13.03.2022 07:00
    Рубрика:

    Чем притягивает и удивляет единственная автономная область на карте России

    Здесь, на дальневосточных просторах, сталинские наркомы пытались построить советский Израиль. Затея так и осталась широким социалистическим замахом. А Биробиджан сегодня - провинциальный городок, на улицах которого уже не звучит идиш. Большинство искателей еврейского счастья навечно легли в эту стылую землю или сели в самолет и улетели. Далеко-далеко...
    Photoxpress
    Photoxpress

    "В чем были - в том и вышли"

    - Сколько в Еврейской автономии евреев? На этот вопрос вам не ответит никто. Но скажу так, последнего еврея придет провожать тысяча евреев, не меньше, - эмоционально замечает Валерий Соломонович Гуревич.

    Гуревич - в прошлом вице-губернатор автономной области, а сегодня на двоих с коллегой делит тесный кабинет сотрудника института комплексного анализа региональных проблем Дальневосточного отделения РАН. Его родителей в Биробиджан привезли детьми дед с бабушкой - романтики-первопоселенцы:

    - Их здесь встречали тучи комаров, палатки и оркестр. Больше здесь не было ничего.

    В пору его детства идиш слышался на каждом шагу: на городском рынке, в бесконечных советских очередях, на лавочках.

    - И никакого бытового антисемитизма, здесь этого не было никогда! - восклицает Валерий Соломонович.

    Городским анекдотом стала история, когда бригадира завода по фамилии Аксельрод разбирали на бюро горкома партии за то, что он одну еврейку приложил ядреным словом. Она увидела в этом антисемитский колер и накатала жалобу.

    - Весь Биробиджан над этим смеялся, - вспоминает Гуревич.

    Сам он с родным языком на "вы", прекрасно понимает, но разговаривать не может.

    - Язык живой, а у меня нет практики,- мудро замечает еврей Гуревич.

    Валерий Гуревич: Мы в чем были,в том и вышли за суверенитетом... Фото: Василий Кравцов

    За окном кабинета бывшего вице-губернатора Еврейской автономной области горы черного, неубранного снега, корявые змейки нечищеных тротуаров. Февральский Биробиджан неприбран и неуютен.

    - Время и эмиграция вымыли людские ресурсы. В регионе очень сильный кадровый голод. Если положить руку на сердце - в городе просто нет хозяина, - говорит Валерий Соломонович.

    Старожилы прекрасно помнят, как в начале разломных 1990-х сюда приезжал израильский консул и в городском Дворце культуры сутками штамповал визы.

    Жителям Еврейской автономии показывали фильмы о процветающей жизни на родине предков. Один из героев кинорассказа говорил о шестнадцати сортах мыла, которые лежат в магазинах Тель-Авива. Женщины в зале сдавленно ахали, они знали только два сорта: "Хозяйственное" и "Земляничное", которые продавали по талонам.

    Люди улетали в эмиграцию полными самолетами, одних врачей уехало больше сотни. Лучших врачей!..

    - Моя мама умерла в прошлом году в Израиле, она прожила 97 лет только благодаря тамошней медицине. Но каждый день тосковала по Биробиджану и нашим морозам. Очень русский сюжет, правда? - спрашивает меня Гуревич.

    До распада СССР Еврейская автономия входила в состав Хабаровского края. Стала самостоятельным субъектом после того, как разрешили брать суверенитета "сколько унесете". "Мы в чем были, в том и вышли из Хабаровского края", - признаются жители автономии.

    Как Одесса, но ярче

    В советские времена легкая промышленность выпускала одежду и обувь ориентируясь строго на социальные задачи: массовая продукция должна быть добротной, доступной, отвечать требованиям сезона и условиям госзаказа. Вопрос актуальности и стиля решался просто: что утвердили в министерстве, что сходит с конвейера, то и модно.

    Одежда была часто неуклюжего кроя и нелепых расцветок, но грела людей десятилетиями. Биробиджан стал центром легкой промышленности всего Дальнего Востока. Фабрики: швейная, трикотажная, обувная. Помню, биробиджанскую обувь в народе называли "лапти". Хотя прослужить она могла несколько лет.

    У проходных надрывались гудки завода силовых трансформаторов и легендарного "Дальсельмаша" - он выпускал комбайны на гусеничном ходу. Львиную долю крашеных охрой гигантов плановая экономика отправляла в республики Средней Азии. Сегодня от трех фабрик осталось два цеха. От заводов - светлая память.

