Геннадий Рождественский:
Прокофьев был сверхгениален

     На концерты, посвященные 50-летию со дня смерти великого композитора - Сергея Прокофьева, в Москву из Стокгольма прилетел дирижер Геннадий РОЖДЕСТВЕНСКИЙ. Корреспондент "РГ" взял у маэстро небольшое интервью.

     - Геннадий Николаевич, вам довелось встречать Прокофьева. Каким он был?

     - Я видел его всего два раза. Первый раз - в Большом зале консерватории весной 1945 года: он дирижировал премьерой своей Пятой симфонии. Символично, что во время ее звучания в зал доносились залпы салюта - отмечалась одна из последних побед Красной Армии. Раскаты артиллерийской пальбы смешались с торжественным звучанием симфонии, посвященной Победе. Прокофьев дирижировал просто и логично. Он не был великим дирижером - его педагог Черепнин сказал ему когда-то: "Как композитору вам придется часто дирижировать своими сочинениями, поэтому я буду вас учить". По только что изданным дневникам видно, что дирижерское дело давалось Прокофьеву нелегко. Он учил свои партитуры, говорил: вот опять промахнулся, оркестру было трудно играть... По-видимому, таких данных, какие у него были для игры на фортепиано, в дирижировании он не имел. Впрочем, мне в 1945 году было всего 14 лет, что я тогда понимал... Потом мы встретились на улице Горького. Был ясный весенний день. Я стоял на остановке и ждал троллейбус. И вдруг увидел, что все почему-то оборачиваются; я тоже обернулся. Оказывается, глядели на необычного прохожего высокого, красивого, в черной шляпе с широкими полями, напоминающей сомбреро, и коротком модном пальто "труакаре". Он держал в руках ярко-желтые кожаные перчатки, которыми ритмично помахивал, не обращая на зевак ни малейшего внимания. Я думаю, в тот момент он что-то сочинял...
     А в третий раз я увидел его уже мертвым. О кончине я услышал от знакомых по телефону. В консерватории нашлось несколько человек, которые решили пройти в проезд МХАТа (ныне Камергерский) - поклониться великому праху. Помню, что в этой группе были композитор Карен Хачатурян и пианист Лазарь Берман. Но пройти туда было почти немыслимо - весь центр был оцеплен. Нам все же удалось уговорить какого-то лейтенанта, он нас пропустил. Прокофьев лежал на тахте в маленькой комнате. Рядом - этажерка с нотами (он работал над балетом "Каменный цветок") и полка с пластинками фирмы RCA на 78 оборотов - с записями его произведений. Траурная церемония должна была пройти на следующий день в Союзе композиторов на Миусах. Но шла многотысячная толпа, и подогнать автобус к дому оказалось невозможно. Тогда гроб с телом композитора понесли на руках шестеро студентов-добровольцев. Два километра они прошли за пять часов, иногда опуская свою печальную ношу на мерзлый тротуар, чтобы отдохнуть. Потом была траурная церемония, на которой Шапорин сказал, что Прокофьев был "почти гениален..." Сегодня мы знаем, что не "почти" - а сверхгениален!

     - Геннадий Николаевич, вы ведь один из самых активных пропагандистов творчества Прокофьева...

     - Я продирижировал и записал все его произведения - симфонии, оперы, оратории, сюиты, театральную музыку. За исключением оперы "Огненный ангел" - лишь однажды довелось дирижировать ее фрагментами. Все же мечтаю продирижировать "Ангела" в театре. Познакомившись с театром "Геликон" и подружившись с его замечательным режиссером Дмитрием Бертманом, надеюсь сделать это именно там. У меня есть своя концепция спектакля, которая базируется на двух параллельных планах: первый план - это герои оперы по роману Брюсова; второй - отношения Андрея Белого, Валерия Брюсова и Нины Петровской, реальных прототипов брюсовского романа. Впрочем, если Бертман не согласится с моей идеей - все равно буду дирижировать в его театре.

Аркадий Петров Rambler's Top100 ServiceRambler - Top100