"Уже неинтересно заниматься лишь изучением новых ролей". Певец Ильдар Абдразаков - о Севастопольском театре и планах на будущее

Сегодня Ильдар Абдразаков - самый известный оперный певец России. Совсем недавно он спел премьеру оперы Моцарта "Дон Жуан" в Москве, а "Бориса Годунова" - в Санкт-Петербурге. Но его обязанности ныне не ограничиваются только певческим амплуа. Обладатель одного из самых красивых басов в мире, сегодня является художественным руководителем Севастопольского театра оперы и балета, а также возглавляет собственный Благотворительный фонд. 8 Марта он подарит сольный концерт в столичном зале "Зарядье". Накануне праздничного выступления Ильдар Абдразаков дал эксклюзивное интервью "РГ".

Ильдар, скажите, пожалуйста, откуда столько сил и желания на такую многозадачность и столь разные амплуа?

Ильдар Абдразаков: Уже неинтересно заниматься лишь изучением новых ролей, думая только о том, чего еще не спел. Хотя пение - это любимое мое дело, чем я занимаюсь всю жизнь. Конечно, сцена, роль, работа с прекрасным режиссером и дирижером, знающим музыку, дающим певцам дышать, это всегда наслаждение. Но в какой-то момент наступает понимание того, что пока ты можешь, есть силы и желание, то нужно делать. Как говорится, лучше сделать, а потом пожалеть, чем не сделать и пожалеть. Я же придерживаюсь принципа, что лучше сделать и не пожалеть.

Но, как правило, подобное желание возникает, когда голос просится на пенсию. А вы сегодня находится в самом расцвете басовых сил...

Ильдар Абдразаков: Если б я был тенором... Все-таки у теноров больше возможностей себя проявить в самых разных партиях. У басов нет подобной амплитуды характеров, больших полотен с главными ролями. У нас их не так много, а с годами становится еще меньше. В старости я не хочу уходить на второстепенные роли. Для меня главная партия - это то, на что я всю свою жизнь положил... То, для чего мне был дан голос.

Но пока многозадачность мне не мешает, а только вдохновляет. Меня окружают супруга, друзья - люди, мнению которых я доверяю. И прежде всего я сам себе доверяю, могу посмотреть на себя со стороны, сохранить объективность.

Конечно же, прекрасно понимаю, что всегда найдутся люди, которые скептически скажут: ну зачем ему это надо? У него знакомые, возможности, вот он всем этим и занимается... Ну это нормально, везде так. И чем человек больше имеет возможностей, чем значительнее у него потенциал, наверное, тем больше начинают косо на него смотреть. Мы же делаем наше дело с любовью, от всей души. И сделаем, как хочется, с самым высоким качеством.

На высоком медийном уровне вы теперь наставничаете и в телешоу "Голос"...

Ильдар Абдразаков: А почему нет? Это же прекрасная возможность привлечь внимание самой широкой аудитории к высокому вокальному искусству. Я очень обрадовался, когда среди наставников "Голоса" первой из оперных певцов появилась Хибла Герзмава. И в шоу стали участвовать и "серьезные" вокалисты. Ведь певческий голос, он не только эстрадный или народный, но академический.

И, когда в этом сезоне меня пригласили, я сразу же с удовольствием согласился. Но у меня в команде не только оперные исполнители, и мне интересно работать со всеми ребятами - подбирать репертуар, репетировать. Когда человек талантлив, это по-настоящему интригует.

Ваш именной Благотворительный фонд очень много помогает молодым певцам, проводя и одни из лучших мастер-классов в России, и предоставляя возможность выйти на профессиональную сцену вместе с маститыми певцами. Вам нравится взращивать себе конкурентов?

Ильдар Абдразаков: Я отношусь к моим молодым коллегам, особенно к тем, у кого низкие голоса, с повышенным вниманием. Хочу помочь всем, у кого, чувствую, есть потенциал. Мне хочется, чтобы эти ребята пели правильно и красиво. Сегодня среди басов есть очень перспективные молодые ребята, как Глеб Перязев и Мирослав Молчанов в Мариинском театре, Алексей Кулагин в Большом.

Сейчас вновь на пике общественного обсуждения оказалась тема объединенной дирекции Большого и Мариинского театров по инициативе Валерия Гергиева. Как вы лично относитесь к этой идее?

Ильдар Абдразаков: Я работал и в Мариинском, и в Большом еще до того момента, как Валерий Абисалович возглавил оба театра. И всегда чувствовал разницу. Сейчас я говорю не о репертуаре, административных вещах или бюджете. Я чувствовал существенную музыкальную разницу. Звучание оркестра Мариинского театра, оно превосходно. Отношение музыкантов оркестра к певцам там утонченное, они всегда старались не перекрывать певцов.

А в Большом театре была проблема. От певцов прежде постоянно требовали пения все громче и громче. Казалось, что в театре серьезные акустические проблемы. Помню, когда я дебютировал в "Борисе Годунове" на сцене Большого, даже имел разговор с Туганом Сохиевым, который тогда работал в театре... И все прошло хорошо. А потом мне говорят коллеги: "Ну это только тебя слушают". Ну такого не должно быть.

