Леонид Кучма:
Украина - не филиал России

     Полемические заметки на полях книги Леонида Кучмы "Украина - не Россия", которая стала политическим бестселлером минувшей Московской международной книжной ярмарки.
     Литературное творчество первых лиц государств переживает в наши дни настоящий бум. На постсоветском пространстве высокопоставленные государственные мужи еще до истечения своих полномочий все чаще берутся за перо. Конечно, это не мемуары в полном смысле слова, а текущая политическая проза, выполняющая совершенно иные задачи.
     За два президентских срока Борис Ельцин выпустил две книги. Президент Путин и президент Рахмонов успели "наговорить" пока лишь по одной книге-интервью. Президент Назарбаев озадачил жителей СНГ "евразийскими перспективами". Чуть не каждый год по новой книгой публикует глава Киргизии академик Акаев. А президент Кучма самим названием предыдущей книги "О самом главном", казалось, исчерпывающе объяснился со своими украинскими читателями-избирателями. Но вот - новая книга, вышедшая в московском издательстве "Время", под пикирующим заголовком "Украина - не Россия".
     "Большинство исторических, литературных и иных справок выполнено помогавшими мне специалистами, за что им огромное спасибо, я считаю их своими полноправными соавторами. Но, понятное дело, всю ответственность за книгу несу сам", - сообщает Леонид Данилович в обращении к читателю. Снабженный огромным научным аппаратом, 500-страничный труд охватывает всю историю украинско-русских отношений, в том числе двенадцати лет раздельной жизни наших народов, которые до этого почти три с половиной века прожили вместе. Президент Украины взял на себя политическую инициативу по бесповоротному урегулированию застарелых споров между соседними странами и выработке общего взгляда на будущее.

Чем отличается хохол от москаля?

     Выйдя из состава СССР, Украина перестала "граничить с Китаем и Норвегией", ее школьникам не надо больше заучивать, cколько процентов "нашей" территории лежит за полярным кругом, сколько занимает тундра и вечная мерзлота. Тут как нельзя кстати земляк президента Николай Гоголь: "Киев давно уже не был столицею; значительные владения были гораздо севернее. Народ... оставлял эти места и столплялся в той части России, где местоположение, однообразно-гладкое и ровное, везде почти болотистое, истыканное печальными елями и соснами, показывало не жизнь живую, исполненную движения, но какое-то прозябание, поражающее душу мыслящего". Так начиналась Россия - сначала туда подались первые колонизаторы из Киевской Руси, потом бежавшие от Батыя "испуганные жители". А что пишет про украинские земли минувших веков Гоголь? Это "места, где разновидная природа начинает становиться изобретательницею; где она раскинула степи прекрасные, вольные..." Нужные цитаты в нужном месте - это и есть искусство.
     "Вернувшись" в Европу, новая Украина масштабами своей территории разом отняла первенство у Франции. Возвращение тем закономернее, что и "географический центр Европы находится на украинской территории, в Закарпатье". Тут, если позволите, я дополню автора. Геодезический знак с соответствующими расчетами широт и долгот был установлен в Карпатах свыше ста лет тому назад. Рядом железнодорожный мост через Тису, который почти полвека с обеих сторон был затянут колючей проволокой. Бабушке моей, уроженке Трансильвании, чтобы добраться до родни на румынской стороне, пришлось три дня ехать вокруг Карпат - проездная дырка была где-то на Буковине. А вот умер социализм, и сразу ожил мост в Европу. "Размеры нашей страны не порождают клаустрофобию у ее жителей, им просторно и свободно у себя дома. Но так же - и к западу от дома". В самом деле, Украина в 28 раз меньше России - по Кучме, "такую страну любить легче, чем необъятную".
     Как ни много общего в судьбах русского и украинского народов, характерами они скорее не сошлись. Леонид Данилович перечисляет эти несходства очень скрупулезно, а главное, на реальном фоне. Хотя украинцы "скорее бережливы, чем расточительны", приходится им пенять за упрямую привычку хозяйствовать, как во времена почти бесплатной электроэнергии и дарового тепла, ведь ныне сам бог велел переходить на энергосберегающие технологии. Легковерны - не случайно много десятилетий продолжали верить в обещания большевиков. Если главным свойством украинской коммунистической элиты была ловкая податливость, то с волной реформаторов первого призыва опять выплеснулась атаманщина. Бездумно копируя чужие законы, поспешно конвертировав гривну и приватизировав банки, "убрав" государство из экономики, "атаманы" спровоцировали 10.256-процентную гиперинфляцию, обвальное 25-процентное падение внутреннего валового продукта, теневую экономику, в которой вращается от 40 до 70 процентов ВВП. Такую Украину принял в 1994 году Леонид Кучма, сумевший за девять минувших лет "лишь отодвинуть ее от края бездны". Но Украине еще не удалось решить задачу первоначального капиталистического накопления, в отличие от России, которой в этом помогла ее Великая Сберкнижка - несметные природные ресурсы.
     "Среди русских я чаще, чем среди украинцев, встречал людей, тяготившихся своим делом и потому делавших его плохо, - пишет президент Украины, который, не забудем, много лет был директором "Южмаша". - Не от неумения делать хорошо, а от отвращения". Русские больше живут "по понятиям", тогда как украинцы в массе своей предпочитают закон и порядок. Долгая жизнь под крышей одной империи, где русский человек жил с ощущением, что вся она его родина, привела к печальному финалу: из всех наций бывшего СССР титульная оказалась самой "необщинной". А в конечном счете и менее оптимистичной, чем те же украинцы.