    Александр Драбкин: Я безнадежноболен Биробиджаном. Фото: Василий Кравцов

    Александр Драбкин - бывший прокурор-криминалист областного масштаба. Ныне - доцент местного университета имени Шолом-Алейхема и почетный гражданин Еврейской автономии. С первых минут знакомства просит называть его на "ты" и по имени. Тезка интеллигентно близорукий, с вкусным, как густой форшмак, слогом, он - автор нескольких книг душевной, с еврейской грустинкой, прозы о родном Биробиджане.

    - Понимаешь, я безнадежно болен Биробиджаном! Израильский паспорт в кармане, но это исключительно для моего сердца, которое пережило два инфаркта и клиническую смерть. У нас, к сожалению, медицину закончили, - говорит Драбкин. И через несколько секунд продолжает: "Вот собрался уезжать в Израиль мой хороший друг, замечательный врач-неонатолог Миша Глухов. А я не могу, моя душа здесь!.."

    Александр ведет меня по улицам родного города - в то время, когда деревья были большими. В глубине ухоженного двора на улице Ленина - белостенная синагога и здание еврейской общины "Фрейд", а метров через сто, на противоположной стороне улицы, - золотые купола православного храма.

    У входа в общину мемориальная доска Льву Григорьевичу Тойтману, легендарному фронтовому снайперу и первому председателю общины. Несколько лет назад, придя с похорон фронтовика, Драбкин написал пронзительное четверостишие:

    "Он лежал в костюме новом,

    в украшении седин.

    Бывший снайпер дядя Лёва

    был кощунственно один.

    Встал бы он, сказал ребятам

    изумительную речь: "Дети, спрячьте автоматы!

    От кого меня беречь?"

    У Саши в Израиле живет родной брат, а в Земле обетованной упокоилась любимая мама Рива Яковлевна, памяти которой он посвятил целую книгу.

    Она была ребенком первопоселенцев, потеряла на фабрике правую руку. После трагедии ей предложили "легкий труд" - стать комендантом одного из общежитий.

    - Мама была из поколения, которое видело смешное в грустном, она была великолепная рассказчица. В Биробиджане еще живы счастливцы, которые помнят ее рассказы о старых евреях, - улыбается благодарный сын. Помолчав, добавляет: - Это был город, где за каждым углом можно было услышать новый анекдот или хохму. Ну, как Одесса, только ярче.

    Идиш по-русски

    Мы проходим мимо железного, ручной ковки забора, который держится на каменных фундаментных тумбах. Это все, что осталось от камерного ГОСЕТ (это сокращенное название Государственного еврейского театра) .

    Его слава гремела 15 лет, первым директором был блистательный Эммануил Казакевич. Театральная жизнь оборвалась в 1949 году после прихода правительственной телеграммы, сообщавшей о принятом решении театр закрыть.

    - Мне рассказывал дядя Фима Борунов, а шоб ты знал, дядя Фима в войну угнал у немцев "Студебеккер" с пушкой! Так вот, он тогда возил первого секретаря обкома и рассказывал, что через несколько дней после закрытия театра из сценического занавеса сшили чехлы для обкомовских машин, - говорит бывший прокурор Драбкин.

    Дома он угощал меня вкуснейшей говядиной по бабушкиному рецепту. Вспоминал, вздыхал, ностальгировал.

    - Понимаешь, я в Израиле сразу умру. Я себя знаю. Там я никто, а здесь востребованный и почти счастливый, - прищуром умных глаз улыбался мой собеседник..

    В столице Еврейской автономии с начала 1930-х годов выходит газета "Биробиджанер штерн". Штерн с идиша переводится как звезда. Каждый номер издания помимо русского переводится на идиш.

    - Хотите услышать приличный идиш - идите к Елене Ивановне Сарашевской, она русская, но лучше ее в области никто еврейский язык не знает, - напутствовали меня в региональном правительстве.

    Иосиф Кобзон с русским редакторомеврейской газеты ЕленойСарашевской. Фото: Василий Кравцов

    Елена Сарашевская, в девичестве Лопатина, - дочь шахтера из поселка Хинганск.

    - Впервые слово "идиш" я прочитала в старой тетрадке на чердаке дома. Это было школьное сочинение, в котором я обнаружила это непонятное для меня слово, - вспоминает главный редактор "Биробиджанер штерн".

    После школы поступила на иняз Биробиджанского пединститута: "Там учили английский и идиш, который мне преподавала русская женщина".

    Затем училась языку в Москве и Нью-Йорке, а в газете ее учителями были старые литсотрудники, носители идиша, которых она еще застала. Сегодня страница газетного сайта на идише рвет рекорды просмотров.

    - Заходят десятки тысяч читателей со всего мира, для нас это очень много, - говорит Елена.

