04.04.2024 13:39
Поделиться

Ошибка мироздания

"Белое пластиковое небо" ставит существование человека под вопрос
Некогда венгерское кино было любимцем наших экранов, имена венгерских режиссеров и звезд были у всех на слуху. Теперь новый фильм из Венгрии "Белое пластиковое небо" воспринимается как экзотика. Он экзотичен и по жанру: антиутопия, снятая в технике ротоскопирования - это когда действие разыграно реальными актерами, а потом художники обрисовывают их контуры, добиваясь в анимационном кино абсолютного реализма. Пример - диснеевская "Белоснежка и семь гномов", где Белоснежку сыграла балерина Марджори Селеста Белчер, а потом ее движения нарисовали. Или наша "Сказка о рыбаке и рыбке" Михаила Цехановского, где в рисунок переведена игра актеров Бориса Чиркова и Анастасии Зуевой.

Увы, более привычна для наших смутных времен мрачная постапокалиптическая тема фильма Тибора Баноцки и Шаролты Сабо. Он во многом повторяет сюжетные ходы давних лент "Бегство Логана" Майкла Андерсона и "Зеленый сойлент" Ричарда Флейшера, но грядущий апокалипсис сильно придвинут к нам: действие происходит уже не в безопасно далеком XXIII веке, а через сто лет, в 2123-м, когда люди окончательно превратят планету в безжизненную пустыню, где уже нет ни флоры, ни фауны. Остаткам человечества нужно чем-то питаться, и придуман принцип, согласно которому для плодотворной жизни отводятся 50 лет, а потом из людей делают питательную среду для растений, чтобы те дали урожай листьев на прокорм общества. Отдающая каннибализмом идея кошмарна, смотреть такое жутковато, но надо привыкать - самые страшные прогнозы фантастов на наших глазах становятся явью.

Все происходит в Будапеште, оберегаемом от природных стихий гигантским куполом, а вдали от города есть Плантация - там и претворяют человеческую плоть в растительную. Появившиеся таким образом деревья обладают атавизмами разума, могут страдать, помнить, прощать, общаться.

Вся жизнь людей здесь - подготовка к расставанию с любимыми, уход которых запланирован и приближается с каждой минутой. И герой картины, 28-летний Штефан, - психолог, готовящий людей к неизбежной жертве. У них с женой Норой несчастье: умер ребенок, и 30-летняя Нора решила принести свою жертву досрочно, в качестве искупления. Но Штефан не может примириться и решается нарушить закон - в последний момент, когда Нора, подобно мифологической Дафне, уже начинает превращаться в дерево, пробуждает ее к жизни, и они бегут через пустынную Венгрию к своей последней надежде. Этот полный испытаний путь и составляет главный сюжет новой одиссеи.

Первое, что поражает при просмотре, - невероятная реалистичность происходящего. В графике нет ни грана условности, в рисунке проявлены все подробности актерской игры - оттенки взгляда, микродвижения, тончайшие нюансы психологических состояний. Характеры персонажей проработаны так детально и выразительно, что начинаешь воспринимать их как живых людей и за них всерьез волноваться.

Само существование человека, по фильму, оказывается помехой на пути планеты к излечению

Но при этом все большую роль играют фантастические фоны, сработанные на компьютере и сведенные из реальных природных фактур - песков, водных потоков, узловатых древесных массивов. Сюрреалистические пейзажи вполне реального будущего подаются в фильме буднично и потому убедительно - как неизбежное развитие нынешних мировых тенденций.

Впечатляют картины вымершего Мишкольца, жители которого были мгновенно убиты ядовитыми испарениями мутировавших бутонов. Город как кладбище былого счастья, заброшенный кинотеатр - место, где герои когда-то смотрели душеспасительные фильмы, затаив дыхание и стискивая ладони друг друга, ностальгия по невозвратимому… Здесь, в страшном зрелище двух обнявшихся скелетов в постели, достигает апогея главная тема фильма - любви, единственной в мире неубиваемой материи, - в финале она повторится в прекрасном по интонации, шекспировского масштаба апокалиптическом апофеозе.

Ротоскопированная анимация - прием древний и испытанный, к нему долго относились с пренебрежением, но теперь он переживает ренессанс, открывая новые выразительные возможности в фильмах, далеких от безоблачного мира диснеевских сказок. Он был использован в сенсационном израильском "Вальсе с Баширом" из времен ливанской войны. Его применил в своем фэнтези "Помутнение" Ричард Линклейтер, скрупулезно переведя в рисунок игру Киану Ривза и Вуди Харрельсона. И неслучайно в титрах нового фильма указаны имена популярных в Венгрии актеров Тамаша Керестеша и Жофии Самиши, сыгравших обреченных супругов - отдадим должное их достоверной игре в невероятных, но уже почти очевидных обстоятельствах. Особенно хороша Юдит Шелль, создавшая необычно сложный для анимации образ научной сотрудницы Плантации доктора Маду.

Для людей этого несчастного века вся жизнь - короткий миг, за который нужно чему-то выучиться, что-то полезное создать и продолжить свой род по возможности рано, чтобы успеть увидеть своих внуков. В отличие от "Бегства Логана", в "Белом пластиковом небе" авторы сосредоточены на мощи семейных связей, на мистической силе любви, позволяющей героям пройти через все круги рукотворного ада, не сохранив жизнь, но сохранив верность друг другу. Этот условный оптимизм фильма уже не имеет опор и погибнет вместе с героями. Само существование человека, который всегда считал себя венцом творения, оказывается необязательной, случайной ошибкой мироздания, досадной помехой на пути планеты к излечению.