10.12.2022 07:00
    Рубрика:

    Велосипед до Борисоглебска, зеленые сосиски с коньяком, платная вода из колонки: корреспондент "РГ" проверил на личном опыте, как живет глухая воронежская деревня

    Я теперь знаю, где край света. Это не Курилы или Камчатка, куда можно вполне комфортно добраться. Это село Губари на границе Воронежской и Саратовской областей. Одно из тысяч российских сел, которые живут себе тихо и особо не возникают. Пожаловался знакомый, бизнесмен, который родом из этих мест.

    - Вот ведь парадокс: в 1980-х мы с отцом на старом "Москвиче" доезжали в мою деревню из Москвы за 8 часов, а сейчас на японском джипе дорога занимает 10-12 часов. И поезд туда теперь идет дольше, чем 40 лет назад. Как так?

    Перед выездом почитал Википедию. Село Губари расположено в Центральной России. Лучший чернозем в стране. Основано в 1757 году. На начало XX века здесь насчитывалось 3875 жителей и 475 дворов. Жители, великороссияне, занимались хлебопашеством и рыболовством. Главная достопримечательность - церковь Знамения Пресвятой Богородицы, построенная в XVIII веке, перестроенная в 1916 году и отреставрированная в 2000-е. До последнего времени сюда приезжало много туристов из ФРГ.

    ...Старинный купеческий город Борисоглебск встретил меня снегом. Вокзальная площадь пуста. Только на памятнике Горькому стали гуще усы. У автовокзала ни одного автобуса. Спрашиваю, когда рейс на Губари? Через окошко удивленный взгляд:

    - Туда только по пятницам. Тупик.

    Все закрыто. Только в "Красном и белом" гостеприимно хлопают двери. Оттуда выходят борисоглебцы, звякая бутылками в истертых полиэтиленовых пакетах. Заказываю "Яндекс.Такси". Телефон показывает что-то около тысячи. Делать нечего. Жду.

    Водитель, только я сел в машину, тут же предложил закончить поездку и начать новую, за нал. Чтобы налоги не платить.

    - Нет, дорогой, я командировочный. Отчет потом составлять.

    Водитель загрустил, но повез. От него узнал, что до Губарей добраться - головная боль. Вроде недалеко, 49 км, но дикие пробки. Трассу на Саратов ремонтируют.

    - Да это же хорошо!

    - Ее так делают, что каждый год опять пробки. Все ясно?

    Яснее не бывает. В итоге за каких-то два часа доехали. Таксист высадил меня возле храма Знамения. Монументальная постройка с колокольней и домом причта. Должен открыть тайну. В далеком 1988 году семья моего двоюродного брата Геннадия Снегирева принимала живейшее участие в восстановлении этого храма. Они вместе с женой Татьяной покрыли купола медью. А главное, бегали по епархиям и добились открытия храма. Сейчас в храме их поминают каждую службу. За упокой, к сожалению. Так что в Губарях я был человеком не случайным. Несколько звонков - и меня встречал председатель Совета ветеранов села Николай Зюзин. Петрович по-простому.

    Николай Петрович Зюзин: "Да у нас еще неплохо живется, хоть газ есть". Фото: Юрий Снегирев

    - Я прямо с поезда. Голодный, как стая волков. Давайте зайдем в магазин, купим чего-нибудь.

    Абы мокрая была

    Магазин тут же, напротив храма. Ассортимент универсальный. Справа - хозтовары, слева - хлебный отдел, где лежал последний кирпичик местного хлеба и несколько батонов не первой свежести из райцентра. А посередке - выставка алкогольной продукции. Почетное место занимал портвейн "777", которым мы травились еще в 1980-е. Я и не знал, что его до сих пор выпускают. А вот с закуской беда. Зеленые сосиски, жуткого вида сардельки и колбаса неизвестного сорта. И еще копченые ребра, больше похожие на оленьи рога.

    Продавщицы наперебой стали жаловаться мне на жизнь.

    - Вы вот напишите, что вода у нас пахнет г...ном!

    Откуда они узнали, что я журналист? Неужели Петрович проболтался?

    А с водой вот что. Скважину еще при СССР пробурили возле фермы. Там насчитывалось 4,5 тысячи коров, которых надо было поить. Постепенно отходы проникли в водоносные слои. Сейчас по всем Губарям не наберется и сорока голов скота: ферма давно закрылась, как и колхоз "Рассвет". А память о стаде живет до сих пор.