    Она гордится своими авторами, это известные писатели и журналисты, пишущие на идише. Информационный мир сегодня без границ, таланты сами находят скромную газету в далеком Биробиджане и предлагают свои услуги. Без гонорара и от чистого сердца.

    Казачья дочь Елена Ивановна Сарашевская влюблена в идиш однажды и навсегда. Переводит сотни статей, сама с удовольствием пишет справа налево.

    - Лена, кто кроме вас в Еврейской автономии свободно владеет идишем? - спрашиваю я редактора газеты. Она ответила через несколько секунд раздумий:

    - Несколько стариков говорят, но не уверена, что они знают письменный язык.

    Два еврея - три мнения

    Раввин Эфраим Колпак. Фото: Василий Кравцов

    Эфраим Колпак, 25-летний раввин местной синагоги. Он стал Биробиджанским ребе в 23 года. По-юношески строен, по-взрослому глубок и неспешен в суждениях.

    - Мое первое впечатление от Биробиджана? Я сразу понял, что здесь живут евреи. Вышел из машины, увидел людей и сразу понял, что среди своих, - улыбается Эфраим.

    Он родился и вырос в Харькове. Когда мальчику было лет шесть, его родители резко поменяли жизнь, подчинив ее иудейским канонам.

    - Помню, папа с мамой стали мне запрещать есть определенные продукты, а мои советские прабабушка и прадедушка тайком и с удовольствием меня подкармливали вкусным и не кошерным, - вспоминает Эфраил.

    Юноша выбрал религиозный путь. Учился в Москве, Израиле, США.

    Два года назад стал зятем главного раввина Дальнего Востока. На мое замечание об "удачной женитьбе" молодой ребе ответил обезоружившей улыбкой:

    - У ортодоксальных иудеев не все так просто, как вы думаете. Нас лет с 13 разделяют от общения с девочками, все решает специальная сваха и случай. А случай и есть Всевышний. У свахи все на карандаше! Она знакомит молодых девушек и парней. Но встречи строго без телесного контакта! - ветхозаветно замечает мой собеседник.

    Они со своей будущей женой выбрали друг друга после четвертого свидания. Заметив предательское сомнение в моих глазах, он ставит мудрую не по годам точку: "Это прекрасно! Молодостью часто рулят гормоны, что очень опрометчиво".

    В биробиджанской общине "Фрейд" - три сотни евреев, из них человек 40 составляют костяк синагоги.

    - Каждый день молитва, часто бывают и споры. Как известно, два еврея - три мнения! - белозубо улыбается Колпак.

    Больше всего спорят о политике, Олимпиаде и городской власти, которая совсем не убирает город. Чаще всего ругают погоду. Большинство вопросов решается по-русски, в бане!

    - Там сразу видишь, кто обрезан, а кто нет, - лукаво подмигивает Эфраим.

    Он убежден, что Биробиджан - это "город с еврейским налетом":

    - Каждый день слышу словечки на идише, вокруг меня люди с еврейским мышлением и юмором. Я среди своих!

    Раввин Колпак говорит, что Биробиджан ему нравится. Они с женой купили квартиру недалеко от синагоги, растят маленького сына.

    - Сегодня нет никаких проблем с кошерными продуктами. Спасибо Интернету! - замечает раввин.

    В местных супермаркетах продаются кошерное вино и кошерные чипсы! Эту редкость ему иногда приходится отправлять собратьям в другие регионы.

    Действительность жизни зачастую мешает ему требовать строгий шабат от своей паствы.

    - Одно дело не работать в субботу, когда ты раввин, другой вопрос, когда у тебя в этот день смена на заправке! Я людей прекрасно понимаю, - говорит молодой духовный учитель.

    Два еврея - три мнения.. Фото: Василий Кравцов

    Он честно признается, что порой не хватает житейской мудрости и жизненного опыта. Но есть священная Тора, она полна верных указаний. Говорит, что в материальном плане живет без нужды. Его доход состоит из пожертвований общины и помощи главного раввина России Берла Лазара.

    Эфраил показывает небольшой музей иудаики, который расположился в синагоге.

    Старые свитки священной Торы, советская пишущая машинка с шрифтом идиша, национальная одежда, черно-белые фотографии советских искателей еврейского счастья…

    - Ваш любимый анекдот? - неожиданно спрашиваю своего собеседника.

    - Встречаются два еврея. Один спрашивает другого: "Хаим, вы уже устроились? " Нет, Абрам, еще работаю".

    Свою жизнь в Биробиджане он считает хорошим опытом, а то, что живет вдали от родных, - душевным закаливанием.

