Затерянные в лесу

     Не все кубанцы, пострадавшие от наводнения, обрели жилье к Новому году, как им обещали

     После наводнения их поселили в лесу на заброшенной базе отдыха. Так они тут и живут. Вокруг стеной стоит лес, и до трассы два километра им приходится брести по колено в снегу. Так дети добираются в школу, а взрослые на работу. Вечером возвращаются в дома-клетушки без отопления, потому что идти больше некуда. А старикам и малым ребятам приходится здесь находиться постоянно. Но хуже всего, когда гаснет свет. Тогда становится особенно страшно и холодно.

Если не заглядывать за шторку

     Армавирские страдальцы волею судьбы и обстоятельств попали в число 10 - 12 процентов тех, кто до Нового года так и не дождался от местных властей обещанного теплого дома. Срок завершения строительства жилья для пострадавших от июньской стихии на Кубани переносили несколько раз. Окончательной датой было названо 26 декабря. После этого, по словам председателя правительственной комиссии Сергея Шойгу, "должны остаться лишь штрихи". Судя по всему, таких "штрихов" набирается слишком много, и они заметно портят общую картину.
     Хотя картина большого строительства на Кубани, безусловно, впечатляет. Восточная часть края, на которую обрушилось наводнение, превратилась в огромную строительную площадку. Свыше шести тысяч семей здесь в одночасье лишились крова. Это в два раза больше, чем в соседнем Ставропольском крае и в несколько раз больше, чем в других регионах Южного федерального округа, пострадавших от удара стихии. В начале ноября, когда Президент Владимир Путин проводил совещание в Майкопе, дела со строительством на Кубани обстояли хуже некуда. Он тогда прямо сказал об этом губернатору Александру Ткачеву, заметив, что отвечать в конечном итоге за провал придется лично ему. "Вы такой энергичный, деятельный человек, - сказал Президент, - я знаю, что в Краснодарском крае развернут большой фронт работ, и очень рассчитываю на то, что есть все шансы завершить строительство в обозначенные сроки".
     Кубанский губернатор очень старался. В крае свернули другие строительные программы. Все силы и средства были брошены на возведение жилья. Темпы его возведения били все рекорды. Так, в Армавире 148-квартирный девятиэтажный дом вырос в течение четырех месяцев. За это же время на бывшем кукурузном поле в Новокубанске появился целый микрорайон.
     Все это широко освещалось в местной прессе: журналисты, как правило, никуда в сторону от губернаторского маршрута не сворачивали. Но корреспондент "РГ" решил несколько отклониться от накатанного пути, чтобы посмотреть, что там, за внешним, праздничным фасадом, а заодно разобраться, почему, несмотря на сверхавральные темпы работ, к обещанному сроку всех пострадавших не сумели обеспечить жильем.

