Шифровка подсознанию: вспомнить и забыть

     Российскими учеными в погонах создана не имеющая аналогов в мире электронная система психологического восстановления личности. Она уже успешно использовалась в Дагестане и Чечне.

     Надев специальный легкий шлем, располагаюсь перед экраном портативного компьютера. Предстоит пройти первую стадию - диагностику психики. Сейчас за мозгом внимательно следят 8 вмонтированных в шлем электродов маленького энцефалографа. Несколько минут приходится заниматься, казалось бы, абсолютно бессмысленным действием - нажимать на кнопку "мыши", стоит на экране появиться любому осмысленному слову. Нет-нет, промелькнет в череде стремительно меняющихся хаотичных буквенных комбинаций какая-нибудь "рапсодия" или "дверь". Но одновременно в мое подсознание в небезызвестном "режиме 25-го кадра" закачиваются совсем иные, ключевые для новой методики слова: "война", "врач", "страх", "плен" и другие. В науке любой такой набор называют семантическим кластером.
     Диагностика закончена. Теперь компьютер, проанализировав данные энцефалографа, запомнил, на какие "ключи" реагирует тот или иной участок коры головного мозга, можно подбирать соответствующую программу психофизиокоррекции. Их существует уже несколько десятков.
     - Врачи уже в начале прошлого века знали, что свыше 30 процентов потерь в Первой мировой войне вызваны именно психическими отклонениями, - рассказывает кандидат медицинских наук, начальник отдела Государственного научно-исследовательского испытательного института военной медицины МО РФ, полковник Юрий Бубеев. - Известно, солдаты и офицеры, участвующие в боевых действиях, испытывают сильнейший стресс, для многих он оказывается роковым - человек начинает неадекватно реагировать на окружающую действительность. Доблестно проявив себя и уцелев в одном бою, он из-за психологической травмы может запросто сложить голову в следующем. Про таких нередко говорили: "погиб по собственной глупости", но это не так. Просто заявили о себе запредельные психические перегрузки.
     Они напоминают о себе и уже после войны. Для одних оборачиваются душевным изломом, для других, наоборот, становятся сильнейшим творческим и моральным стимулятором - ведь именно ветераны боевых действий считаются костяком любой нации.
     Без врачебного воздействия тут не обойтись. Но как распознать характер психической травмы, наметить пути ее лечения? Главная трудность заключена в том, что основные психические проблемы как бы "зашиты" в подсознание, сам пациент о них может и не подозревать. Многим врачам удается проникнуть в эту весьма малоизученную область, причем, как правило, на интуитивном уровне, потратив не один месяц, а то и год на общение с пациентом. Естественно, что в боевых условиях такой метод неприемлем - слишком мало времени.
     Не помогает и система тестов, пусть даже самая совершенная. Ведь работает она на уровне сознания, а у любого человека, насколько бы он ни стремился быть максимально искренним, всегда существует определенный внутренний "фильтр". Этот же "фильтр" зачастую становится барьером для открытого общения с врачом-психотерапевтом. Как же напрямую заглянуть в подсознание?
     Вот тут и пригодилось сочетание энцефалографа и использующей "принцип 25-го кадра" системы стресс-контроля, которую ее разработчики окрестили СКС. Передо мной лежит лист бумаги, на котором цветными полосками обозначены наиболее стрессовые факторы для одного из реальных пациентов. Самые длинные красные полосы - напротив слов "ранение" и "чеченцы". Желтая полоска напротив слова "плен" несколько короче. Так уж сложилось в судьбе этого человека - в бою он был ранен, попал в плен к боевикам и был вызволен оттуда нашими военными.
     Подобная проверка подсознания позволяет подобрать наиболее оптимальную для каждого методику психокоррекции. Впору снова надевать шлем...
