Забытая война

     Неизвестные страницы истории и герои "локального конфликта" в Корее в начале 50-х

     До недавнего времени сведения об участии советских людей в так называемых локальных войнах считались совершенно секретными. В лучшем случае признавалось присутствие там военных специалистов, не более. Хотя ни для кого в мире, кроме нас, это не было тайным. Так было и в Корее, где в воздушных боях участвовали целые соединения Советской Армии.
     Война в Корее началась 25 июня 1950 года столкновением крупных группировок сухопутных войск КНДР и Южной Кореи. Через трое суток северокорейцы вошли в Сеул. Казалось бы, победа коммунистов близка. Но Совет Безопасности ООН объявляет КНДР агрессором. В Южную Корею входят американские части, получившие статус формирований ООН. К ним присоединяются вооруженные силы 15 государств. Главнокомандующим назначается генерал Макартур. Северокорейская армия попадает в окружение и полностью теряет артиллерию и танки. Американцы захватывают большую часть корейской территории и оказываются вблизи границы Китая и СССР. Этого ни Китай, ни Советский Союз стерпеть не могли. Китайское правительство объявило о начале действий в помощь корейскому народу.
     Многочисленная армия китайских добровольцев перешла границу Северной Кореи и вступила в бой с американскими и южнокорейскими войсками. Но оказалась беззащитной перед ударами американцев и их союзников с воздуха. Самолеты американцев гонялись за каждым поездом, даже санитарным, за каждой машиной, широко применяли напалм.
     По просьбе правительства Мао Цзэдуна в район военных действий был направлен советский 64-й авиационно-истребительный корпус войск ПВО страны под командованием Героя Советского Союза генерал-лейтенанта Г.А. Лобова. Вслед за летчиками в "командировку" отправились зенитчики и другие военные спецы.
     Как свидетельствуют документы, этот корпус в 1952 году насчитывал 25 тысяч человек и включал в себя три авиационные, две зенитные артиллерийские и авиационно-техническую дивизии. Кроме того, в него входили три отдельных полка: "ночников", истребительный полк авиации Военно-Морского Флота и прожекторный, а также два госпиталя и подразделения аэродромного обслуживания.
     Советские военнослужащие, прибывавшие в Китай, первым делом сдавали все документы, книжки, комсомольские и партийные билеты. Им приказывали выслать домой все письма и личные бумаги, запретили всяческую переписку. И, разумеется, вести дневники и записи личного характера.
     - Конечно, - вспоминает один из добровольцев И.А. Тупицин, - наши родители, получив свои письма обратно с просьбой больше не писать, пока мы сами не объявимся, сразу обо всем догадались. Ведь в это время в мире шла только одна война - в Северной Корее.
     Одним из строжайших требований к советским солдатам и офицерам было ни в коем случае не сдаваться в плен. Для того чтобы даже мертвый советский солдат не попал в руки противника, хоронили всех наших погибших в Порт-Артуре. В извещениях родителям указывалось, что их сын, муж или погиб, или тяжело ранен при исполнении служебных обязанностей. И никаких почестей, привилегий. За разглашение этой военной и государственной тайны грозил расстрел. Поэтому все военные и гражданские лица - служащие госпиталей дали подписку с клятвой о неразглашении этой тайны в течение 20 лет.
     Нашим летчикам приходилось сражаться в неимоверно сложных условиях. Они вынуждены были долгими часами находиться в кабине истребителей в полной экипировке, ждать команды на вылет по первому же сигналу. Страшная жара и влажность изнуряли до предела. Огромными были перегрузки в полетах. Американцы, чтобы облегчить их, применяли специальные костюмы. У советских летчиков таких костюмов не было.
     Кроме того, им было категорически запрещено вести поединки над морем. Американцы знали, что у наших летчиков строгий приказ - не перелетать границу. Это было вызвано тем, что Советский Союз не признавал свое участие в корейской войне, а истребитель МиГ-15 считался сверхсекретным. Не зря ведь американцы разбрасывали всюду листовки, где сулили нашим летчикам миллион долларов за угон МиГа. Янки знали об этом запрете и при необходимости уходили от преследований в сторону моря, где их не могли атаковать.
     Ни о каких материальных благах для наших летчиков речи не было. Воевали на голом энтузиазме. И дрались отлично. В их числе были и белорусы Лев Щукин, Евгений Стельмах, Алексей Свинтицкий и другие воздушные асы.
     ...В марте 1951-го с одного из советских аэродромов по тревоге был поднят в воздух 18-й гвардейский истребительный авиационный полк. И исчез. Но зато на китайском аэродроме Аньдун появился аналогичный полк безо всякого названия. На фюзеляжах МиГ-15 были опознавательные знаки северокорейских ВВС, а пилоты одеты в китайскую военную форму без знаков отличия. Понять, что за таинственный противник сражается с ними, американским летчикам было несложно. Настроившись на волну МиГов, янки зачастую слышали упоминание о собственных матушках на самых различных диалектах великого и могучего русского языка. Вчерашние союзники, шесть лет назад праздновавшие встречу на Эльбе, впервые скрестили оружие в небе Кореи. В кабине одного из реактивных истребителей сидел капитан Лев Кириллович Щукин, командир звена.
