В самом начале года подорожание объяснялось достаточно просто: на 5,1% повысились акцизы на топливо, что прибавило к цене литра 60-80 копеек. Также вырос НДС с 20% до 22%. Он взимается с каждой продажи товара, а между АЗС и нефтеперерабатывающим заводом (НПЗ), как правило, есть посредники.
С конца прошлого года (22 декабря) стоимость марки АИ-92 прибавила 84 копейки, АИ-95 - 97 копеек, АИ-98 - 2 руб. 39 копеек, а дизельное топливо (ДТ) - 1 руб. 39 копеек. Отсчет сделан с конца прошлого, а не с начала этого года по той причине, что АЗС начинают отыгрывать рост фискальной нагрузки заранее. Слишком резкий скачок цен после новогодних праздников может привлечь внимание регуляторов, а так повышение оказывается плавным. В прошлые года к февралю рост цен на налоговых изменениях выдыхался. Дальше действовали другие факторы: спрос, экспорт, ремонты НПЗ и прочее. Сейчас спрос, конечно, увеличился по сравнению с началом января, и потребление бензина постепенно начинает расти, но до весеннего пика пока далеко.
С 1 февраля правительство разрешило экспорт бензина для НПЗ, что сразу сказалось на объемах биржевых торгов, которые снизились. Биржевые котировки на этом фоне пошли вверх, но не сказать, чтобы очень сильно. От пиков прошлой осени они достаточно далеки и находятся на уровне июня 2025 года. Да и слишком короткий срок прошел с отмены запрета экспорта бензина для НПЗ, чтобы это сказалось на розничных ценах. Кроме того, в случае, если ситуация с ценами обострится, правительство может очень быстро возобновить запрет на экспорт бензина для НПЗ, а для заводов это один из основных источников дохода.
Рынок нефтепродуктообеспечения полностью перешел в режим ручного регулирования, сказал в беседе с "Российской газетой" зампред Комитета Госдумы по энергетике Юрий Станкевич. Все рычаги сосредоточены у правительства, которое реагирует ситуативно. Такой подход позволяет в моменте насыщать рынок моторным топливом, менять объемы экспортных и внутренних поставок. Но и одновременно имеет огромный недостаток: вопросы текущей рентабельности и нефтедобычи, и нефтепереработки отброшены на второй план.
К этому можно добавить, что сейчас на рост цен в опте и рознице влияют еще два фактора: новостной фон и плохая экономика самих АЗС, которые значительную часть прошлого года работали в минус. Сейчас у них есть возможность восполнить потери и "накопить жирок" для следующего тяжелого периода.
Что касается новостного фона, то сейчас он сильно неспокойный. Нефтяники ждут отрицательный демпфер за январь (выплачивается в феврале). Демпфер - компенсация из бюджета, которая выплачивается нефтяным компаниям за поставки топлива на внутренний рынок по ценам ниже экспортных. Рассчитывается размер этих выплат из разницы между экспортной стоимостью топлива и индикативной внутренней ценой, устанавливаемой законодательно. Отрицательный демпфер - ситуация, когда экспортная стоимость топлива становится ниже, чем индикативные цены. То есть номинально считается, что поставки бензина на внутренний рынок оказываются более выгодны, чем его экспорт. И уже нефтяники должны заплатить в бюджет разницу между экспортной и индикативной ценой.
В январе сложилась именно такая история. В 2024 и 2025 годах демпферные выплаты составляли значительную часть доходов больших нефтяных компаний. А теперь они не только их не получат, но еще и должны будут заплатить сами.
По мнению Станкевича, концепция сбора с компаний через демпферный механизм дополнительных средств в бюджет в условиях сверхнизких цен на российскую нефть экономически недальновидна. Это попытка административными методами решить задачу сокращения дефицита федерального бюджета. Но долго накапливать убытки нефтяная отрасль не сможет, поскольку вопросы энергетической безопасности - безусловный приоритет.
Как замечает генеральный директор Open Oil Market Сергей Терешкин, многое будет зависеть от переговоров между компаниями и регуляторами. Вице-премьер Александр Новак ранее дал поручение Минфину и Минэнерго внести предложения по корректировке демпфера и учесть мнение производителей топлива. Скорее всего, какое-то консенсусное решение будет найдено уже в ближайшие недели.
Почему стоит торопиться, понятно. Спрос на топливо уже стал расти, и процесс только ускорится в марте и апреле. Поэтому нет причин ожидать торможения, а тем более снижения цен на АЗС. Терешкин считает, что прирост цен уложится в формулу "инфляция минус" - будет сказываться ускорение роста цен по экономике в целом.
Станкевич полагает, что многое будет зависеть от того, какой путь изберет правительство. А выбор непростой: снизить уровень бюджетных ожиданий от "нефтянки" или предложить отрасли механизм компенсации убытков через рост биржевых, оптовых и розничных цен на бензин и ДТ.
По мнению же управляющего партнера NEFT Research Сергея Фролова, рост цен ускорится. Но дело будет не в размере и направлении выплат по демпферу. Основные причины роста цен будут лежать в плоскости баланса спроса и предложения, считает он.
Особую точку зрения высказал зампред Наблюдательного совета ассоциации "Надежный партнер", член Экспертного совета конкурса "АЗС России" Дмитрий Гусев. Государству по силам административными мерами регулировать рынок, уверен он. Но рынку нужно больше спокойствия, на нем слишком нервозная обстановка. Потребитель не знает, сколько производится топлива, не знает уровень запасов топлива. Данные закрыты. Но открыты биржевые котировки. И в результате любое их движение вверх начинает разгонять панику. Логичным решением было бы тогда закрыть и их, предлагает эксперт.