Ирма Сохадзе и оранжевый верблюд

     Кавалер ордена Чести, народная артистка Грузии решила возродить дружбу между нашими народами. И мы ей в этом будем помогать.

     Напротив Бабаевской фабрики в Москве, рядом с фабрикой обойной и хлебокомбинатом, где обитают не "новые русские", а вечные русские, появилось грузинское кафе. Случилось это как раз во времена, когда по телевизору дипломаты двух стран пугали "адекватными мерами" и вводили визовый режим. За одну ночь над входом появилась вывеска: "Грузинская и русская кухня. Кафе "Два друга". Михаилу Егорову и Мелитону Кантарии, водрузивших знамя Победы над рейхстагом, посвящается". Теперь в этом народном кафе даже на нетрезвую голову не придет кому-то сказать:"понаехали тут разные...". Здесь уже есть своя легенда, Петрович, который однажды, в день выплаты зарплаты не конфетами, а деньгами, произнес знаменитый тост: "Прошу считать меня лицом кавказской национальности".
     Вот такая народная дипломатия.
     У меня тоже есть подружка в Тбилиси. И то, что задумала она, кажется, заслуживает не только тоста...
     Очень легко представлять Ирму коллегам и друзьям: "Помните замечательную девочку, которая пела "оранжевое небо, оранжевое море..."

     - Ирма, когда ты впервые исполнила эту песню и вообще, как появилось на свет "Оранжевое небо"?

     - Три больших человека специально для меня написали эту песню, заранее рассчитанный хит для маленькой девочки: это Константин Певзнер, руководитель оркестра, Аркадий Арканов и Григорий Горин, царство ему небесное.
     Горин и Арканов были в Грузии. Сели и придумали песню, которая была бы моей визитной карточкой во время предстоящих больших гастролей в Москве. Она до гениальности проста по тексту и по музыке. Я не припомню другого шлягера, который почти сорок лет жил бы в памяти.
     Оранжевые мамы оранжевым ребятам оранжевые песни оранжево поют...
     Сейчас нет песен, которые мы вместе поем. Раньше так много было.
     Премьера была как раз в саду "Эрмитаж". Мы пол-лета выступали в Москве. Я пела взрослый репертуар, грузинские, американские песни. Это был 65-й год. Мне было 8 лет. Меня тогда любила вся страна. Приходили сотни писем даже с таким адресом: Тбилиси, Ирме.

     - Читателям "Российской газеты" представился уникальный случай узнать от первого лица: как у вундеркиндов складывается судьба?

     - Всю жизнь у меня был единственный конкурент - мое детство. Меня все время со мной сравнивали: "в детстве она, конечно же, пела лучше..." Вообще-то мое детство меня все время обязывало, подхлестывало, подталкивало. Грузины, ты же знаешь, талантливый, но довольно ленивый народ, а я чистокровная грузинка. Ничегонеделание в нас очень сильно сидит. С другой стороны, мы очень амбициозны: мама будет переживать, если я брошу петь. Да и вообще хотелось всем доказать, что мое детство не случайно. Поэтому закончила консерваторию, работаю на телевидении, выступаю с концертами, в масштабах Грузии достигла всего - званий, положения и...

     - В России Тамару Гвердцители очень хорошо знают и любят, а вот Ирма Сохадзе потерялась.

     - И не надо об этом переживать. В Москве у вас и так засилье грузин. Я все время в Тбилиси, потому что я там нужнее. Переехать и обосноваться в Москве не могла. Но пренебрегать очаровательной "оранжевой" памятью я не буду.

     -Ты теперь так редко бываешь в Москве. Последний раз - благодаря юбилейным концертам "Орэры", на который собрались все знаменитые советские вокально-инструментальные ансамбли. Посол Грузии Зураб Абашидзе тогда произнес изысканную речь о том, что не было грузина в Москве, который не пригласил бы девушку на свидание от имени "Орэры". Еще не одно поколение грузин по мужской части не сможет простить развал Союза...

     - Да, это был теплый вечер и теплые встречи... Я многое для себя тогда поняла и решила. Понимаешь, после того, как ввели визы между Грузией и Россией, я дала себе зарок: не приезжать в Россию, пока не отменят визовый режим. Я не буду вдаваться в подробности, почему его ввели, кто прав, кто виноват. Наверное, все неправы понемножку. Но - не получилось у меня не приезжать: я приехала в июне на фестиваль Булата Окуджавы. Из уважения и любви к Булату Шалвовичу я не могла не приехать. Он был главным символом всего лучшего, что существовало между русскими и грузинами... Его грузинские корни и арбатское воспитание довели образ до совершенства. Потом я приехала по приглашению ОРТ, программы "Большая стирка".
     Все эти месяцы, как введен визовый режим, я думаю: почему мы должны так разобщаться? Будто какими-то железными щипцами нас развели... Почему наши дети не должны знать друг друга, я уж не говорю любить...

     - Ирма, а в какой степени теперь присутствует в Грузии русский язык?

     - В минимальной. В школах его преподают как иностранный. Русский язык сегодня в Грузии практически не звучит. Разве что в театре Грибоедова.
     Грузины теперь говорят на родном грузинском, который мы обожаем, а потом на американском английском, и все наши вывески стали грузино-английские...
     Дети наши учат английский и Диккенса читают в оригинале - я ничего против не имею. Я даже за то, чтобы они учили японский в придачу. Но - не за счет русского. Искоренять культуру, которая столько веков шла рядом и обогащала всех, это мне не нравится как музыканту.
     Я постараюсь если не противостоять этому, то хотя бы выразить свою позицию, чтобы в Москве не считали, что вся грузинская интеллигенция такое положение приемлет. Это тоже важно, правда ведь Ядвига?

