Ставка больше, чем жизнь

Жесткие и жестокие решения Ставки Верховного Главнокомандования в 1942 году переломили в нашу пользу ход войны

Вчитываясь в документы 1942 года, факсимильно опубликованные во второй книге пятитомника "В штабах Победы. 1941-1945" (об этом капитальном издании "Родина" рассказывала в № 5 за 2021 год), мы во многом по-новому осознаем цену коренного перелома в Великой Отечественной войне.

Бить сжатым кулаком

В своем выступлении 7 ноября 1941 года, которое стало кульминационной точкой военного парада, Сталин обратился ко всей стране: "Враг не так силен, как изображают его некоторые перепуганные интеллигентики. ...Немецкие захватчики напрягают последние силы. Нет сомнения, что Германия не может выдержать долго такого напряжения. Еще несколько месяцев, еще полгода, может быть, годик - и гитлеровская Германия должна лопнуть под тяжестью своих преступлений"1.

Не берусь судить, верил ли сам Верховный Главнокомандующий в реальность подобных сроков окончания войны или же хотел дать острастку "перепуганным интеллигентикам". Очевидно другое: весь 1942 год Сталин действовал исходя из понимания того, что война продлится не один "годик", а имеющиеся в его распоряжении ресурсы - военные, экономические, финансовые и, главное, людские - ограничены, поэтому распоряжаться ими надлежит бережно, по-хозяйски.

Знаменитая речь И.В. Сталина с трибуны Мавзолея. 7 ноября 1941 года.

В последние часы уходящего 1941 года он подписал приказ № 00138 Ставки Верховного Главнокомандования о формировании 1-го и 2-го гвардейских стрелковых корпусов, "с тем, чтобы они подчинялись командованию фронта, а не армии"2. Эта фраза, красным карандашом вписанная в текст приказа рукой Сталина, нуждается в комментарии. Верховный требовал, чтобы два новых корпуса, каждый из которых помимо стрелковых дивизий имел по танковой бригаде в составе 10 тяжелых танков КВ, 16 средних танков Т-34 и 20 легких танков Т-60, после окончания их формирования были использованы в полном составе в качестве резерва командующего фронта, а не переданы в одну из обескровленных армий и не растащены там побатальонно для затыкания многочисленных дыр. Стрелковый корпус - это оперативно-тактическое объединение, способное в наступлении прорвать оборону противника в полосе нескольких километров на всю ее тактическую глубину.

Война предстояла долгая, и контрудар по врагу следовало наносить сжатым кулаком, а не растопыренными пальцами!

Наладить взаимодействие

В том, что Верховный рассуждал именно так, а не иначе, убеждает весьма выразительный пример. Главный маршал артиллерии Николай Николаевич Воронов вспоминал, что в начале войны он, тогда генерал-полковник артиллерии, предложил Верховному из имеющихся в резерве 76-миллиметровых орудий сформировать для обороны Москвы десять противотанковых артиллерийских дивизионов. Сталин инициативу одобрил, но внес одно существенное уточнение: предложил назвать новые формирования не дивизионами, а полками. Он полагал, что не только размер, но и имя новых формирований имеет значение.

30 июня 1941 года решением Президиума ВС, СНК и ЦК был создан Государственный Комитет Обороны.

Предоставим слово маршалу Воронову:

"Я стал возражать, какой же это полк из шестнадцати пушек?

- Нет, нет, вы вдумайтесь. Что значит дивизион? В нашем понимании, это - единица маленькая. Командир дивизиона попадет в подчинение к какому-нибудь небольшому общевойсковому начальнику, с ним никто и считаться не будет, а в результате и артиллерию используют неправильно. Давайте, право же, назовем новые подразделения полками. Командир артиллерийского полка - это звучит! С ним не только командир дивизии, глядишь, и командир корпуса посчитается! Мало орудий в полку? Что же поделаешь. Сейчас случается, что в дивизии людей меньше, чем в нормальном полку. Но командир дивизии все-таки остается командиром дивизии. Так что пусть у нас будут артиллерийские полки. После мы увеличим в них количество батарей, как только наша промышленность получше снабжать нас будет"3.

В этом колоритном примере - сталинский стиль руководства во время войны. Верховный требовал, чтобы военачальники по-деловому относились к тем ограниченным ресурсам, которые имеются в их распоряжении, учились ими маневрировать и профессионально использовать. Эта мысль красной нитью проходит через все сталинские приказы и указания 1942 года. А раньше всех других военачальников Красной армии осознал и претворил ее в жизнь командующий войсками Западного фронта генерал армии Георгий Константинович Жуков.

