25.07.1998 00:22
Общество

Строительство магистрали "Дон" привело к конфликту с жителями города Видное

Российская газета - : 2000-й номер №140 (2000)
Читать на сайте RG.RU

Полным ходом идет строительство головного участка МКАД - Кашира автомагистрали "Дон", призванной соединить Москву, Воронеж, Ростов-на-Дону и далее Кавказ. Из четырех вариантов проекта, по мнению многочисленных экспертов, в том числе и назначенных Верховным Судом РФ, был выбран самый оптимальный, ущемляющий интересы  как можно меньшего числа людей. Строители даже пошли на удорожание работ и строят эстакаду в 6.800 метров - мост в г. Видном. Лишь две улицы на окраине этого подмосковного городка должна была затронуть санитарная зона на обочине дороги. Но и тут все учли: был выстроен красавец-дом, куда торжественно должны быть вселены, как полагали разработчики проекта, осчастливленные жители улиц Донбасской и Советской, проживавшие до сего времени в "первобытных" условиях без газа, воды и порой без света. Все было учтено. Все! Не учли лишь роз Анастасии Петровны, козу-рекордсменку Матрены Филипповны, берез Ларисы Александровны и многого другого, о чем людям рациональным, мыслящим  в государственном масштабе, и задумываться как-то негоже.

Был месяц май

Майским утром пес, кавказская овчарка по кличке Анзор, дремал у порога. Хозяева, отрешившись от реальности, смотрели "Роковое наследство". Поэтому, когда Сергей Иванович Киселев нечаянно бросил взгляд на окно и увидел за ним серые фуражки, он даже не сразу сообразил, в чем дело.

Выскочив из дома, он обнаружил на своей территории целую вражескую делегацию: кроме четырех милиционеров, самого начальника дирекции строящихся объектов Горохова, зам. главы администрации Видного С. Евтюхова, председателя земельного комитета Макарова, техника, юриста-консультанта.

Анзор сразу почуял, что здесь что-то не так. Чужаки утверждали, что здесь должна быть дорога. А хозяин твердил о 55-й статье Земельного кодекса, о земельном участке, надворных постройках и т.д. "Ну раз так, - сказали гости, - мы вас будем ломать". Тут не выдержала хозяйка. "Ну и попробуйте!" - крикнула она. И они попробовали. Атака оказалась тщательно продуманной: с одной стороны, превосходящие силы дорожных рабочих стали ломать забор, а с другой - в дело вступил козырной довод в споре - бульдозер.

Анзор только и слышал, что один в фуражке крикнул: "Как собаку"... - и выстрелил в воздух. Анзор, конечно, собака внушительная, но стрельбы ему как-то не доводилось слышать, и он, словно щенок, забился в дом.

Дальше в собачьих глазах все смешалось. Хозяйка схватила бутылку с бензином, побежала в конец огорода к машине. А там уже молоденький рабочий забор ломает. Анастасия Петровна закричала ему: "Уходи! Уходи!". А сама собирается бензин поджечь. Но никак у нее от волнения газета не поджигается, руки трясутся. Милиционер, как полагается, предупреждает гражданку: "Стрелять будем!" А она ему в ответ: "Стреляй! Я на своем участке! Стреляй!" И побежала домой за новой газеткой, чтоб уж точно поджечь.

И тут вдруг Анзор вспомнил, что он как-никак есть сторожевой пес и прямая его генетическая обязанность хозяев и свою территорию от чужеродных вторжений защищать. Вышел он из дома. А на участке непорядок: чужие люди, техника. Ну он по собачьему недомыслию взял и залаял, да ведь не на кого-нибудь, а прямо на представителей охраны правопорядка. Здесь, понятное дело, милиционеры сразу за пистолеты схватились, и не жить бы уже псу на этом свете, но хозяин бросился и собой его прикрыл.

Выбегает из дома Анастасия Петровна с новой газеткой, полная решимости: "Сереж! Держись! Я сейчас!" А муж уже стоит за участком в окружении милиции. И кричит: "Брось бумагу! Брось спички! Я арестован!..".

...Вечером Киселевы подвели сражению дебет-кредит. В минусах было: сломанный забор, сдвинутая бульдозером сирень, заломанные руки Сергея Ивановича и, наконец, уникальный акт на собаку, "выгуливаемую" Киселевыми (на собственном участке!) без поводка и намордника, что обошлось хозяевам в 25 рублей штрафа. Плюс был один, зато он перекрывал все потери: выстояли, ни пяди земли не отдали.

