Место встречи изменить!

     Нравится нам или нет, но пока существуют государства, будут существовать и государственные секреты. И, кстати сказать, в наше время "информационной революции" защита сведений, составляющих государственную тайну, не только не теряет своей значимости, но, наоборот, приобретает особую роль.

     Эксперты в области национальной безопасности до недавнего времени оценивали потенциал государств в трех измерениях: экономическом, военно-технологическом и политическом. Сегодня понятия "информация" и "мощь" все более и более переплетаются и становятся неразрывно связанными между собой.
     Наше Союзное государство по мере своего строительства также обзаводится своими секретами. Во-первых, в ходе активного сотрудничества различных министерств и ведомств России и Беларуси так или иначе происходит обмен информацией, составляющей государственную тайну наших государств. А во-вторых, появляются и собственные союзные секреты.
     Необходимость защиты такой информации очевидна. Поэтому Россия и Беларусь совместно обеспечивают защиту сведений, составляющих государственную тайну Российской Федерации и государственных секретов Республики Беларусь.
     В связи с этим мы предлагаем нашим читателям материал, в котором рассказывается о судебном процессе по делу заведующего сектором военно-технической и военно-экономической политики Института США и Канады Российской академии наук Игоря Сутягина, обвиняемого в государственной измене.

     В Калуге подходит к концу громкий судебный процесс по делу заведующего сектором военно-технической и военно-экономической политики Института США и Канады РАН Игоря Сутягина, обвиняемого в государственной измене в форме шпионажа. Государственный обвинитель потребовал определить подсудимому меру наказания в пределах санкции статьи 275 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 14 лет с отбыванием его в колонии строгого режима и конфискацией имущества.
     Однако сам Сутягин свою вину отрицает, а его адвокаты продолжают утверждать, что обвиняемый не может считаться шпионом, поскольку никаких секретных сведений якобы не разглашал и в своих аналитических работах пользовался исключительно данными, содержащимися в открытой печати.
     В научном сообществе контакты с коллегами, как российскими, так и зарубежными, чрезвычайно важны. А для коллектива Института США и Канады РАН - это просто аксиома. Как отметил в одном из интервью директор ИСК РАН Сергей Рогов, институт ежегодно проводит от десяти до пятнадцати семинаров и конференций, в том числе и за рубежом. И это - необходимый для ученых обмен информацией. Такие встречи помогают делать главное - анализировать американскую политику и российско-американские отношения. Сделанные выводы оформляются в виде научных работ или аналитических записок, направляемых в органы государственной власти.
     Немало рабочих встреч с американскими и канадскими учеными было и у Игоря Сутягина. "Насколько нам известно, - подчеркивает Рогов, - следствие не комментирует контакты Сутягина с американскими и канадскими учеными. Обвинение в передаче представителям иностранного государства сведений за денежное вознаграждение... связано с другими эпизодами, в частности, с поездками Сутягина в Великобританию".
     Итак. Англия, май 1998 года. "Офис" консалтинговой фирмы "Альтернатив фьючерс" ("Альтернатива будущего"). Здесь Сутягин впервые познакомился с неким Джоном Киддом, сыгравшим, как окажется потом, в жизни российского ученого роковую роль.
     Естественно, предоставить мне конкретные материалы расследования в УФСБ Калужской области отказались, но познакомили меня с видеозаписью рассказа самого Сутягина.
     - Как вы познакомились с Джоном Киддом?

     Сутягин: - Это произошло в гостиничном комплексе, в нескольких километрах от Бирмингема. Несколько домов, переоборудованных в гостиницу с конференц-залом. Здесь работали и жили участники конференции. Была создана идеальная обстановка для общения и мозгового штурма.

     Кидд, представившись главой фирмы "Альтернатива будущего", предложил Сутягину сотрудничество.

     Сутягин: - Джон Кидд заверил, что я буду иметь дело с нормальной консалтинговой фирмой, которая обслуживает солидных клиентов. Просто мне нужно будет обмениваться с ними информацией. Я предложил Интернет как способ передачи моих материалов. На что Джон Кидд сказал, что он заинтересован в эксклюзивной информации и не хотел бы, чтобы ею мог воспользоваться кто-то другой.
     При той первой встрече были улажены и вопросы оплаты услуг российского специалиста.