1 января 1942 года Жуков подписал приказ № 0137/оп "Об организации боя". Приказ был нацелен на то, чтобы переломить сложившуюся неблагоприятную ситуацию, при которой командиры дивизий, полков и батальонов халатно относились к организации боя, не проводили рекогносцировку на местности и не умели организовать взаимодействие родов войск на поле боя. Уже первый абзац приказа демонстрировал суровый жуковский стиль руководства войсками:

"Проверив ряд армий в организации ими боя, я пришел к выводу, что в своей массе командармы и командиры соединений недопустимо плохо организуют бой. В результате плохой организации боя части топчутся на месте, не имеют успеха и несут большие потери"4. Командующий фронтом приказал: "Командирам всех степеней помнить, что отдача приказа это только начало организации боя. Необходимо непрерывно изучать обстановку в динамике боя и немедленно, при надобности, на нее реагировать. Как правило, командирам стрелковых батальонов и командирам артиллерийских дивизионов размещаться на одном КП (командном пункте - Авт.)"5.

Генерал Жуков решительно потребовал, чтобы пехотные командиры учились взаимодействовать с артиллерией. Это было самое слабое звено в организации боя.

Маршалы Советского Союза К. Ворошилов, С. Будённый, С. Тимошенко, Г. Кулик, Б. Шапошников. 1940 год.

Воевать малой кровью

В 1941 году после сокрушительного поражения войск Западного фронта, подвергшегося мощному удару немецких армий, Сталин приказал судить и расстрелять командование фронта во главе с генералом армии Дмитрием Григорьевичем Павловым. В приказ наркома обороны № 0250 от 28 июля 1941 года, разъясняющий Красной армии мотивы столь сурового приговора, Сталин собственноручно вписал фразу, что Павлов и его подельники были преданы суду военного трибунала и осуждены "за трусость, самовольное оставление стратегических пунктов без разрешения высшего командования, развал управления войсками, бездействие власти". Он же вставил в текст приказа слова "и этим дали врагу возможность прорвать фронт"6. (Подробнее об этом в "Родине" № 6, 2021.)

Ситуация исправлялась медленно и большой кровью. Да, 1942 год продемонстрировал эффективность мобилизационной экономики. Эвакуированная на Восток промышленность стала снабжать Красную армию новыми самолетами, артиллерийскими орудиями, танками. Однако понадобилось время, чтобы добиться результативного использования новой техники на поле боя. Командиры Красной армии только начинали осваивать азы взаимодействия родов войск, допуская при этом непростительные ошибки, ведущие к неоправданным потерям.

Одна из таких ошибок была отмечена Ставкой ВГК.

22 января 1942 года появился приказ Ставки № 057 "О боевом использовании танковых частей и соединений". В приказе откровенно и жестко говорилось о неэффективном использовании танков на поле боя:

"Общевойсковые начальники крайне торопливы в использовании танковых соединений - прямо с хода бросают их в бой, по частям, не отводя времени даже для производства элементарной разведки противника и местности"7. Ставка потребовала устранить эти недостатки и впредь "не допускать ввода в бой танков без предварительной разведки и рекогносцировки командиров пехоты, артиллерии и танковых начальников"8.

1942 год, когда "всё было на кону", - год ручного управления страной и армией. Это касалось и кадровых вопросов. 24 января Сталин в качестве наркома обороны подписал приказ № 061 о производстве назначений на руководящие должности в действующей армии:

"На должности командиров бригад, дивизий и им равных соединений всех родов войск назначения не производить без моей санкции"9.

Но в этом же 1942-м сталинский стиль руководства войсками Красной армии претерпел существенную трансформацию. Вплоть до конца войны Верховный Главнокомандующий не предъявлял военачальникам облыжных обвинений, а терпеливо и обстоятельно старался разъяснять им суть собственных претензий и не спешил с оргвыводами. Когда командование Юго-Западного фронта послало заявку на подачу дополнительного вооружения, новых дивизий и танковых соединений из резерва Ставки, то 27 мая Сталин тёмно-синим карандашом написал директивное письмо, содержащее обоснованный и назидательный отказ в их просьбе командующему фронтом маршалу Тимошенко и членам Военного совета Хрущеву и Баграмяну:

"Имейте в виду, что у Ставки нет готовых к бою новых дивизий, что эти дивизии сырые, необученные и бросать их теперь на фронт - значит доставлять врагу легкую победу.

Имейте в виду, что наши ресурсы по вооружению ограничены, и учтите, что кроме вашего фронта есть еще у нас другие фронты.

Не пора ли вам научиться воевать малой кровью, как это делают немцы? Воевать надо не числом, а умением. Если вы не научитесь получше управлять войсками, вам не хватит всего вооружения, производимого во всей стране.