    В Израиль и обратно

    Название села Валдгейм с идиша переводится как "дом в лесу". Сейчас от того леса, в который пришли еврейские первопоселенцы в 1928 году, осталась только рукотворная посадка.

    Население около двух тысяч человек. Включая десяток фермеров, сохранившихся от легендарного совхоза - некогда им руководил Герой Социалистического труда Владимир Пеллер.

    О былой жизни напоминает фундаментальный бюст легендарному председателю и граффити на школьном заборе, написанные с фотографий, которые украшали передовицы тогдашних газет.

    Счастливые лица еврейских колхозников среди бескрайних полей и тучных стад.

    Здание школы - классический образец сталинского ампира, главный корпус построен в 1958 году.

    - Валдгейм - моя жизнь. Я здесь родился, окончил эту школу, моя мама тоже тут работает учителем, - говорит Андрей Бялик, директор школы.

    Свое детство сорокалетний директор считает прекрасным. Оно пришлось на лихое время девяностых годов: "Но я этой лихости не чувствовал благодаря маме, которая сутками работала", - говорит мой собеседник.

    Выпускник местного пединститута, он недолго поработал в областном правительстве, затем вернулся в родную школу.

    Преподавал английский язык. Теперь к школьным часам добавил ношу директорства.

    - Так получилось, мой отец уехал в Израиль. А нам с мамой никогда туда не хотелось. В гости съездить - с большим удовольствием, но Родина - это Валдгейм, - говорит Андрей Яковлевич.

    На мой вопрос, встречал ли он когда-нибудь антисемитизм в своей жизни, еврей Бялик удивленно поднял брови:

    - Даже не знаю, что это такое! В детстве с пацанами могли подраться до крови за что угодно, но мы и не понимали, кто какой национальности.

    Учителей в старейшей школе региона - полный комплект. Сказывается близость к областному центру. Пятнадцать минут автобусного хода - и ты в Биробиджане.

    ...За столиком пустующего ресторана напротив меня сидит молодой, стильно одетый мужик, руки которого сплошь украшены замысловатыми и густыми татуировками.

    - У меня и здесь есть! - Кирилл Месоед отворачивает ворот водолазки: половину шеи украшает шестиконечная звезда Давида. - Это был мой юношеский протест. Я еврей чистых кровей, в детстве был маленького роста и слабый, меня часто дразнили "жиденком". Пришлось идти в секцию бокса.

    Время тогда было хаотичное, по тишайшему Биробиджану змеями ползали слухи о скинхедах, которые вот-вот приедут в город. Его 12-летним родители увезли в Израиль в 1995 году, уезжали всей большой семьей от нужды и безработицы. У отца рухнул неудачный бизнес, пришлось продать квартиру и большей частью вырученных денег залатать долговую прореху.

    Кирилл поспорил с друзьями, что по приезде в Израиль первым делом съест ящик бананов. Слово почти сдержал, но на бананы не может смотреть по сей день.

    В Израиле жилось трудно. Там люди иного менталитета, я выходил во двор, держа в руках бутерброд с колбасой и сыром, а это было некошерно

    - В Израиле была трудная жизнь. Там люди иного менталитета, я выходил во двор, держа в руках бутерброд с колбасой и сыром, а это было некошерно.

    Они не вписались в ту жизнь, и через три года их семья приняла непростое решение вернуться в родной Биробиджан. Сегодня его мама преподает еврейскую культуру и историю холокоста в одной из городских школ.

    Кирилл - местная знаменитость. Он рэпер, музыкант и художник по свету в областной филармонии.

    - У меня русская жена, которую я очень люблю, а она никуда не хочет уезжать из родного Биробиджана,.

    Кошерно жить не запретишь!

    В Биробиджане радуют глаз милые городские скульптуры по эскизам талантливого местного художника Владислава Цапа. О том, как Цап продавал свои картины соплеменнику из Израиля в Биробиджане, уже сложили несколько анекдотов. Приезжий еврей, увидев работы Владислава, не раздумывая, спросил: "Скоко?"

    "По сто долларов каждая", - ответили за мастера коллеги. Через пару минут к месту торга подошел и сам художник. На повторный вопрос "скоко?" он, смущенно пожимая плечами, ответил: "Долларов по 20 будет недорого?.."

    ...Еврейские музыканты, Тевье-молочник, застывший в металле зажигательный еврейский танец.

    Возле железнодорожного вокзала замерла повозка, на которой - фигуры с вдохновленными лицами первых жителей ЕАО.