Роковая женщина

     Галину Голубеву не многие на Кубани видели, но почти все о ней слышали: имя генерального директора "Спецстройтреста N 4" постоянно склоняли по телевизору, намекая, что это как раз та женщина, которая может подвести под монастырь молодого кубанского губернатора.
     Когда корреспондент "РГ" приехал на стройплощадку в Новокубанском районе, Галина Голубева сидела за столом с ворохом бумаг в вагончике-бытовке, и вид у нее был невеселый. "Сколько у нас там на счету?" - спросила она у сидящей напротив Раисы Сорокиной, начальника производственно-технического отдела треста. "Четыре триста", - ответила Сорокина. "Так вот, два миллиона семьсот тысяч нужно возвращать", - сказала Голубева и тяжело вздохнула. Ведь она взялась за эту стройку в надежде на прибыль, а в итоге получила одни убытки, да и к тому же подпортила себе репутацию.
     Когда в конце августа Галина Голубева приехала на Кубань, она буквально всех очаровала. Тендер на строительство 102 домов и квартир выиграла играючи, наобещала златые горы заказчикам - будущим хозяевам жилья, которые и перечислили со спокойным сердцем ей деньги со своих лицевых счетов... Однако работа вопреки ожиданиям не закипела. Сначала возникла проблема со стройматериалами. Потом с техникой. Затем со специалистами. Прошла осень, наступила зима. И только тогда местные власти спохватились, что одна из основных строительных площадок в Новокубанске "провисает". Спешно направили сюда рабочих из окрестных хуторов и станиц. Не помогло. Тогда Голубеву стали уговаривать передать часть взятого заказа другим подрядчикам, но для этого нужно было вернуть деньги "подтопленцев". Голубева сопротивлялась долго и упорно.
     - Нам пришлось уговаривать ее образумиться и по-хорошему, и по-плохому, - сказал корреспонденту "РГ" генеральный директор краевого департамента по строительству и архитектуре Александр Каверин, - пока Галина Александровна согласилась передать часть заказа другим подрядчикам. Но упущенного времени уже не вернешь. Сюда еще не подведены коммуникации, так что о завершении работ можно вести речь не раньше, чем через пару месяцев.
     К строительству нескольких домов на этой площадке сегодня едва приступили. Другие дома уже доросли до крыши, но лишь в нескольких ведется отделка. Сюда еще не подведены коммуникации, так что о завершении начатых работ можно вести речь не раньше, чем через пару месяцев.
     Галину Голубеву слегка успокаивает тот факт, что не одна она на Кубани села в "лужу наводнения". Еще с дюжину подрядчиков, взявшихся за авральную стройку, пришлось менять на ходу. Время, потраченное на проведение тендера, в итоге оказалось потерянным впустую: его зачастую выиграли строительные организации, не умеющие работать в экстремальных условиях.

Банька в Красной Поляне

     Поселок Красная Поляна - это армавирский пригород. Здесь нет почти ни одного подворья, не пострадавшего от наводнения. Саманные хаты рухнули, как только сошла вода, а вот маленькие кирпичные пристройки сохранились. В них-то и обитают сейчас "подтопленцы", дожидаясь лучших времен.
     Наталья Шаркова вместе с двумя детьми живет в бане. Соседи им завидуют: хоть в тесноте, но зато в тепле - двухметровую баньку легко протопить. 18 семей в Красной Поляне, решившие строиться на прежних подворьях, теперь за голову хватаются и кусают себе локти. Заманили их краснодарские строители красивыми посулами и обещаниями, а в итоге остались они у разбитого корыта: нет ни денег на счете, ни теплого дома.
     - Летом знаете, сколько "купцов" на наши сертификаты объявилось, - рассказывает Татьяна Пузик. - Все старались показать товар лицом, расхваливали свои проекты, обещали, что до зимы вселимся в новые дома. Мы заключили договоры с краснодарской строительной фирмой "Юг-индустрия", которая посулила даже пластиковые окна и крышу из металлочерепицы. А в итоге на участках до сих пор стоят одни коробки... Но денег на наших счетах почти не осталось. Куда они ушли, нам никто не объясняет, зато администрация сейчас уговаривает нас заключить новые договоры. Мол, теперь мы сами будем подрядчиками. А на что строить наши дома? Куда уплыли денежки со счетов?
     - Строительные материалы на участки завозили по накладным, а забирали их от нас безо всякого оформления, - говорит корреспонденту "РГ" Наталья Шаркова. - Нам приходилось неделями искать строителей, чтобы уговорить их продолжить работы. Они от нас прятались, как черт от ладана. Какая же им теперь вера?!
     Надо сказать, что "Юг-индустрия" в поселке Красная Поляна построила несколько восьмиквартирных коттеджей. В них уже живут люди. Василий Аксененко доволен новой квартирой: в доме все удобства, тепло, ну а утраченное имущество - дело наживное. На первое время им даже кровати привезли.
     - Нам со старухой здесь все нравится, - сказал Василий Романович. - На Новый год приезжали гости: у меня 1 января был день рождения - юбилей. Спасибо за все и строителям, и Правительству.
     Ну а те, кто остался зимовать в баньках, уже не раз пожалели, что не захотели расставаться со своими подворьями. Судя по всему, новоселье справлять им придется еще не скоро.