    - Да вот же рядом река Хопер, говорят, самая чистая в Европе.

    - Нам что, с ведрами туда бегать? А теперь и за тухлую воду из колонки на улице с нас требуют деньги. И деваться некуда - колодцы все заилились.

    Администрация обещает пробурить новую скважину. Но пока губаревцы вынуждены пропускать воду через фильтры, а потом кипятить. И все равно, говорят, воняет. Впрочем, как сказала мне одна бабулька, хорошо есть хоть такая - "абы мокрая была".

    Платить требуют даже за вывоз мусора. "Никогда за 100 лет у нас такого не было", - ругаются деревенские. При том, что хорошей зарплатой здесь считается 15-20 тысяч рублей.

    Сегодня в Губарях проживают 1017 человек. Продается 35 домов с участками по 30-50 соток. За самый убогий просят 120 тысяч, самый дорогой хозяин оценил в 1,5 миллиона.

    У Петровича

    Петрович живет один. Опрятный домик. Газ в доме. Это большая удача. Несмотря на все обещания из телевизора, 40 домов в Губарях не газифицированы, а тут хозяин кипятит чай на плите и варит сосиски с крахмалом пополам. Петровичу - 72, он краевед и фотограф. Снимает на допотопную "мыльницу". Устраивает мне небольшой экскурс в историю деревни. Вот на старых фотографиях колхозницы в телогрейках и с лопатами. Вот огромная семья с гармонистом посредине - это свадьба, хотя никакой фаты и в помине нет, времена были тяжелые. А в 1970-х Губари вздохнули: колхоз встал на ноги, 70 тракторов, 30 комбайнов, скотины немерено, одних только баранов 3,3 тысячи.

    - Баранами мы и были, - вздыхает Петрович. - Распродали свои паи в 90-е. Колхоз развалили своими руками. А ведь обещали золотые горы. С тех пор жизнь с каждым годом все хуже.

    За каждой мелочью - в райцентр. А автобус - раз в неделю. Но он там никого не ждет, тут же уезжает обратно. А ты побегай по магазинам за два часа. Вот и скидываются деревенские на такси.

    - Вот раньше я был боец, - рассказывает Петрович. - Свиней резал, всегда при свежем мясе. А сейчас и угостить нечем. За мясом в Борисоглебск надо. Но такси дорого, приходится на велике. 2,5 часа. Обратно с поклажей - три. Так что жуй сосиску да пей мой компот. Хочешь не хочешь вегетарианцем сделаешься. А пойдем к нашему гармонисту Володьке! У него домашняя колбаса есть.

    Увидеть последнего гармониста на деревне - большая удача для заезжего корреспондента. Мы засобирались.

    Шуйская гармонь

    Первый асфальт появился в Губарях на кладбище. Жители не протестовали. Ведь, бывало, везешь покойника на тракторном прицепе, а он подпрыгивает. Потом и до центра очередь дошла. А вот улицу Советскую - самую протяженную в селе - так и не заасфальтировали. И благочестивую тишину не раз нарушал мой матерок, когда в темноте я наступал в лужу.

    Володьке, то есть Владимиру Петровичу Зюзину, уже 70. Он встретил нас на крыльце. Пригласил в горницу. Достал из чехла свою гордость - шуйскую гармошку. И растянул меха.

    Последний гармонист на селе Владимир Зюзин. Играл на свадьбе 6 лет назад. С тех пор больше не зовут. Фото: Юрий Снегирев

    Пел про свою жизнь, про любовь и опять про жизнь. В репертуаре 25 песен. Часть сочинил сам, а часть списал с радио на кассету и выучил. 40 лет он проработал в колхозе, а сейчас играет в клубе для народного коллектива "Зоренька". Раньше играл еще и на свадьбах, но теперь звать перестали - если односельчане и справляют свадьбу, то в кафе, а у них своя музыка. Там же устраивают поминки, которые намного чаще.

    - Горько, что такое хозяйство распустили, - вздыхает гармонист. - Ну ведь правда, жили весело, без особых забот, и зарабатывали, и гуляли. А теперь я и забыл, как перебирать лад, - и он прошелся по шуйской тальяночке.