Встреча на гривне Хмельницкого и Мазепы

     Лишь после того как между нашими странами появился забор, статистика подсчитала, сколько потенциально нашлось бы охотников выломать в нем по доске. Ошеломляющие цифры! По 22 миллиона родственников с той и другой стороны. Родственными узами с Россией повязана треть населения Украины. При этом никакая статистика еще не пересчитала русско-украинские и украинско-русские семьи по обе стороны забора, в которых, можно не сомневаться, царит глубокий национальный мир. Другой пары стран, между которыми существовала бы такая взаимная диффузия, в мире нет.
     Тем не менее мы распались и больше не соберемся в "одну семью". Почему? Придется спросить у истории.
     За сто лет, с 1558-го по 1654-й, то запорожские гетманы, то киевские митрополиты посылали в Москву шесть посольств с просьбой принять Украину в российское подданство. Преуспела только последняя попытка. России она стоила восемнадцати лет войны с Польшей, так что цена оказалась даже выше, чем мыслилась изначально. А вот теперь в учебнике для пятого класса украинских школ об этом ключевом событии нашей совместной истории говорится так: "Договор между Россией и Украиной 1654 года положил начало закабалению украинского народа". И тут же напечатано воззвание Мазепы к запорожцам: "Отплатим москалям за насилие над нами, за нечеловеческие муки и обиды, причиненные нам! Пришло время сбросить ненавистный гнет и нашу Украину сделать свободным, самостоятельным государством!" Ну как не вспомнить Черчилля, заметившего, что школьные учителя обладают властью, о которой премьер-министрам остается только мечтать?
     Вот хорошо бы, мечтает Леонид Кучма, подобно Европе, и у нас создавать учебники для школ интернациональными коллективами. Собраться историкам Украины, России и Польши, а может, также Белоруссии и Литвы и выработать взаимоприемлемые оценки исторических событий. Хорошо бы, да. Только отчего же и самим не озаботиться взвешенностью этих оценок? Может, учебники украинской истории выпускаются подпольно, без ведома органов просвещения Украины? А первый национальный блокбастер "Молитва за гетмана Мазепу", начинающийся со сцены, где царь Петр с выпученными глазами насилует русского солдата, тоже прошел мимо Министерства культуры Украины? Да нет: главного героя в "первой национальной киноэпопее независимой Украины" сыграл сам министр культуры Богдан Ступка, специально отрастивший копну волос "под Мазепу", фильм предназначался для очередной годовщины независимости Украины и был официально представлен на Берлинале-2002.
     "Если Хмельницкий - символ преемства украинской государственности от Киевской Руси до наших дней, то Мазепа олицетворяет для нас Альтернативу (именно так, с большой буквы). В глазах многих он уравновешивает Хмельницкого, исправляет крен".
     Вот как? "Крен" Хмельницкого состоял в том, что он привел Украину под власть "единого русского государя", вместо того чтобы уже тогда провозгласить самостоятельное государство. Правда, сам Леонид Кучма с такой трактовкой не согласен. Он решительно принимает сторону украинского историка Владимира Антоновича, который более ста лет назад в отличие от всех, кто видел только внешние препятствия к достижению украинской самостоятельности, пришел к твердому выводу, что препятствие было внутреннее: у украинцев XVII века отсутствовало стремление к государственному обособлению. Они были к нему не готовы. Не случайно и выбор стоял между тремя властелинами - турецким султаном, польским королем и православным русским государем. Президент восхищается решением своего великого предка, оно бесспорно было лучшим из всех возможных: "Я спрашиваю себя: неужели он мог предвидеть, что в составе России Украина соединится с Волынью и Подолией? Что она выйдет к Черному и Азовскому морям, обеспечив себе этим будущую экономическую базу? Видать, не зря сказал о Хмельницком Костомаров: "Дело его было не на десятки лет, а на века".
     Но если не было "крена" Хмельницкого, тогда зачем нужна "альтернатива" Мазепы, да еще и с большой буквы? Невольно напрашивается вывод: чтобы вытравлять всякое ностальгическое чувство у тех, кто и через забор сохраняет к России родственное чувство.
     "Хорошо, что наш Национальный банк, с которым я часто бываю не согласен по другим поводам, поместил портреты двух этих людей на гривны. У нас люди все еще ведут борьбу против памятников и портретов. Но деньги никто рвать в знак протеста не будет. Видя Мазепу и Хмельницкого в своих кошельках вместе, наши люди привыкают терпимее относиться к своей истории, к ее творцам. Да, пожалуй, и друг к другу".
     Прав президент: альтернатива крену найдена самая действенная.
     Этим не исчерпывается список новых национальных героев Украины. О Бандере, о Петлюре в президентской книге - только вскользь, правда, напечатаны их портреты. И если Гоголь, как помните, помог провести зримую грань между живописной Украиной и угрюмой Россией, то другой русский сочинитель, Александр Исаевич Солженицын, привлекается для реабилитации "петлюровцев" и "бандеровцев" ("А это были украинские горожане и крестьяне, которые хотели устроиться жить без нас..."). Так что мы и сами подсобляем. Правда, эти новые герои хотя бы "до денег" не доросли.