    - А здесь работал дядя Яша Блехман, знаменитый повар, который кормил Блюхера и Вольфа Мессинга, - указывает Александр Драбкин на здание городского ресторана.

    Яков Блехман - автор знаменитого на весь Дальний Восток шницеля по-биробиджански. Его дочь Мэри Яковлевна на вопрос, какие блюда у отца получались лучше всего, ответила без паузы: "А вы спросите, что у папы не получалось. Ему было подвластно все - от восхитительного мяса до божественных тортов. Одного только мороженого он разработал 15 сортов. Ничего вкуснее я в жизни не пробовала".

    Вкуснейшим шницелем по-биробиджански меня накормили в кафе "Сихма".

    - Идите, там кошерная кухня! Я за свои слова отвечаю, - благословил меня раввин Эфраим Колпак.

    За кошрутом в "Сихме" следит технолог Юля Дамблет.

    - Я родилась в Биробиджане, с 12 лет училась в еврейской школе в Москве. В мои обязанности входит включать печи, молиться над тестом, которое делают русские повара и следить за технологической дисциплиной, - улыбаясь, замечает Юля.

    Да, кошерную еду из кошерных продуктов готовят здесь русские повара. А печи, духовки, мясорубки и прочие миксеры включает еврейка Дамблет. Это заповедь кошерной технологии.

    У входа в кафе строгая вывеска извещает, что с вечера пятницы и до утра воскресенья еда здесь не кошерная - у технолога Юли строгий шаббат.

    - Это кафе крутое, кроме того, что здесь реально вкусно, еда еще и кошерная. Многие стараются привести сюда своих гостей, - говорят биробиджанцы.

    ...Я не мог уехать из Еврейской автономии, не поклонившись памяти ее первопоселенцев. Старое кладбище все называют еврейским. Мне повезло: накануне здесь кто-то проехал на снегоходе, примяв более чем метровый слой снега. Здесь вечным сном спят Ривы, Хаи и Хаимы. Больше восьми десятилетий назад приехали они в далекий советский край искать свое маленькое и часто ускользавшее счастье. Эта дальневосточная земля стала для них последним пристанищем.

    Многие из их потомков предпочли сменить ее на Землю обетованную, но десятки тысяч евреев поколениями вместе с русскими живут именно в этих живописных местах, где вместе с русскими хранят традиции идиша и готовят вкуснейшую кошерную еду.

    Справка "РГ"

    Единственная автономия

    Еврейская автономная область основана в мае 1934 года из Биробиджанского еврейского национального района. Единственная из областей РФ имеет статус автономии, а также единственное еврейское территориальное образование в мире (кроме Израиля) с официальным статусом.

    Площадь субъекта - 36.000 квадратных километров, что соответствует примерным размерам Ярославской области.

    Регион заселялся еврейскими эмигрантами из центральных регионов России, Украины, Белоруссии, США, Аргентины, Польши и других стран.

    В 1993 году область была выведена из состава Хабаровского края и стала самостоятельным субъектом РФ.

    Еврейская автономия занимает первое место в России по числу уехавших в Израиль, только в 1994-1998 годах из области уехало 59% еврейского населения.

    Сегодня в ЕАО проживают 160 тысяч человек, евреев среди них не более 1%.

    Регион - единственный на Дальнем Востоке производитель железной руды, в ЕАО построен автомобильный мост через Амур, соединяющий с соседним Китаем.

    Из услышанного в Биробиджане

    - О чем говорит история евреев?

    Давайте посмотрим. Были древние римляне и были евреи. Римляне подавляли евреев. Где теперь древние римляне? Нету. А евреи сесть.

    Была инквизиция и были евреи. Инквизиция сжигала евреев. Где теперь инквизиция? Нету. А евреи есть.

    Был царизм и были евреи. Царизм загонял евреев в "черту оседлости" и устраивал погромы. Где теперь царизм? Нету. А евреи есть.

    Был Гитлер и были евреи. Гитлер умертвлял евреев в газовых камерах. Где теперь Гитлер? Нету. А евреи есть.

    -Что вы этим хотите сказать?

    - Я только хочу сказать, что мы вышли в финал.

    Рецепт от Якова Блехмана

    Шницель по-биробиджански

    В говяжий фарш добавляем лук, черный перец и соль. Формируем тонкую лепешку, обваливаем ее в муке. Затем обваливаем в хорошо сбитом яйце. Жарим в разогретой сковороде с открытой крышкой. Во время жарки можно "прибрать" края яйца.

    Ингредиенты:

    фарш мясной 200 г, лук 0,5 шт., яйцо 1 шт., соль и перец по вкусу, масло для жарки.