Дорога и люди

Начальника дирекции строящихся объектов N 9 г-на Ф. Горохова понять можно. Психологии он не изучал, его дело серьезное, государственной важности, повышенной технической сложности: прокладывать дорогу, тем более такую сверхсовременную, - это вам не в бирюльки играть. Без преувеличения можно сказать, что дорога эта прямиком уводит нас от привычных колдобин и пробок к современным скоростям, удобству и цивилизации. В общем, автолюбители, особенно те, кому довелось когда-нибудь добираться до Каширы, прекрасно поймут меня.

Наличие "несознательного населения" на местах грандиозных строек всегда воспринималось созидателями будущего как досадное недоразумение. Еще недавно проблема эта решалась кардинально в соответствии с духом времени, а именно: территория железной рукой очищалась от "нежелательного элемента". Именно этой политике мы должны быть благодарны появлением великолепного романа В. Распутина "Прощание с Матерой". Сегодняшнее законодательство, казалось бы, должно было отбить у писательской братии всякое вдохновение. Ну сами подумайте, дирекция строящихся объектов гражданам: 1) предоставляет соответственно количеству проживающих жилую площадь со всеми удобствами и сверх этого 2) полную компенсацию стоимости всех строений и земли, наконец, 3) компенсацию всех возможных убытков за пять лет. Честно говоря, суммы выходят такие, что я сперва подумал, что ослышался, два раза переспрашивал, а потом еще и перезванивал для уточнения: с непривычки верилось с трудом. К примеру, тем же Киселевым предлагается 4 млн. руб. (Новыми!)

Но именно из-за компенсаций весь сыр-бор и разгорелся. Причем с обеих сторон так круто эту кашу заваривали, что в Видном вполне явственно запахло гарью, порохом и бензином.

Конечно, жителей понять тоже можно.

Донбасская была цветущей, тихой, дачной улицей. Отличить ее можно было сразу: дома стояли здесь только по одной стороне, поэтому были все только с нечетными номерами. Весной все утопало в цветах: цвели яблони, сирень, черемуха. Наезжали дачники.

Киселевы, как они говорят, "себе на существование" зарабатывали достойно и красиво: выращивали цветы - георгины, гладиолусы, пионы, но с особенной любовью занимались тюльпанами и розами. Благодаря природе и человеческому труду розы давали по 2-3 урожая в год. За один только раз, бывало, срезали до тысячи роз

Сейчас розовые кусты у окон Киселевых покрыты толстым слоем пыли.

Рассказывали, что когда строили эстакаду и били сваи, то в доме метров за сто от этого строительства женщина с детьми смотрела телевизор. И вдруг - повалил дым. Они выскочили на улицу, видят: крыша горит. Сгорело все. Оказалось: от ударов дом сотрясался, в печной трубе образовалась трещина, на чердак посыпались искры...

Сами Киселевы показали мне свой потолок, который от забивания свай обвалился.

Короче, люди живут в обстановке, приближенной к боевой.

Конечно, обычный здравый смысл подсказывает, что строителям вначале надо было узнать у людей, кто чего хочет, мирно договориться с ними, мирно отселить и тогда уже спокойно начинать стройку. Но у дорожников была своя логика, основанная на уверенности: "Наш человек по-хорошему не понимает".

Была в этой тактике и финансовая подоплека: чем меньше за собой оставит бульдозер, тем меньшую компенсацию придется выплачивать. Кроме того, с наступлением техники люди растеряются и станут сговорчивее.

Но плохо они знали наших людей! Фридрих Горохов говорит, что в предназначенные под снос дома в срочном порядке стали прописываться всевозможные родственники, в том числе и давно проживающие в Москве.

Некоторые приусадебные участки тоже вдруг стали разрастаться: чем дольше засаживались картошкой самозахваченные земли, тем больше и они претендовали быть компенсированными (по оценкам земельного комитета, сотка в Видном стоит от одной до двух тысяч долларов, Киселевы не соглашаются отдать свою землю меньше чем за три тысячи долларов за сотку).

Строители поняли: надо торопиться. А какой у них аргумент: все тот же - бульдозер. Так жители и говорят: "Бульдозерная психология".

И действительно, ряды сопротивляющихся дрогнули. Не всякий способен подвергать свою жизнь и жизнь близких опасности упокоиться под рухнувшим потолком или быть раздавленным колесом "КамАЗа". Тем более и альтернатива была.

Третий закон Ньютона

(Для давно окончивших школу напомним вкратце: "Сила действия равна силе противодействия").

Я побывал в доме на улице Школьной, куда переселились люди с Донбасской.

Ничего не скажешь: квартиры новые, большие, кухни - по 12 квадратных метров, все удобства в полном наличии.