     ...На расположеной перед закрытыми глазами узкой полоске перемигиваются четыре лампочки, в наушниках звучит тихая музыка. Компьютер в содружестве с энцефалографом начинает искать самый эффективный режим самоусвоения информации. Сканирование идет через опущенные веки. Затем на лампочки поступает команда активизировать правое полушарие мозга, это повышает внушаемость. И лишь после такой подготовки включается сама программа психокоррекции. В наушниках на фоне успокаивающей музыки начинает звучать особый "гипнотический" голос, произносящий тщательно подобранные слова.
     Как принято в медицине, новинку ее создатели опробовали сначала на себе, затем на нескольких десятках добровольцев из числа сотрудников ГНИИИ военной медицины. И лишь затем, с началом антитеррористической операции, вылетели в Дагестан. Через систему СКС за два года прошли свыше 2000 летчиков и бойцов спецподразделений, участвующих в наведении порядка на Кавказе. В памяти компьютера сохранились результаты акупунктурных обследований вернувшихся с боевого задания - цветные черточки вокруг схематической фигурки четко показывают, что защитная аура серьезно нарушена, все органы буквально "разболтаны". Подобных индивидуальных картинок у военных врачей хватает.
     - Естественно, одной психокоррекцией тут было не обойтись, мы применяли и другие, куда более известные методы, например массаж, мануальную терапию, кололи витамины, - вспоминает Юрий Бубеев. - В Моздоке и на Ханкале разворачивали свое хозяйство под вывеской "Центр восстановительной медицины". В названии скрывалась маленькая, но очень важная хитрость - так уж устроен менталитет россиян, что любое слово, начинающееся на "психо...", они воспринимают довольно негативно. Не принято у нас в душу лазить. А значит, не могло бы и быть нормального контакта с пациентами.
     ... Срабатывал и другой фактор. Известно, что военные, в первую очередь летчики, боятся... своих врачей. Вдруг найдут какую-нибудь "болячку" , отстранят от полетов, а то и вообще комиссуют по здоровью. В "Центре восстановительной медицины", где по 12-16 часов в сутки трудились три специалиста из ГНИИИ ВМ, соблюдалась полная анонимность. Вернувшиеся с боевых заданий, предельно утомленные люди с куда большей открытостью рассказывали о своем физическом состоянии именно "незнакомым" врачам. Да и слова, начинающиеся на "психо...", воспринимали куда спокойнее. Естественно, вся психокоррекция проводилась лишь на добровольной основе. Примечательно, что отказывались лишь единицы. А вот от желающих попасть на массажный стол отбою не было.
     "Я теперь отпечатков пальцев при желании нигде не оставлю, - шутил, потирая огромные натруженные руки, врач-мануальный терапевт, - все узоры на подушечках пальцев стер".
     ...Метод комплексной психокоррекции и снятия стрессовых расстройств пока доступен единицам. Существует всего один-единственный комплект СКС, его, кстати, представили на авиасалоне МАКС-2001. Технику эту дорогой не назовешь. Учитывая, во сколько обходится государству подготовка боевого летчика и его здоровье, сумма кажется мизерной. Но срабатывает определенный стереотип мышления. Клиническая медицина работает с больными людьми, а создатели СКС имеют дело со вполне здоровыми пациентами.
     Естественно, возможности метода не ограничиваются лишь скорейшей подготовкой вернувшихся из боя к новым заданиям. Сотрудники ГНИИИ ВМ поддерживают связь с теми, кто был их пациентом в Дагестане и Чечне. И сейчас вполне можно утверждать, что психокоррекция в значительной мере снижает остроту пресловутого "военного синдрома", который в той или иной форме проявляется у всех, кому довелось пройти через боевые действия.
     В институте задумываются и над "гражданской" методикой использования психокорректоров. Не исключено, что они пригодятся для лечения наркомании, компьютерные психофизиологические системы позволят бороться с посттравматическими расстройствами психики, найдут себе место в экстремальной и спортивной медицине.

Борис ТАЛОВ. Rambler's Top100 ServiceRambler - Top100