Алексей Мирошниченко: Я копнул - и закопался

Пермский балет - из самых мощных региональных брендов. Свою историю он отсчитывает с февраля 1926 года и нынешний сезон посвящает своему 100-летию. О том, каким он планируется, "РГ" рассказал худрук труппы Алексей Мирошниченко.

Почему в юбилейный сезон вы взялись за "Жизель"?

Алексей Мирошниченко: Для Перми "Жизель" - точка отсчета. В 1926 году местная хореографическая студия поставила этот балет. Хотя, конечно, настоящий Пермский балет начался позже, когда сюда в войну эвакуировали Кировский театр и Вагановское училище. После их отъезда здесь основали школу, первым худруком стала Екатерина Гейденрейх - в прошлом солистка Императорского Мариинского театра. Так что "Жизель" - это жест уважения к истории.

Вы говорили, что просто обновите оформление "Жизели", но проект явно разросся.

Алексей Мирошниченко: Да, сначала я хотел по-другому оформить спектакль, сделать яркий контраст между первым и вторым актами. Потому что читаешь на афише: "фантастический балет". А где фантастика? Полетов нет, появлений из-под земли нет, вуалей нет, мерцающих огоньков нет. Никакой романтики. А потом понял: если уж делать, то по-честному. Копнул и закопался. В советских редакциях было купировано много смыслообразующих вещей. Открыл старинное либретто, это же целая книга! Читаю финал. Там Жизель говорит Альберту: "Земная любовь мне уже недоступна. А та девушка, Батильда, - кроткая, скромная - заслуживает любви. Женись на ней, потому что мое единственное желание - чтобы ты был счастлив". Это же совсем иначе освещает все образы. И главный вопрос: заслуживает ли герой прощения? Ответ на него и стал сверхзадачей. И чтобы раскаяние Альберта читалось отчетливее, понадобился яркий контраст между драмой первого акта и лирической поэмой второго. Поэтому в первом акте хочу показать мир материальный, обжитой, во втором - фантастический.

В партитуре "Жизели" много музыки, которую мы никогда не слышали. Мы вернули ее в наш спектакль

Я услышал музыку, которая в российских редакциях не используется, но звучит в некоторых зарубежных вариантах. Там возвращается тема охоты, но звучит она тревожно, как навязчивое воспоминание. Я подумал: а что если это Альберт у себя в замке? Он не находит себе места, но приходит Батильда, невеста его, чтобы сказать, что любит и прощает, а он не может принять такого великодушия, срывается и бежит на кладбище, раскаявшись. Получается переход от бытового первого акта к мистическому второму. Мы же для того и делаем новые редакции, чтобы не только привести старые балеты к современной эстетике и воспользоваться новыми техническими достижениями, но и чтобы пересмотреть, заново услышать музыку.

Но хореографическая часть спектакля не менялась?

Алексей Мирошниченко: Самое смешное: знаменитейшие вариации - первая Мирты, выходная Жизели во втором акте - шли с купюрами, мы их целиком не слышали. Есть музыка в финале, которую мы не знаем. В сцене сумасшествия звучит хорал - невероятной красоты. Мне понятно, откуда он здесь: Жизель представляет, как они с Альбертом стоят в храме и венчаются. Естественно, я его вернул.

И хореографию для этой музыки досочиняли?

Алексей Мирошниченко: Вплетаю в канонические тексты свою хореографию. Естественно, стилизованную и тематически продолжающую мысль вариаций.

Премьера "Жизели" открывает юбилейный год. Какой будет дальнейшая программа?

Алексей Мирошниченко: Мы решили уделить внимание классике, потому что она сейчас под угрозой - искажений, исчезновений. Еще в преддверии юбилея в декабре у нас было возобновление "Лебединого озера", а в конце года будет третий большой классический балет. Кроме этого, будут гала-концерты, в которых собрано то, что вне концертов идти не может. Это характерные танцы, современные номера. Например, обязательно будет сюита из балета "Гаянэ", поставленная Ниной Анисимовой во время эвакуации Кировского театра в Молотов (советское название Перми) в 1942 году. Программы строятся так, чтобы показать всю труппу. Билеты на эти концерты просто сметаются.

В юбилейный год вы планируете танцевать не только в Перми?

Алексей Мирошниченко: Мы едем в Москву с премьерным "Орфеем", который обрамляют "Вариации на тему рококо" и Ultima Thule, потому что "Орфей" номинирован на "Золотую маску". Потом наше выступление должно открыть серию гала-концертов российских театров в Севастопольской академии хореографии. Летом запланированы гастроли в "Сириусе" - в новом театрально-концертном центре. Там планируется два показа "Лебединого озера" и гала-концерт, чтобы максимально представить возможности нашей труппы.

В Москве полноценных гастролей Пермского балета не было несколько десятилетий. Нет ли их в планах и от кого это зависит?

Алексей Мирошниченко: Они есть в наших мечтах, но не в планах. Гастроли - это безумно дорого: проезд, проживание, фуры с декорациями и костюмами. Конечно, мы ищем ресурсы для гастролей в Москве, но пока не находим.

На сколько лет вы рассчитываете свои планы?

Алексей Мирошниченко: До 2030 года. Две балетных премьеры в сезон как минимум - это наше госзадание. Сейчас в разработке восемь балетов. Это, конечно, спектакли не только мои, но и других хореографов. Нужно искать новые идеи, новые названия.