     - Очень важно, дорогая Ирма. Я даже предполагаю, что надо определенное мужество, чтобы иметь сегодня в Тбилиси такое мнение.
     А можно задать самый трудный и самый главный вопрос: почему грузины так резко разлюбили Россию? Кто и в чем, на твой взгляд, виноват?

     - Наверное, все мы резко не правы. Наверное, кто-то очень сильно желал этой неприязни. Знаешь, когда два соседа ссорятся, третий может или помирить или рассорить их на всю жизнь. Я не знаю, кто был этим третьим соседом... Во всяком случае, на этом сыграли.
     Наверное, какую-то ошибку допустила и Москва 9 апреля 1989 года... Это был и удар по моему самолюбию и моей любви к вам. Интеллигенция российская на нашу боль никак не отреагировала. Я думала, что российская интеллигенция взорвется, приедет в Грузию, нет, не извиняться, зачем нам за политиков извиняться, но хотя бы посочувствовать. Это была первая трещина... Потом все пошло-поехало. Уже считалось моветоном отводить ребенка в русский сад или давать ему с детства русские книжки. Что-то страшное произошло. Это нам навязали, нас рассорили. То, что я говорю, сейчас в Грузии не популярная тема.
     А я хочу, если еще не поздно, говорить о том, что народы, в отличие от политиков, не должны терять друг друга.

     - Америка как присутствует в Грузии?

     - А я не знаю. Какими-то инвестициями, которые до нас, простых смертных, не доходят.
     Америка и Россия быстрее подружатся, нельзя маленькой стране играть на их противоречиях, надо соседей всегда иметь в друзьях. Неужели нужна была репетиция конца света - 11 сентября на Манхэттене, чтобы до двух великих держав дошло: надо объединяться против реально врага, а не играть с врагом условным, затрачивая на это колоссальные средства, разделяя весьма условные сферы влияния.

     - Ирма, мы ведь теперь совсем не знаем, как вы живете...

     - Ой, милая моя... Живем лучше. Лучше... Что греха таить. Теперь я даже могу пригласить тебя домой в гости. Лучше живем, чем когда мы с тобой прошлый раз беседовали несколько лет назад в Тбилиси, в гостинице. Помнишь?.. Тогда, на руинах грузинско-абхазской войны жить не хотелось. А сейчас хочется.
     Есть надежда, что что-то будет. Я не могу сказать, что удается искоренить бедность. Пенсия у стариков 14 лари, это примерно 7 долларов, На эти деньги можно купить разве что лекарств на неделю, и то не всегда...А зарплаты, знаешь, какие? Вот я заведующая отделом первого канала телевидения - 39 лари. Вот такие зарплаты в госучреждениях.

     - А есть где людям работать?

     - У нас с рабочими местами туго, многие едут на заработки в Россию.

     - У вас хоть свобода прессы есть?

     - Этого добра у нас хватает. Пиши что хочешь, говори что угодно, никто тебя не тронет. Но что толку. Вначале было так приятно. Все говорим! А теперь каждый дудит в свою дуду.

     - А как поживает твоя семья, Ирма?

     - Старшая дочь Саломка два года проучилась в Англии, защитила степень магистра по культурологии, вышла замуж, неожиданно для меня за иностранца. Они счастливы. Они влюблены, молоды... Оба работают в Тбилиси. Младшая Наталья закончит в этом году школу, я была бы счастлива, если бы она смогла учиться в Москве.
     Мой муж, с которым мы уже отметили серебряную свадьбу, остается дорогим мне человеком. Все говорят, что в сфере шоу-бизнеса - мы единственная такая пара. Он тоже работает, вкалывает на государственной службе. Так и живем.
     Грех жаловаться. Но можно и пожаловаться. Потому что в Тбилиси сейчас всем трудно, кроме пяти процентов, которые наживаются за наш счет и никак не наживутся. Мы сейчас объявили в Грузии борьбу и отпор коррупции. День и ночь об этом говорим, говорим...
     Представляешь, моя младшая дочка плохо говорит по-русски, хотя моя старшая прекрасно говорит. Это проблема уже не моей семьи. Это проблема уже всего грузинского народа. В конце концов, я осознала: мы исконно были вместе и чтобы не делали политики и политиканы культурно мы должны быть вместе. Я с этой мыслью пошла к нашему послу в России Зурабу Ираклиевичу Абашидзе. Знает о моей идее и художник Зураб Церетели. Знают многие деятели культуры в Тбилиси. Я с ними хочу приехать в Москву и хочу, чтобы нас поддержали российские деятели искусств, и провести концерт "Мир без виз".

     -Ирма, "Российская газета" готова представить зал для этой акции "Мир без виз".

     - А на сколько мест ваш зал?

     - На 200.

     - Может мы в Москве больше найдем друзей?

     - Пожалуй. Давай даже для читателей предусмотрим призовые билеты. Они расскажут каждый свою историю "Два друга" и в награду получат приглашение на концерт мастеров двух стран. Сколько россиян помнят щедрое грузинское застолье!

     - А сколько грузин обязаны своей судьбой великой русской культуре и великой России!.. Мы сделаем это концерт для молодых. Потому что мы как любили друг друга, так и будем любить, нам уже никто не помешает, а дети наши даже не подозревают о существовании друг друга... Если есть где-то проблема, там ее и надо искоренить, а людям дать жить спокойно. Не надо искать причину среди обыкновенных людей, у которых есть родственники и друзья. Я думала, что в ХХI веке вообще не будет никаких границ, не то что виз и мы будем освобождаться от навязанных нам границ. На самом деле произошло иначе.
     Я не уверена, что на второй день после нашего концерта отменят визы и мы улетим без них. Но для наших общих песен виза и не требуется.

Ядвига Юферова Rambler's Top100 ServiceRambler - Top100