     Сутягин: - Было оговорено, что на первом этапе, который Джон Кидд рассматривал в качестве испытательного срока, он будет платить мне 700 фунтов ежемесячно. Затем эта сумма должна была увеличиться до тысячи фунтов.

     Никаких официальных контрактов и соглашений о сотрудничестве, как выяснилось на следствии, подписано не было. Джон Кидд, судя по всему, - вербовщик, свое дело сделал, а вскоре и вовсе исчез, уступив место "профессионалу узкого профиля" - Наде Локк.

     Сутягин: - Надя Локк обещала задавать вопросы об успехах наших подводников в деле обнаружения иностранных судов... Но дальше речь пошла и о неакустических методах обнаружения целей. Меня это насторожило, ведь для того, чтобы задавать такие вопросы, мой собеседник должен обладать специальной подготовкой... Надя вызвала у меня сильное подозрение в том, что является сотрудником какой-то спецслужбы. Несмотря на довлеющий надо мной экономический фактор, я почувствовал себя дискомфортно, душа не лежала к такому сотрудничеству. Я решил отказаться от этих встреч и связей...

     Но - не отказался. Слишком велик был соблазн заработать. Аналитик продолжал, по его собственному выражению, приносить своим зарубежным друзьям "золотые яйца". Да и план добычи нужной иностранным партнерам информации, видимо, у Сутягина уже созрел. Теперь его отношения с Надей Локк приняли вполне определенный характер. В отличие от Джона Кидда она сама никогда не звонила Сутягину в Россию. Более того, даже потребовала, чтобы и он звонил ей только по приезду в Лондон. И - никаких бумаг.

     Сутягин: - Во время одной из встреч Надя спросила меня о неких весьма специфических вещах, связанных с вооружением на российских атомных подлодках нового поколения. Мне было неприятно. Потом она дала мне листок с вопросами, по которым я должен был составить аналитическую справку. Один из вопросов касался модернизации самолета МиГ-29. Каковы намерения России в отношении его - является ли модернизация самолета еще одной экспортной программой или речь идет о перевооружении российской авиации? Другой вопрос - в чем отличие новых подлодок от прежних модификаций. Были и другие вопросы, но я их уже не помню...

     - Разведка, - считает Сутягин, - это, в общем виде, сбор и обработка информации.
     Да, для анализа стратегических вооружений России, безопасности ядерного оружия, проблем строительства и использования военно-морских сил он широко использовал сведения, опубликованные в открытой печати. Благо из-за царящей в последние годы неразберихи пресса и электронные СМИ буквально напичканы данными, представляющими государственную тайну.
     Возникает вопрос: может ли ученый, работающий с открытыми публикациями по военной тематике и делающий из них определенные выводы, привлекаться к уголовной ответственности? Вот мнение авторитетного эксперта по правовым вопросам Сергея Дьякова: "Для чего, для кого, зачем он это делает? Если это научный или профессиональный интерес либо подготовка статьи и у человека не сосредотачиваются секретные сведения, никаких оснований для преследования быть не может. И совершенно иное дело, если данные обобщаются по заданию иностранной спецслужбы, скажем, за деньги. Тут налицо признаки государственной измены в форме шпионажа. Шпионаж образуют действия, связанные со сбором, похищением, передачей, хранением с целью передачи иностранному государству, иностранным организациям или их представителям сведений, составляющих государственную тайну, а равно сбор и передача им иных сведений по заданию иностранной разведки для использования их в ущерб внешней безопасности России".

     Эксперт по стратегическим вооружениям Сергей БОВИН:
     - Когда я впервые увидел работы Сутягина, то решил, что он - специалист в нашей области. Сведения, переданные им иностранцам, являются государственной тайной и даже являются особо важными. Они наносят серьезный ущерб безопасности России.