Учтите все это, если вы хотите когда-либо научиться побеждать врага, а не доставлять ему легкую победу. В противном случае вооружение, получаемое вами от Ставки, будет переходить в руки врага, как это происходит теперь"10.

Бойцы Красной армии сдерживают танковую атаку под Сталинградом. Фото: РИА Новости

Ужесточить мобилизацию

Весь 1942 год вождь лично контролировал весь комплекс общих вопросов, так или иначе связанных с мобилизацией, поручив детальную разработку частностей и их практическое воплощение человеку, которого хорошо знал со времен Гражданской войны и которому безусловно доверял. Армейский комиссар 1-го ранга (с декабря 1942-го - генерал-полковник) Ефим Афанасьевич Щаденко, заместитель наркома обороны - начальник Главного управления формирования и укомплектования войск Красной армии (Главупраформа), в 1942 году побывал в кремлевском кабинете вождя 30 раз. Генерал армии Жуков - 36 раз.

Н. Струнников. Портрет Е.А. Щаденко. 1940 год.

16 января 1942 года с грифом "Секретно" было принято подписанное Сталиным постановление Государственного комитета обороны (ГКО) "О порядке передвижения военнообязанных в военное время и ответственности за уклонение от воинского учета". Этот исторический документ не утратил своего утилитарного значения и в наши дни. Постановление гласило:

"Запретить военнообязанным и призывникам выезд из постоянного места жительства без разрешения военного комиссариата того района или города, на территории которого они проживают или состоят на воинском учете. ...Лиц, уклоняющихся от воинского учета, призыва и мобилизации, предавать суду военного трибунала"11.

Постановление ГКО о порядке передвижения военнообязанных в военное время. 16 января 1942 года.

С секретным документом по распоряжению Сталина был ознакомлен Щаденко, который оперативно разработал ряд конкретных мер, направленных на скорейшую реализацию постановления ГКО.

Если постановление ГКО состояло из 6 общих пунктов, то приказ Щаденко от 24 января 1942 года включал 18 конкретных положений, не допускающих никаких двусмысленных или противоречивых толкований. Щаденко перечислил все те особые случаи, при которых военнообязанные могли получить разрешение на выезд: перевод по службе, выезд на учебу, выезд на работу по приглашению предприятий и учреждений, перемена места жительства по болезни, выезд к родным в связи с несчастными случаями. Приказ детально растолковывал, как военнообязанным и призывникам следует поступать, чтобы не попасть под суд военного трибунала. Они, прибыв на новое место жительства на срок более 10 дней, а командированные по делам службы на срок более одного месяца, должны были "становиться на военный учет не позднее 48 часов по прибытии"12.

Щаденко был опытным управленцем. Он прекрасно осознавал, что отдача приказа - это только начало централизованной организации любого управляемого процесса. Поэтому заместитель наркома непрерывно изучал, как его приказ исполняется в центре и на местах, фиксировал наиболее значимые факты, связанные с уклонением призывников от учета, призыва и мобилизации, и незамедлительно на них реагировал.

Щаденко не стал скрывать многочисленные случаи незаконного предоставления некоторыми военкоматами броней и отсрочек от призыва в ряды Красной армии лицам, не имеющим на это никакого права. Вчитаемся в текст приказа от 15 марта 1942 года:

"Военной прокуратурой и комендантом г. Москвы установлено, что брони и отсрочки иногда предоставляются по явно непроверенным, порою фиктивным документам, по знакомству.

Например, некто Братухин В. С., состоя на службе в магазине № 19 "Гастроном" (г. Москва) заместителем директора, в декабре 1941 г. был забронирован в качестве электротехника завода № 478. Никто не проверял фактического места работы Братухина.

...Помощник директора завода "Динамо" по кадрам Журавлев 27 февраля 1942 г. обратился с ходатайством в Пролетарский райвоенкомат отсрочить явку в часть некоего Бурцева Д.С. со ссылкой на то, что он является портным высокой квалификации и работает по выполнению заказа ГКО. После отказа тот же Журавлев 6 марта 1942 г. вновь просил об отсрочке от призыва Бурцева, но уже мотивируя это тем, что Бурцев незаменимый молотобоец на заводской кузнице.

...Только путем выборочной проверки в течение нескольких дней штаб МВО (Московского военного округа) и комендант г. Москвы выявили 3298 человек, незаконно забронированных"13.

