолодало уже позже. Погода в России была не намного хуже, чем в других странах, которые Наполеон покорил.

Но самолюбивый император не мог признать абсолютно плачевное состояние армии задолго до холодов.

Это сказали и без него.

Спустя 23 года после окончания Отечественной войны поэт-партизан Денис Давыдов посвятил этой теме отдельную статью в своих мемуарах - "Мороз ли истребил французскую армию в 1812 году?" По партизанской привычке Давыдов бьет врага его же оружием - приводит свидетельства французских военачальников:

"Во все время шествия французской армии от Москвы до Березины, то есть в течение двадцати шести дней, стужа, хотя и не чрезвычайная (от двенадцати до семнадцати градусов), продолжалась не более трех суток, по словам Шамбре, Жомини и Наполеона, или пяти суток, по словам Гурго".

После чего старый рубака ехидно интересуется: как же за эти считанные дни вышедшая из Москвы 110-тысячная армия (данные французского главного штаба) к моменту подхода к Березине лишилась 65 тысяч человек? И поясняет очевидное: французов добил не мороз, а усилия русской армии, летучих партизанских отрядов, русских крестьян, которые поднимали на вилы вражеских снабженцев, пытавшихся ограбить деревни и добыть себе провиант. А еще "взятие нашей легкой конницею неприятельских обозов с пищею, окружение ею французских колонн от Малоярославца до Немана".

Просто русские полководцы к тому времени научились воевать лучше французов.

С гитлеровскими генералами повторилась та же история, что и с наполеоновскими.

P.S.

Чего добивается Флориан?

Флориан Штарк из немецкой газеты "Вельт" не первый и не последний, кто пытается не просто провести ревизию побед Красной Армии, но и оклеветать ее. Судя по всему, эта борьба с истинной историей, развязанная на Западе, да и не только, щекочет самолюбие проигравших.

Но здесь герр Флориан Штарк перешел границы даже в своей враждебной нам среде дозволенного. Ведь в его стране пропаганда фашизма запрещена. Но создается впечатление, будто выдумщик несуразностей от этого как-то отмахнулся.

Зачем вообще он взялся за перепетую уже во время Второй мировой тему дождей и мороза, муссировавшуюся фашистскими газетами. Тогда атаки шли под неусыпным присмотром доктора Геббельса. А кто дирижирует подленькими фейковыми вбросами сейчас? Если это чей-то заказ, то он явно противоречит конституции ФРГ. Если инициатива самого Штарка, то выплеснувшаяся ложь противоречит существующим в его стране законам.

Что вообще пыталась доказать газета в неуклюжей статье? Что возьми Гитлер Москву, и жила бы Германия и еще полмира при нацизме? И это приветствуется вполне известным западногерманским изданием?

Или выражает автор сочувствие гитлеровским генералам, проигравшим битву не после дождичка, а из-за героизма, даже стоицизма Красной Армии, всего нашего народа. Но и Международный трибунал в Нюрнберге, и даже немецкие суды дали оценку деятельности фашистской военной верхушки.

Вермахт в описаниях Флориана Штарка представляется скопищем невинных солдатиков, промокших под коварным русским дождем и замерзших при неожиданных для них морозах. Но ведь пришли в чужую страну оккупантами, палачами. Против них и боролись наши солдаты. Спасли Москву ценою жизни. И даже родная природа, свои небеса благоволили им в этом подвиге.