    Тем временем супруга Зина накрыла на стол. И правда, была домашняя колбаса, а еще сыр и соления. Да и бутылочку початую Владимир Петрович откуда-то достал. Посидели, повспоминали колхоз и былую жизнь. А про нынешнюю два Петровича говорить не захотели. Да ну ее!

    На "лисапете" в Борисоглебск?

    Погостив пару дней в Губарях, я засобирался домой. Теперь надо добраться в Борисоглебск, к поезду. Заказал "Яндекс-такси". Тишина. Я верил в интернет. А интернет молчал. Тогда стали перебирать возможных водителей-односельчан, у кого машина есть. Тысяча человек в Губарях живет, но никто ехать не хотел!

    - Эх, если бы не снег, дал бы я тебе свой велик и указал до райцентра короткую дорогу. Но у меня лысая резина. Упадешь по мокрому снегу...

    - Ну должен же быть выход!

    Мы обзвонили все Губари. Без толку.

    - Ну что ж, другого выхода нет. Давай свой "лисапет", - начал я строить убийственный план.

    Я представил себя крутящим педали в холодных сумерках в лесу, и мне поскучнело. Но тут у Петровича зазвонил телефон. Весть о том, что корреспонденту надо в Борисоглебск, разлетелась по Губарям, как волны реки Хопер. Некий Олег собирался в райцентр и мог взять на своей "Калине" одного человека, но без вещей. За 250 рублей. Конечно, я согласился. Но время было не определено. Надо было ждать у телефона. Все лучше, чем велик.

    - Пойдемте в храм, - предложил я Петровичу. - Там мне расскажут про моих родственников, которые его восстанавливали. Свечечки поставим.

    - Оно, конечно, можно, только вот настоятель уехал в секретную часть, "Воронеж-45". Он там тоже служит в местном храме.

    Часть была настолько секретна, что мне о ней рассказывал каждый таксист. И не без гордости. И какие ракеты там стоят, и куда долетят, если надо.

    Губари и буква Z

    На "Калине" были буквы Z. Выяснилось, что Олег захватил не только меня. Главный груз - сын Даниил, третьеклассник, которого папа возит в Борисоглебск на занятия по рукопашному бою. Олег из Кишинева, жил в Москве, а потом переехал в Губари.

    - Я хочу вырастить из сына настоящего мужчину, - рассказывает он. - Вот и вожу его два раза в неделю. Конечно, хлопотно. Но так рождается будущее.

    Надо сказать, что из поездок Олега уже родилось настоящее. К нему постоянно обращаются односельчане, чтобы он купил там, в Борисоглебске, и корм для кошек, и "настоящей" колбасы, и даже один раз стиральную машину. Ангел-хранитель всех, кто неимущ. Думаю, десятки жителей молятся на него. Крохотная "Калина" делает великие дела. Ну и сын понимает все и старается не отставать.

    - Кем хочешь стать? - спрашиваю Даниила.

    - Защитником Родины. Десантником.

    Денег Олег брать не хотел.

    Пока ехали, я вспоминал. Вся в лужах и колдобинах центральная улица в Губарях. Похороны на тракторе с подпрыгивающим покойником. Магазин с зелеными сосисками и портвейном на видном месте. Ржавые уличные колонки с затхлой водой, за которую людей требуют платить. "Лисапет" как способ добраться до райцентра через лес.

    Места красивые, земля богатая, хорошие русские люди. А счастья нет почему-то.

    - Да у нас еще неплохо, село считается благополучным, - сказал мне Петрович на прощание. - А к трудностям мы привыкли. Но сколько сел живут еще хуже? Где и газа нет. А ты же ходил в мой сортир на дворе? Видел эту дыру?

    ...Времена сейчас суровые. Казалось бы, чего вам водица, когда Родина в опасности. Но Родина существует из таких вот Губарей. Они повсюду. И везде нужны не только дороги, не только водопровод и газ. Внимание к человеку - вот что нужно. Тогда и появляется патриотизм. А не только буква Z на машине Олега и его сына, который мечтает защищать Родину.

    Из семейного альбома Николая Петровича Зюзина

    Губари в 1960-х. Хроники развалившегося колхоза "Рассвет"

    Николай Зюзин бережно хранит фото, зафиксировавшие славные дни колхоза, - труд на полях, выступление агитбригады, удачная рыбалка, модные "прикиды" 60-х... Фото его молодости.