
Лев Кассиль умел быть для детей своим и говорить с малышами на одном языке. Он показал, что детство - это не просто подготовка к жизни, но ее полноправная часть. Дети сами выбирали его книги, потому что писал не о них, а с ними, как старый друг, который знал цену мечте, склеенной из камешков, дощечек и промокашек. В день рождения писателя воспоминаем его уроки доброты, отваги, честности и верности.
"Вопрос воспитания - это что такое? Это значит помочь человеку, чтобы он вырос по-хорошему счастливым. Им, ребятам, на нас, взрослых, чихать, когда мы с ними постоянно рядом. Вот когда нас нет, тогда они тосковать начинают, знаешь как!.. Очень им, понимаешь, нужно взрослое участие, эдакое постоянное внимание старших,"
- так говорит Михаил Борисович Кравчуков, начальник детского лагеря "Спартак" в повести "Будьте готовы, Ваше высочество".

"Что это значит - нет биографии? Это все старомодная интеллигентщина, дорогой мой. Не биография делает человека, а человек - биографию. С биографией родятся только наследные принцы. Вы ведь не наследный принц?"
- отвечает Жене Карасику редактор газеты во "Вратаре республики", первом советском романе о спорте.
"Он много раз собирался начать новую жизнь: вставать рано, делать утреннюю зарядку, посещать каток, ходить на лыжах. Он назначал себе сроки, устанавливал точный день, когда откроет новую эру в своей биографии, но как раз в этот день назначалось какое-нибудь важное заседание или ему поручались спешные задания, и все планы шли прахом,"
- по этим законам живет сам Женя Карасик, репортер "большой газеты".
"Вот что, друг: назвался братом, так уж изволь во всем соблюдать соответствие. Ну-ка, будя валяться! Вставай, одевайся, и давай-ка поговорим начистоту. Что же это ты? А? Зовешься моим братом, а в учебе такой тихоход? По дисциплине у тебя тоже все гайки расконтрены. Никуда это не годится! Если уж хочешь быть братом, так давай условимся: фамилию высоко нести - не конфузить. Ты мне фамилию не порть! А то либо мне, либо тебе ее менять придется,"
- а так Климентий Черемыш отчитывает своего однофамильца Гешу за его ложь в повести "Черемыш - брат героя".
"Министры и вельможи, ветродуи и начальники Печной Тяги смотрелись в зеркало и отплевывались: "Ну и рожи у нас получаются в этом стекле!" Им и невдомек было, что Амальгама изготовил зеркало совершенно прямое и верное. Только хитрый Жилда-был заподозрил что-то неладное. Он схватил зеркало, внезапно поднес его к лицу Амальгамы и увидел, что мастер отражается в стекле таким же ясноглазым, каким он был на самом деле,"

- это зеркало создал Амальгама, влюбленный в Мельхиору. Их история изложена в повести "Дорогие мои мальчишки".
"Мельхиора поняла, что злой Ветрочет снова обманывает ее, но зато зеркало говорит ей жестокую правду. И все-таки она обрадовалась этому, потому что потерять веру в любовь ей было еще страшнее, чем утратить свою красоту".
"Чему до сих пор служили мои зеркала? Послушно отражали в себе красоту и показывали людям их недостатки. Но красота и безобразие существуют и помимо моих зеркал. Нет, я напрягу ум, буду работать с утра до вечера и с вечера до утра, но добьюсь, чтобы мои зеркала сами делали мир прекраснее. Я хочу, чтобы в людях отражалось все, что я вдохну в зеркало своим трудом, своей любовью. Ибо на свете нет, говорят, силы, которая не уступила бы труду, если человек избрал свое дело по любви и вложил в него душу,"
- а так говорит и сам Амальгама, пожалуй, самый отважный гражданин страны Синегории.
Лев Кассиль родился 10 июля 1905 года. Отец, Абрам Гершонович Кассиль, был врачом, а мама, Анна Иосифовна, учила детей музыке. Детство писателя прошло в городе Покровске. Он учился в царской гимназии, после революции ставшей Единой трудовой школой. После выпуска поступил на физико-математический факультет МГУ, но его почти сразу потянуло писать… Математические формулы не выдержали конкуренции с первыми впечатлениями от жизни в столице. Сначала это были длинные письма родным: в основном о том, что ему удалось увидеть в городе. Брат Оська перепечатывал эти послания в местной газете - для Льва Абрамовича даже сделали отдельную колонку, которая называлась "Письма из Москвы".
Лев Кассиль был корреспондентом газет "Правда Востока", "Советская Сибирь" и журнала "Пионер", фельетонистом газеты "Известия". Как детский писатель дебютировал на страницах "Нового ЛЕФа", в этот журнал его пригласил Владимир Маяковский.
История всем знакомого Оськи - брата писателя, Иосифа Абрамовича Кассиля - один из символов эпохи репрессий. В доме, который дети называли "кораблем", Иосиф стал Оськой из "Кондуита и Швамбрании". Но в отличие от Льва, уехавшего в Москву, Иосиф остался в Саратове. Он преподавал марксизм в Институте механизации сельского хозяйства, был ответственным секретарем местного Союза писателей, печатался в газете "Коммунист". В марте 1937 года альманах "Литературный Саратов" опубликовал повесть Иосифа Кассиля о студенчестве, которая называлась "Крутые ступени". Через два месяца грянул разгром: автора обвиняли в антипартийности, приверженности троцкистам. 21 января 1938 года Иосиф Кассиль был расстрелян.
Семье о трагедии не сообщили. Лев Кассиль до 1945 года пытался выяснить судьбу брата - лишь спустя семь лет ему прислали ложное извещение, что Иосифа Абрамовича Кассиля расстреляли в Норильске, в 1943-м.

В годы войны по инициативе Льва Кассиля провели первые "Книжкины именины" - Лев Абрамович был уверен, что детям в это страшное время нужна надежда. В именинах участвовали Самуил Маршак, Агния Барто, Валентин Катаев, Сергей Михалков. На протяжении многих лет открытие этого праздника вел Корней Чуковский. Юрий Яковлев вспоминал:
"Эта традиция родилась в трудный военный год. И тогда мудрые люди решили устроить праздник. В большом зале собрали ребят, худых, бледных, в залатанной одежде. И каждому, кто пришел, подарили книгу. Тоненькая, отпечатанная на серой бумаге книга должна была согреть, добавить света, вселить силы. Дети уносили книгу, как военный паек, который надо сберечь и растянуть на много дней".
От этих "Книжкиных именин" и пошли по всей стране ежегодные Недели детской книги.
Много лет Лев Кассиль вел Новогодние Елки в Колонном зале Дома Союзов, комментировал футбольные матчи, преподавал в Литературном институте, выступал перед пионерами по всей стране.
Лев Кассиль умер 21 июня 1970 года, не дожив двух недель до 65-летия. В тот день он смотрел финал Чемпионата мира по футболу. В тот год врачи запретили ему лететь в Мексику - сердце не выдержало бы перелета и высоты. Он вспоминал, как его упрекнул случайный прохожий на улице: "Футбол в Мексике, а Кассиль в Москве. Непорядок!".