Одна колыбель и три люльки

     Русско-украинская или, что то же самое, украинско-русская полемика уже два столетия ведется с радикально крайних позиций, причем пуще всего спорящие стороны избегают сойтись "посередине", где только и можно найти истину. Партия великорусских патриотов весь ХIХ век не сходила с тезиса: никакой Украины не было и нет, это случайно отколовшаяся часть Руси, где живет симпатичный певучий народ, который говорит на одном из наречий общерусского языка. Партия "профессиональных украинцев" (выражение принадлежит Леониду Кучме) отвечала в том же духе: а зато ваша Россия-матушка есть-пошла от всякого сброда, который понесло из неньки-Украины в ваши северные медвежьи углы... Разумеется, я утрирую. Но не так уж сильно. В конце ХХ века в Украйне нашлись авторы, доказывающие происхождение украинского народа от этрусков и даже круче - от жителей Атлантиды, так что родоначальник украинской истории Михаил Грушевский, который опускал украинскую древность не далее антов, считайте, опровергнут. Наши ортодоксы в долгу не остаются: в Санкт-Петербурге вышло исследование двух авторов, утверждающих, что русскому народу уже 18 миллионов лет. Вот как далеко может завлечь полемика про Атлантиду, с которой, оказывается, утонули первые украинцы!
     В старой России, чтобы считаться русским, достаточно было иметь русское самосознание и быть православным. Подразумевалось, что великороссы, малоросы и белорусы в равной степени обладают таким самосознанием и потому являются русскими по определению. К этому царскую власть вынудила демографическая ситуация: русских в империи набиралось только 43 процента, а с украинцами и белорусами - уже 67.
     Конечно, эта тенденция не исчезла и в СССР. "Слияние наций", с которым столько носилась советская пропаганда, предусматривало прежде всего "слияние" трех славянских народов, причем именно украинцам выпала роль "главного резерва". Правда, одно исключение из правила все-таки было - оно не распространялось на выходцев из западных областей Украины.
     В то смутное время, когда зашаталась наша бывшая страна, я приехал в родные края по командировке московской газеты. Там уже активно работал местный "Рух". Я попросил о встрече с кем-то из его активистов, желательно - "теоретиком". Можете представить мое изумление: принял меня преподаватель истории, чьи лекции когда-то я слушал в Ужгородском университете, Юрий Михайлович Лавер. От него впервые я услышал версию о том, что украинец, русский и белорус вышли не из одной общей колыбели, а из трех разных. - "Но хотя бы все три находились в Киеве?" - "Наша украинская люлька точно находилась в Киеве. А где две других, пусть ищут русские и белорусы..."
     Видимо, эти "три колыбельки" всерьез достали официальную власть Украины, раз уже сам президент счел нужным ответить своим "профессиональным украинцам". Вот этот ответ:
     "По-моему, не надо быть крупным историком, чтобы сообразить: слова "общая колыбель" и не могли претендовать на то, чтобы быть научным термином. Это же явно поэтический образ!.. За ним - общая для трех наших народов кириллическая письменность и одновременное, с разницей в месяц, крещение киевлян и новгородцев в 988 году соответственно в Днепре и Волхове. Вероятно, и Полоцкое княжество в нынешней Белоруссии было крещено тогда же... Мы, украинцы, не можем объявить себя монополистами духовного наследия Древней Руси, ибо его реально унаследовали три народа".
     И далее - вывод, для сторонников "трех колыбелек", по-видимому, ошеломительный: "Важная часть духовного наследия древнего Киева была сохранена в России и больше нигде".