Сухонькая старушка Екатерина Федоровна Сизинцева перевезла с Донбасской иконы, барельеф Ленина, часы и холодильник "ЗИЛ". "Я инвалид Отечественной войны. И спасибо Горохову тысячу раз говорю, что дал нам такие удобства. И землю семь соток. Здесь недалеко. И перевез. И 200 тысяч компенсации обещают. Нет, еще не дали, но дадут обязательно. Вода горячая! Мы на Донбасской печку топили. В подвал - лезть, на чердак - лезть, за водой идти. А ноги у меня болят, тромбы. Там неуютно было. А здесь мне нравится. Спасибо, спасибо!"

Каково же было мое изумление, когда точно такая же старушка, Матрена Филипповна Ратушная, все то же самое мне рассказала, но совершенно в другом роде. Вот дословно: "У нас был дом деревянный, большой. Нас там три семьи жили. В прошлом году выселили нас. Дали с дедом квартиру двухкомнатную. У нас были подвал, террасса, гараж, хоть и деревянный, обит был железом. И нам за все это 62 тысячи заплатили (новыми). "Распишитесь". Мы и расписались. Обсчитали нас во всем! Обошлись с нами с лихвой. Обижают вот людей. Чтобы сделать по-человечески? Дать человеку жить, не портить нервы. А у нас все на нервах. Обманули нас!"

Вот, между прочим, хороший урок сторонникам принудительного осчастливливания. Причем формула "чем больше - тем лучше" здесь не действует совсем.

"Бульдозерная" коса строителей неожиданно наткнулась на камень частной собственности Киселевых. И в свою очередь непокорные граждане применяют ту же тактику, благо бульдозеров у них нет. Представьте себе: целая стройка общегосударственного значения останавливается из-за одного маленького непокорного дома. Нет, я метать молнии в "несознательных граждан" не намерен. Этот факт мог бы даже порадовать своей приближенностью к нормам жизни в цивилизованном обществе, когда наконец-то отдельный человек с его отдельными интересами стал у нас что-то значить, его теперь просто не стряхнешь, как муравья с дороги.

Конечно, положа руку на сердце, признаемся, что ни один покупатель в своем уме за дом Киселевых четыре миллиона никогда бы не дал. (Новыми!).

Трудно предположить, и какова должна быть стоимость роз в будущей пятилетке, чтобы приносить своим хозяевам почти по миллиону в год. Впрочем, у Киселевых - свой расчет. Супруги требуют с дирекции строящихся объектов ни больше ни меньше, а семь миллионов 100 тысяч рублей (новыми!). Дело экспертов и народного суда решать, кто из них прав. Но для плохо разбирающихся в цифрах со многими нулями поясню: первое число соизмеримо с доходами за год небольшого сельхозрайона, а второе - с годовой суммой всех дотаций ему же. Удивительно, с какой легкостью пенсионеры в Видном оперируют в разговоре суммами, от которых у обычного, даже неплохо зарабатывающего гражданина, дух перехватывает.

Но более всего удивляет в этой истории то, что мне так и не удалось обнаружить в ней ни одного здравомыслящего человека. О силовой манере взаимодействия строителей и жителей сказано здесь более чем достаточно. О позиции правоохранительных органов Видного спросите у Анзора. Прокурор Михаил Можаев занял достойную позицию: "Оценку даст суд". Прочие официальные лица при появлении корреспондента просто куда-то исчезали. У главы администрации В. Голубева я безуспешно просидел в приемной, так и не увидев его.

А между тем именно администрация могла бы выступить миротворцем в этом по сути таком простом деле. Ведь вначале Киселевы и просили всего-то не переселять их в многоэтажку, а дать возможность жить на земле. Фридрих Горохов совсем не против этого - "Киселева говорит: она не может жить без земли. Но в Видном, к сожалению, нет участков. Вот я уже сколько ищу вместе с администрацией. Сам видел: нет участков. Они просят 20 соток. И если бы был такой участок в Видном, так я бы давно передал Киселевым".

Нет, жаль все-таки, что я не встретился с г-ном Голубевым. Может быть, я и смог бы помочь ему в трудном деле поиска участка. Вот, например, прямо напротив дряхлого забора с надписью: "Улица Старых Большевиков" прямо в сосновом бору возвышаются три роскошных коттеджа с красными крышами. Некоторые жители даже утверждают, что их хозяев Василий Юрьевич очень даже хорошо знает. А то бы я открыл глаза главе администрации на тот радостный факт, что не все еще в его хозяйстве так плохо и участки можно найти. Стоит только захотеть. А ведь захотели бы, глядишь, и стрельбы в воздух в Видном никакой не было бы.

И всего-то нужно: научиться по-человечески разговаривать друг с другом, без дубинки за спиной. Дико доводить людей чуть ли не до кровопролития. Государство должно научиться уважать интересы своих граждан. Но и граждане должны с уважением относиться к интересам общества.

Образ жизни