     ...Как-то ближе к вечеру наблюдатели обнаружили в небе американского "Мустанга". Он шел на высоте около 1500 метров курсом к побережью Желтого моря. Капитан Щукин взлетел по сигналу с КП в составе своего звена и повел уже испытанную в боях четверку МиГов на перехват противника. Первые же очереди задели мотор на "Мустанге", и он заглох. Летчику удалось выровнять машину. Но до берега она не дотянула и села на воду. Через несколько мгновений "Мустанг" скрылся в пучине.
     Однажды Лев Щукин в паре с ведомым вел схватку с четверкой "Сейбров". Бой разгорелся на высоте 10 тысяч метров. Американские асы показывали чудеса пилотирования. В какой-то момент Щукину все же удалось перехитрить противника. На "косой петле" поймал его в прицел - и все было кончено. Вспыхнувший F-86 потерял управление и рухнул на землю. Но американцы каким-то образом сумели отсечь ведомого командира звена, и пара "Сейбров" накинулась на истребитель Щукина со стороны задней верхней сферы. Уйти из-под удара не удалось. Управление на МиГе было повреждено, самолет перестал повиноваться. Спасла катапульта. После госпиталя, залечив рану, Лев Кириллович вернулся в свой полк.
     Не обходилось без потерь. Смерть на Корейском полуострове подстерегала наших летчиков всюду - и в небе, и на земле. В одном из жестоких боев капитан Щукин стал свидетелем геройской гибели своего земляка, старшего лейтенанта Евгения Стельмаха. После того как он в крутом пике сразил тяжелый американский бомбардировщик В-29, группа "Сейбров" обрушила на его истребитель шквал пулеметного огня. Были повреждены тяги управления рулем высоты. Самолет начал падать, и летчику пришлось катапультироваться. Приземлился Евгений удачно, быстро отстегнул замки на ремнях, освободился от подвесной системы. И тут увидел невдалеке вражеских диверсантов. Окружив летчика, они взяли его на прицел, начали принуждать к сдаче в плен. Евгений укрылся за деревьями, отстреливался из пистолета. К месту схватки, услышав стрельбу, заторопились китайские добровольцы. Но не успели. Евгений Стельмах отстреливался до конца. Расстреляв две обоймы, последнюю пулю пустил себе в сердце. Посмертно Евгений Стельмах, уроженец города Осиповичи, был удостоен звания Героя Советского Союза.
     Цинковых гробов в ту пору на родину не возили. Ведь наши парни там якобы вообще не воевали... Белорус Евгений Михайлович Стельмах похоронен на русском кладбище в китайском городе Далян. Бывшем русском городе Дальний, где находилась известная военная морская крепость Порт-Артур. Рядом с солдатами Русско-японской войны лежат погибшие в Корее воины-интернационалисты.
     11 января 1952 года у капитана Щукина был 121-й по счету боевой вылет. Американские "Суперфортрессы" в сопровождении истребителей прикрытия упорно рвались к важным объектам наших и северокорейских войск. В скоротечной схватке Лев Кириллович пушечным огнем сразил F-86. Это был уже пятнадцатый сбитый им самолет. Но и сам не сумел выйти из-под огня. Его истребитель был подбит, пришлось - уже во второй раз - катапультироваться. Из-за серьезного ранения надолго угодил в госпиталь. А вскоре Лев Кириллович Щукин получил звезду Героя.
     Земляк Щукина, минчанин Алексей Свинтицкий, боевой опыт получил еще в Великую Отечественную. И этот опыт выручал его в корейском небе. В летной книжке Свинтицкого есть запись, датированная 7 июля 1951 года: "Самолет МиГ-15. Вылет на боевое задание на прикрытие железной дороги на участке Аньдун - Ансю от ударов противника. Задание выполнено. Произведен воздушный бой. Лично сбит F-86".
     - Нашу пару в том бою, - вспоминал Алексей Александрович, - атаковали шесть американских истребителей. В наушниках слышу: "Уходи, сзади "Сейбр". Тут же почувствовал, как машина вздрогнула. Но повезло: двигатель цел, самолет после повреждения остался вполне управляем. Вышел из-под обстрела, развернулся, а мне навстречу на огромной скорости летят два F-86. В самый последний момент, когда столкновение казалось неизбежным, резко взял ручку на себя. Только когда машина круто взмыла ввысь, оглянулся: внизу, оставляя шлейф черного дыма, падал американец...
     Совершив 153 боевых вылета и сбив при этом два самолета противника, старший лейтенант Алексей Свинтицкий в феврале 1952-го вернулся домой. К его фронтовой медали добавились два боевых ордена - Красного Знамени и Красной Звезды.
     У каждого добровольца, попавшего в этот суровый корейский переплет, была своя война и своя судьба. Витебчанин Аркадий Лабузов служил авиамехаником, "штопал" израненные истребители и заправлял их перед боевыми вылетами. Борис Морев, тоже родом из Витебска, "делал" летчикам погоду в районах боевых действий - был радистом-метеонаблюдателем. А старший преподаватель минского Института физкультуры Иван Дубовик учил китайских летчиков прыгать с парашютом.
     У тезки Дубовика - Ивана Деревяго из деревни Краснолуки Крупского района - была иная задача - спасать наших бойцов от плена. Американская разведка организовывала настоящую охоту на советских солдат и офицеров. Ведь за каждого обещалась большая награда - 10-15 тысяч долларов...
     Такой она была, "забытая война". О ней не расскажут архивы. Довелось это сделать только ее участникам - тем, кому суждено было вернуться домой.

Владимир Павлов,
Минск Rambler's Top100 ServiceRambler - Top100