В поисках трех украинцев

     В советское время справедливость была вроде восстановлена, украинцев признали отдельной нацией... Но вот статистика: в 1959 году на 100 русских в СССР приходилось 33 украинца, а в 1989-м - уже только 30. Куда же пропали эти три хлопца?
     Ну, допустим, один из них я. А двое других? Сделались русскими? Ведь за те же тридцать лет число русских в СССР выросло на 37 процентов, а украинцев - только на 19. Лично я за эту разницу не несу вины, как, полагаю, и два моих статистических "соседа". Сорок лет живу в России и в любых анкетах пишу - "украинец". А вот уж наши дети, второе поколение, чаще всего становятся русскими. Конечно, российской власти это было по душе, а украинскую не могло не тревожить.
     Крым - единственное исключение в соборной Украине, автономия которого отвечает европейским стандартам. Больше нигде, говорит ее президент, создание новых автономий этими критериями не диктуется. Тут различие наших стран особенно наглядно. Во всех своих 24 областях украинцы составляют абсолютное большинство, тогда как в России на 57 "русских" субъектов Федерации приходится 32 "нерусских". Ельцин своим лозунгом "Берите столько суверенитета, сколько сумеете проглотить" разрешил всем "погулять по траве", а Путин "заасфальтировал большинство натоптанных дорожек - хотя и не все". Приходится признать, что Украина лучше усмирила свои сепаратизмы. И не в последнюю очередь потому, что окончательно разделилась с нами.
     Вхождение Украины в СССР сопровождалось такой ударной украинизацией, которой и чаять не могли. Став генеральным секретарем ЦК КП(б)У весной 1925 года, Лазарь Каганович за несколько месяцев выучил украинский язык и заставил его учить весь аппарат. Доля украинцев в советских органах власти выросла в полтора раза, взлетели тиражи украинских газет, журналов и книг, в партию влилось огромное украинское пополнение. Цель кампании была в том, чтобы "привязать" Украину к Советской России. Но едва эта цель была достигнута, как вектор сменился, началась русификация. Результат мы знаем: Украина вышла из СССР и попрощалась с Россией. И вовремя. Получив массовую украинскую школу, пропустившую через себя десятки миллионов человек, семьдесят лет спустя она созрела для независимости.
     Обижаться на историю, таить зло на давно успокоившихся в могилах царей и генсеков? Проклинать своих собственных малороссов, так стремившихся выбиться в великороссы и тянувших за собой целый народ? Но разве не значило бы это сознательно поддерживать в себе комплекс неполноценной нации, жить с головой, повернутой назад? Кучма считает "абсолютно неприемлемой саму мысль о том, что наше будущее может базироваться на полном разрыве с недавним прошлым... Как бы ни были велики страдания, выпавшие на нашу долю в ХХ веке, все же главным его итогом для Украины стало обретение независимости, и эту независимость она обрела при содействии России".
     По ходу книги несколько раз Леонид Данилович вспоминает слова одного из "отцов" итальянского объединения графа Камилло Кавура: "Италию мы создали, теперь наша задача - создать итальянцев". Президентская книга написана именно с этой целью: ускорить "пробуждение нации". Правда, читать ее украинцам придется на русском языке.

Александр Сабов

Опубликовано в "Российской газете" от 16 сентября 2003 г., No 184 (3298).
Rambler's Top100 ServiceRambler - Top100