В Уфе с успехом прошли гастроли драматического театра из Минска

На сцене Государственного академического русского драматического театра РБ состоялись гастроли Национального академического драматического театра им. Максима Горького (Минск).

Гости представили на суд уфимской публики два спектакля, премьеры которых состоялись совсем недавно: "Opus 40. Бесприданница" Александра Николаевича Островского и "Обманутый муж" Жана Батиста Мольера.

Гастроли совпали с X Форумом регионов России и Беларуси, который с размахом прошел в Уфе и включал обширную культурную программу. Но театр приехал в Уфу по линии "Больших гастролей" (подпрограмма "Зарубежное направление").

По словам художественного руководителя театра - заслуженного деятеля искусств Республики Беларусь Сергея Ковальчика, можно было выбрать для показа любой из репертуарных спектаклей - ему не стыдно ни за один из них. Выбор же определялся, во-первых, жанром - хотелось показать и драму, и комедию, во-вторых, прагматическими соображениями - декорации и реквизит должны поместиться в фуру.

Кроме того, "Бесприданница", поставленная в год празднования 200-летия со дня рождения Александра Николаевича Островского, - это и дань уважения великому драматургу. Премьера в Минске состоялась в середине апреля. Но худрук, он же режиссер-постановщик, без сомнений включил его в гастрольную афишу. Спектакль готов, доработок не требует.

- Режиссура - это в том числе и технологии профессии, - объяснил Сергей Ковальчик. - Если правильно налажен технологический выпуск спектакля, ты не можешь быть в нем не уверен. Это же не современная драматургия, а классика, которая обладает той самой магией, когда мы знаем, что в сцене, где Джульетта просыпается и видит мертвого Ромео, у зрителя обязательно потечет слеза. Это гарантировано, заложено столетиями истории. Или когда в "Летучей мыши" на вопрос: "Кто такая Эмма Айзенштайн?" - отвечают: "Собака" - в зале засмеются. "Бесприданница" - это цитатная пьеса Островского.

Кроме того, режиссер вернул пьесе ее авторское название. Не просто "Бесприданница", а "Opus 40. Бесприданница".

Фото: Пресс-служба Русского драмтеатра РБ

- Я понял, почему Островский так ее назвал. Он задал музыкальность этой пьесе, чтобы как-то разнообразить романтический слезливый сюжет, сделать его более близким к зрителю. Пьеса буквально напичкана музыкальными номерами: романс в исполнении Ларисы, выступление цыганского хора, песня за сценой, - напомнил Сергей Ковальчик. - Я взял это на вооружение. Opus 40 - музыкальная вещь.

В спектакле и музыки, и танца хоть отбавляй. Они не просто вплетаются в канву постановки, но и усиливают ее там, где требуются смысловые акценты. "Из-за острова на стрежень", "Барыня" или "Выйду на улицу" с зажигательным танцем передают широту загула "хозяев жизни", которые увозят Ларису Огудалову за Волгу, а романс "На муромской дорожке", который поет бесприданница, предвосхищает трагическую развязку. Финальным аккордом уже после смерти Ларисы звучит хорал, буквально пробирающий до дрожи публику, которая не может отвести глаз от того, что происходит на сцене. Там вздымаются то ли волны, то ли вулканический пепел, куда актеры то ныряют, то появляются вновь. Героиню, точнее ее душу, оплетают жгутами, что выглядит как аллюзия к "цепям" Паратова или "кандалам" Вожеватова, которые не дают им проявить свои истинные чувства.

Режиссер в точности следует за автором, который устами своего персонажа определяет, где заканчивается веселье и начинается драма.

Ни к каким экспериментам, будоражащим зрительское воображение, Сергей Ковальчик прибегать не стал. Он убежден, что театр должен научиться выживать, не делая сенсаций. Для этого используется имеющийся театральный инструментарий, сильная сценография, и, конечно, мастерство актеров, которые талантливы во всем - и в игре, и в вокале, и в пластике.

Когда все это сконцентрировано в постановке, она воспринимается на одном дыхании. Не стал исключением и "Одураченный муж". На фоне откровенно комедийных ситуаций и буффонады здесь разыгрывается настоящая драма зажиточного крестьянина Жоржа Дандена, который сел не в свои сани - из тщеславия женился на дворянке и вынужден терпеть ее измену и упреки в своем неблагородном происхождении. Несчастный рогоносец в исполнении Александра Полозкова вызывает горячее сочувствие публики, а блестяще сыгранные роли остальных персонажей - восхищение.

Фото: Пресс-служба Русского драмтеатра РБ

- Здесь не совсем веселая история, над человеком практически издеваются, - говорит заслуженный артист Беларуси Андрей Душечкин, сыгравший господина де Сотанвиля, отца неверной женушки незадачливого крестьянина. - То, что происходит на сцене, происходит и вне ее: ужасно быть виноватым, когда ты не виноват. Это сегодняшний день, когда понятия смещены, ложь можно выдавать за правду и существовать в этом совершенно убедительно. Поэтому и спектакль такой: местами смешно, местами - совсем не смешно. Есть паузы, когда зрителю есть о чем подумать. В этом уникальность постановки.

Фото: Пресс-служба Русского драмтеатра РБ

В слаженный актерский ансамбль органично вписался и уфимский актер, любимец публики Дамир Кротов, заменивший Блеза Пинаделя Ташуола, который должен был играть Колена - слугу Жоржа Дандена, но не смог участвовать в гастролях.

Дамир Кротов говорил по-татарски, вызывая гомерический хохот в зале. Так было задумано: нужен был актер, который говорил бы на другом языке. В спектаклях, которые идут на минской сцене, Блез Пинадель Ташуола произносит свои реплики по-французски, так, как написал Мольер. Кстати, автор также вполне зримо присутствовал на сцене на протяжении всего спектакля: его камзол все время висел на манекене, а в финале Александр Полозков вынес его на авансцену, продел руки в рукава, надел шляпу, выхватив из нее перо. Это был символический поклон великому драматургу.

Фото: Пресс-служба Русского драмтеатра РБ