     Военный эксперт по стратегическим космическим вопросам Леонид КИЛЕССО:
     - За вырезки из газет, продаваемых в электричках, больше их розничной цены никто платить не будет... Ущерб от передачи Сутягиным сведений, составляющих гостайну, действительно, нанесен, и государству потребуются дополнительные усилия, и прежде всего материальные, для его компенсации ...
     Но, как установило следствие, Сутягин добывал секретную информацию не только в открытой печати. Являясь экспертом в области проблем ПРО и военно-морских вооружений, он помимо своей основной работы в ИСК РАН читал лекции и давал консультации сотрудникам целого ряда закрытых военных учреждений - таких, как Обнинский центр переподготовки экипажей атомных подводных лодок, Учебный центр ракетчиков имени Петра Великого, Морской научный комитет Главного штаба ВМФ. За время сотрудничества с фирмой "Альтернатива будущего" он посетил десятки таких объектов, причем, как правило, не по приглашению, а по собственной инициативе. Отметим, что никакого денежного вознаграждения за эти лекции и консультации Сутягин не получал. А информационный "урожай" на режимных военных объектах, видимо, собирал обильный.

     Рассказывает преподаватель Обнинского центра, бывший командир атомной подводной лодки Виктор БОНДАРЕНКО:
     - Профессионального удовлетворения от лекций Сутягина мы не получали, но каждый раз ему задавалось множество вопросов самого разнообразного характера, поскольку аудитория считала Сутягина человеком, облеченным доверием самых высоких военных инстанций. Все наши вопросы он тщательно вносил в блокнот. И, видимо, не случайно: по характеру вопросов квалифицированный аналитик вполне может составить представление о том, чем занимается центр, что его коллективу удалось и над какими секретными темами он сейчас работает.
     Сутягин весьма коммуникабелен, умеет расположить к себе собеседника, быстро входит в доверие. Не исключаю, что в приватных беседах с ним даже повидавшие виды офицеры могли быть излишне откровенны.
     Еще более откровенен был сам Сутягин во время контактов с военно-морскими атташе иностранных посольств в Москве. Вот только один любопытный эпизод. В самый разгар недавних событий, связанных с бомбардировками НАТО Югославии, в Средиземное море вышел российский разведывательный корабль "Лиман". Еще шесть кораблей этого класса стояли в полной готовности выдвинуться в район конфликта. В этой ситуации иностранные разведки крайне интересовало вооружение российских кораблей, способны ли они отразить нападение.
     Сутягин навестил на служебной квартире одного из иностранных военно-морских атташе, и тот задал вопрос о вооружении "Лимана", что называется, в лоб. И Сутягин, владеющий полной информацией, легко удовлетворил хозяина: "Никаких вооружений, кроме автоматов и пистолетов, на "Лимане" нет".
     Свой "источник информации" зарубежная спецслужба берегла надежно. Никаких звонков в Россию. Постоянная смена мест встреч - Великобритания, Бельгия, Венгрия. Но российская контрразведка уже шла по следам "аналитика". 26 октября 1999 года, накануне выезда Сутягина на очередную встречу, теперь уже в Италии, он был арестован. При обыске на квартире у него было изъято 25 тысяч долларов, дискеты с материалами, которые он не успел вывезти.
     Тут же "лопнула" и "крыша" иностранной спецслужбы - фирма "Альтернатив фьючерс". В ходе расследования выяснилась любопытная деталь: о связях Сутягина с этой организацией в ИСК РАН не знал никто, даже сам директор Сергей Рогов. Хотя в этом талантливом коллективе ученых источники дополнительных заработков скрывать не принято.
     - Организация "Альтернатива будущего", - утверждает Рогов, - нам неизвестна. Более того, когда наши сотрудники попытались с ней связаться, то поиски оказались безрезультатными.
     Думаю, были бы напрасной тратой времени и поиски реальных Джона Кидда и Нади Локк. Сотрудники спецслужб своих настоящих имен не афишируют. Талантливый молодой ученый в поисках дополнительного заработка (зарплата даже доктора наук, по словам Рогова, - 900 рублей в месяц) пошел по самому опасному и скользкому пути, который, вполне возможно, может окончиться полным крахом всех надежд и стремлений.
     Россия - страна только крепнущей демократии. Но даже в США законы по отношению к людям, изменившим Родине, неумолимы и суровы. Параграф 794-й (сбор, передача информации оборонного значения иностранному государству) УК США гласит: "Тот, кто, намереваясь использовать или имея основания полагать, что она (информация) будет использована во вред Соединенным Штатам или в пользу иностранного государства... карается смертной казнью либо тюремным заключением пожизненным или на любой срок".
     Как расценит действия Игоря Сутягина российский суд, покажет ближайшее будущее.

Владимир АЛЕКСАНДРОВ.
Калуга - Москва. Rambler's Top100 ServiceRambler - Top100