И сегодня уровень оркестра Большого стал значительно лучше. А похожих спектаклей у двух театров, полагаю, не может быть по определению: у нас живое искусство, мы даже микрофонами не пользуемся и состав исполнителей всегда разный. И служат оному общему делу.

А какой будет работа Севастопольского театра?

Ильдар Абдразаков: У нас будут свои оркестр и хор. Сейчас думаю над тем, как правильно организовать репертуар, балетную и оперную труппы. На этот счет у меня определенные мысли. Хочу попробовать организовать первый в современной России театр по принципу "стаджоне". Севастополь - город курортный, портовый, где еще не было опыта работы оперного театра. И нужно быть реалистами: показывать в ежедневном режиме разные спектакли на высоком профессиональном уровне будет тяжело и нецелесообразно, особенно в первые сезоны работы театра. Ведь время нужно и чтобы публику воспитать. Это процесс - большой, серьезный. Поэтому в начале пути мы будем делать ставку, конечно, на известные и любимые названия.

Но, с другой стороны, я вижу, какой огромный интерес уже сегодня зарождается к театру и в регионе, и во всей России. Уже несколько композиторов прислали оперы, посвященные Херсонесу, Севастополю, Тавриде...

Когда откроются двери театра?

Ильдар Абдразаков: Мы все надеемся, что это произойдет через год. Уже идет внутренняя отделка помещений. Вот-вот будут сданы цеха, и мы сами будем производить декорации, шить костюмы. Но, чтобы начать планомерную работу - собрать хор, оркестр, найти главного дирижера, нам нужна репетиционная база.

А пока мы такие "бременские" (то есть севастопольские) музыканты. Выпуская сегодня свои премьеры, мы это делаем в тесном сотрудничестве с коллегами. Так, в конце марта у нас премьера оперы Прокофьева "Дуэнья" на сцене Оперного театра Саранска при участии Хоровой капеллы России имени Юрлова и Большого симфонического оркестра имени Чайковского под управлением Арсентия Ткаченко.

Это невероятно, что сегодня, в такое глобально сложное время для всего мира, в России создаются грандиозные культурные кластеры. Но для нашей страны, где культура - литература, живопись, музыка, это святое, наша основа. Чтобы идти вперед, нельзя забывать свою историю, о своих корнях...

Часто выходя на сцену, вспоминаю всегда точные наставления своего педагога Миляуши Галеевны Муртазиной и Ирины Константиновны Архиповой или шутку Елены Васильевны Образцовой, которая, как никто, умела вовремя разрядить напряженную, волнительную обстановку перед спектаклем.

Только что Севастопольский и Михайловский театры подписали соглашение о сотрудничестве. Как родилась эта идея, что следует из данного проекта?

Ильдар Абдразаков: Можно сказать, это культурное продолжение договора о городах-побратимах между Санкт-Петербургом и Севастополем - Северной столицей и столицей Крыма. Надеюсь, это решение поможет развитию двух театров. Будем обмениваться и спектаклями, и творческими силами. У нас новый коллектив, который еще только создается, мы нуждаемся в поддержке и помощи более опытных коллег.

Сегодня репутация Михайловского театра, мягко говоря, крайне неоднозначна...

Ильдар Абдразаков: Да, неоднозначна. Ничего, мы будем вместе работать над сотворением новых интересных художественных программ. Сто процентов будем делать ставку на молодежь. Пока в сегодняшней ситуации мало кто ждет нас за рубежом, мы просто обязаны как можно больше давать самых разных шансов для профессионального развития и реализации. Считаю это одной из основных своих обязанностей на посту художественного руководителя Севастопольского театра. Обязательно создам молодежную оперную программу по образцу тех, что есть в миланском La Scala и Большом театрах.

Надеюсь, соглашение о сотрудничестве между Севастопольским и Михайловским театрами поможет развитию двух коллективов. Будем обмениваться и спектаклями, и творческими силами

Молва сулит вам и пост художественного руководителя Михайловского театра...

Ильдар Абдразаков: Сегодня меня многие спрашивают об этом. Но пока нет официальной информации, что-либо комментировать с моей стороны будет некорректно. Но мне очень приятно, что все спрашивают меня об этом с энтузиазмом и надеждой.

Как круто меняются ваша жизнь и круг ваших обязанностей?

Ильдар Абдразаков: Сегодня судьба каждому человеку, целым народам и континентам готовит крутые повороты. Разве кто мог шесть лет назад предположить, что мир закроется на пандемию?! И все же тогда я думал, карантин закончится, и дальше поеду по миру работать. Но потом началось то, что началось. В первые месяцы было крайне непривычно, что я дома, не собираю чемоданов и никуда не еду. И до сих пор я получаю письма от своих поклонников со всего мира - от Милана до Нью-Йорка со словами любви и поддержки, что, безусловно, очень ценю и верю, что мы еще обязательно встретимся. Ведь культура, особенно музыка, умиротворяет и объединяет людей.

Только акценты в моем расписании теперь будут другими. Потому что раньше такие же письма со словами о том, что "мы соскучились", я получал из России. Сегодня, приближаясь к полувековому рубежу, я почувствовал и принял решение, что, видимо, настал момент, когда нужно быть со своей страной и научиться меняться вместе со временем.