В списках не значатся

     Крестьянская семья Вдовенко до июньской трагедии жила в станице Убеженской Успенского района. Сюда они перебрались из Армавира примерно полтора года назад. Купили небольшой домик, но вот прописаться не успели. И хотя есть множество документов, подтверждающих и сам факт проживания в купленном доме в станице Убеженской, и отсутствие другого жилья, местные власти не признали их пострадавшими. 12 дней в хате семьи Вдовенко стояла вода, дом разрушился, но двое взрослых и двое их несовершеннолетних детей оказались в итоге не только без прописки, но и без жилья. Став, по сути, бомжами...
     Решением райсуда еще 8 октября было подтверждено право семьи Вдовенко на получение всех социальных выплат, положенных тем, кто пострадал от наводнения. Но они так и не получили от государства ни копейки. Мало того, когда с решением суда Ирина Вдовенко пришла к главе районной администрации Джамбулату Хатуову, тот, припомнив жалобы женщины, что она с детьми едва не погибла, потому что о надвигающемся наводнении их никто не предупредил, обвинил ее в пьянстве и плохом присмотре за детьми.
     - Я три часа простояла по шею в воде, - рассказывает Ирина, - пока сын не выбил крышу, не залез на чердак, и его не увидели спасатели. Мы чудом остались в живых, а теперь нас снова пытаются убить заживо.
     До июньской трагедии Ирина Вдовенко была женщиной, что называется, в теле. Теперь 30-ти килограммов - как ни бывало. Знакомые, встречая ее на улице, не узнают. Но такой "диеты" никому не пожелаешь. Живут Вдовенко по-прежнему по чужим углам, носят одежду с чужого плеча и пока не видят света в конце тоннеля.

Зимовье на берегу Урупа

     На заброшенной базе отдыха мебельного комбината в нескольких километрах от Армавира нынешним летом был организован один из эвакопунктов. Здесь жили примерно 120 человек, чьи дома разрушила стихия. Сейчас осталось 18 - те, кому идти больше некуда.
     Живут в летних домиках, за водой ходят к реке или растапливают снег. Греются возле электроплиток и каминов, но электричество бывает не всегда. Когда в середине декабря ударили почти 20-градусные морозы, стало совсем невмоготу...
     У Зои Мороз четверо детей, младшей девочке - три года, 12-летний сын каждый день ходит по лесным тропинкам в школу. Два километра в одну сторону до трассы, да потом еще несколько километров на автобусе.
     Зоя Ивановна в отчаянии: дети болеют, голодают и мерзнут, а она, мать, не может им помочь. А ведь многодетной семье пообещали построить четырехкомнатный дом общей площадью 90 квадратных метров, еще в августе был заключен договор, но до сих пор на участке кроме фундамента ничего нет.
     Обманутыми считают себя и другие вынужденные обитатели этих мест.
     - Дочка приходит с работы и каждый день плачет, - рассказывает пожилая Любовь Яковлевна Мистрюкова. - Нам обещали в поселке Заветном построить домик, и адрес назвали - Сургутская, 18. Дочь поехала смотреть, а там не домик, а что-то типа собачьей будки. Одна комната - без всякой отделки. Говорят, что тепло, свет, газ дадут, и мы сами будем красить и обои клеить. А какой из меня, старухи, маляр? Ведь дочка все время на работе. Да и где же обещанные две комнаты? В "собачью будку" не пойду, уж лучше буду здесь замерзать.
     Для армавирских властей урупское зимовье - словно бельмо в глазу. Благо, что о нем мало кто знает. Корреспондент "РГ" был первым журналистом, узнавшим о его существовании.

Татьяна Павловская
"Российская газета"

Краснодар Rambler's Top100 ServiceRambler - Top100