14 апреля 1942 года замнаркома Щаденко подписал новый приказ. Если в предыдущем приказе № 0192 шла речь о плохой работе столичных военкоматов, то новый приказ № 0283 вскрывал вопиющие злоупотребления военкомов на местах:

"В результате бездеятельности и оторванности военкоматов от военно-учетных столов, многие военкоматы не имеют точных сведений об оставшихся на учете людских ресурсах и вместо тщательной их поверки доносят о невыполнимости получаемых нарядов (военкоматы Марийской АССР, райвоенкоматы г. Саратова). По этому же пути идут и областные военкоматы, например, Башкирский военком донес об исчерпании ресурсов, а при поверке обнаружено 5678 человек.

...Имеют место такие позорные явления, как освобождение от призыва за взятки. Так, Сталинский райвоенком г. Свердловска старший политрук Алексеенок за освобождение от призыва 9 человек райпромкомбината потребовал и получил кожаное пальто и хромовые сапоги; таким же мошенническим путем этот политрук освободил еще 60 человек. Гавриловский райвоенком Чкаловской области майор Ибрагимов освободил от призыва двух военнообязанных за взятки.

В военных комиссариатах Алтайского края взяточничество и подлоги свили прочное гнездо.

Все виновники этих злоупотреблений преданы суду и понесут заслуженное наказание"14.

Постановление Совета народных комиссаров СССР о назначении Г. Жукова первым заместителем народного комиссара обороны.

Наказывать за провалы

В течение 1942 года Верховный Главнокомандующий произведет ряд принципиальных перестановок в высшем военном руководстве. Все предвоенные маршалы отойдут в тень и станут фигурами второго плана. Будет отдан под суд и по суду лишен воинского звания и всех наград маршал Кулик. Маршала Ворошилова направят "на тыловую военную работу"15. Маршала Шапошникова (в связи с ухудшением состояния здоровья и по его собственной просьбе) освободят от должности начальника Генерального штаба и заменят на этом ответственном посту наиболее ярким представителем "шапошниковской" школы генералом Василевским. В том же 1942-м перестанут командовать фронтами маршалы Буденный и Тимошенко.

И высоко взойдет звезда генерала армии Жукова.

Г. Жуков - первый заместитель народного комиссара обороны.

26 августа постановлением Совнаркома СССР, предварительно одобренным Политбюро ЦК ВКП(б), Жукова назначат заместителем Верховного Главнокомандующего Красной армии и Военно-морского флота. На следующий день, 27 августа 1942 года, постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) он будет назначен первым заместителем наркома обороны, а маршал Буденный от этих обязанностей освобожден. Оба этих документа, цветными карандашами написанные рукой Вячеслава Михайловича Молотова, цветными карандашами (коричневым и зеленым) подпишет Сталин16.

Пехотинцы на марше к Сталинграду.

P.S. Из нашего далёка многим порой кажется, что Великая Отечественная война была одним сплошным подвигом, растянувшимся на 1418 дней и ночей. Но за эти четыре года бывало всякое. И помнить о том, какой ценой и какой кровью преодолевались неумение, расхлябанность, человеческий страх и страх брать на себя ответственность, - необходимо. И в память о тех, кто в тяжелейшем 1942-м ковал Победу под Сталинградом. И ради тех жестоких уроков, которые дала потомкам Великая Отечественная.

  • 1. Сталин И.В. Сочинения. В 18 т. Т. 15. М.: Писатель, 1997. С. 85.
  • 2. Русский архив: Великая Отечественная. Т. 13(2-2). Приказы народного комиссара обороны СССР, 22 июня 1941 г.-1942 г. / Ин-т воен. истории М-ва обороны РФ, Рос. гос. воен. архив; Отв. сост. А.И. Барсуков. М.: ТЕРРА, 1997. С. 131.
  • 3. Воронов Н.Н. На службе военной. М.: Воениздат, 1963. С. 199.
  • 4. В штабах Победы. 1941-1945. Документы. В 5 кн. Кн. 2. 1942. "Ни шагу назад!" / Отв. ред. А.К. Сорокин. М.: Научно-политическая книга, 2020. С. 34.
  • 5. Там же.
  • 6. Русский архив: Великая Отечественная. Т. 13(2-2). С. 37, 38.
  • 7. Там же. С. 54.
  • 8. Там же. С. 56.
  • 9. Там же. С. 62.
  • 10. В штабах Победы. 1941-1945. Документы. В 5 кн. Кн. 2. С. 236.
  • 11. Там же. С. 48.
  • 12. Русский архив: Великая Отечественная. Т. 13(2-2). С. 145.
  • 13. Там же. С. 175, 176.
  • 14. Там же. С. 209, 210.
  • 15. В штабах Победы. С. 144.
  • 16. Там же. С. 364-367.