В аэропорт дагестанской столицы глава чеченской администрации Ахмат Кадыров приехал на обыкновенной машине без каких-либо видимых показных или исключительных мер предосторожности. Поднялся на борт и сел в общий салон, заполненный пассажирами, которых никто специально не отсеивал и не проверял. Рядом с Кадыровым было свободное место, я подсел, и мы разговорились.
- Скажите, ваш вылет в Москву через Дагестан - это мера предосторожности?
- Нет, я уже не первый раз вылетаю из Махачкалы, потому что это удобно. Прямых рейсов из Чечни в Москву пока нет. Можно вылететь из Моздока, но туда надо добираться вертолетом. Это дорого. То же время мне требуется, чтобы доехать на машине до Дагестана.
- Значит ли это, что дороги Чечни стали настолько безопасны, что можно так свободно по ним перемещаться?
- В какой-то мере - да. Если давать оценку ситуации в республике, то изменений с мая по ноябрь очень много. Особенно в плане восстановления общего порядка. Если в мае были массовые зачистки, когда всех гребли под одну гребенку, то теперь этого меньше. Я с первого дня своего назначения старался и бился, чтобы соблюдали права человека, хотя и сегодня случается, что арестовывают невинных или проводят необоснованные обстрелы. К этому я шел трудно, но существует понимание командующего Валерия Петровича Баранова. С ним мы работаем в тесном взаимодействии. Если взять социальную сторону, то здесь положение тяжелое. Нет финансирования. Я не могу создать рабочие места, не могу вернуть компенсации и вернуть беженцев. Сейчас это одна из основных проблем.
- Вы сказали о понимании армейского командования, но сейчас группировка состоит во многом из подразделений МВД. Как налажено взаимодействие с ведомством Рушайло?
- С самим министром внутренних дел у меня очень тесные контакты и хорошее взаимопонимание. Он недавно был в Чечне в связи с вводом на постоянной основе 46-й бригады МВД России, мы с ним встречались и почти весь день провели вместе. Я думаю, его требовательность даст свои результаты. С его помощью подразделения СОБРа и ОМОНа стали понимать, что не все чеченцы - бандиты. Это антитеррористическая операция, а не антинародная.
- Меняется ли отношение простых чеченцев к военным?
- Доверие, которое складывается между населением и военными, пока хрупкое. Его надо сохранить и укреплять.
- Мне довелось недавно готовить к публикации интервью с бывшим председателем Верховного суда Чечни Идрисом Албастовым, который одной из основных трудностей в становлении законности в республике видит вялотекущий процесс формирования судебных органов. Так ли это, и почему грамотные юристы из числа бежавших от масхадовского режима до сих пор остаются невостребованными?
- Я знаю Албастова и согласен с его мнением, что восстановление судебной системы очень затянулось. Я встречался с председателем Верховного суда Лебедевым, встречался со многими специалистами, судьями, которые пока проживают в регионах и Москве, но готовы вернуться в Чечню. Судейская коллегия требует для ее членов безопасности проживания и многое другое. И все же, несмотря на сложности, первоначальная судейская команда сформирована, и надеюсь, что в середине ноября они уже приступят к работе. Хотя судей все равно будет не хватать, потому что в республике в связи со сложной обстановкой задерживают много людей. А если судят, то людей увозят в регионы. Многие ждут суда по 5-6 месяцев.
- С наступлением зимы бандиты попытаются спуститься с гор на равнины. Вы готовы к этому, и как изменится тактика борьбы с боевиками?
- Точка зрения, что бандиты прячутся в зеленке, неверна. Они уже давно в городах и селах. Диверсии - яркое тому свидетельство. Наступательного порыва банд больше не будет - у них нет сил, а значит, нет смысла скрываться в горах. Кто-то уехал за границу. Воюют одни непримиримые.
- Если силы бандитов так слабы, почему же не удается поймать Басаева или Хаттаба?
- Этот вопрос надо задавать силовым структурам.
- Почему до сих пор ни разу не зачищена вотчина Масхадова - Первомайка, где до сих пор существует аллея славы боевиков. Ведь это район Грозного, который давно находится под полным контролем федеральных сил.
- Я не знаю.
- Но ведь у вас есть собственные силы, с помощью которых вы могли бы осуществить зачистку Первомайки или, скажем, отловить главарей бандитов?
- Если бы у меня были полномочия, которые мне нужны, то это было бы скорейшим завершением всей антитеррористической операции. Но у меня таких полномочий, к сожалению, нет. Я их буду добиваться.
- В последнее время активно обсуждают ваши отношения и примирение с Гантамировым.
- Это никому не нужная ссора. Мы встретились в Москве, в Президент-отеле, и на встречу Гантамиров пришел со своим отцом. Вы знаете, что у нас на Кавказе очень сильны традиции старейшин. Его отец сказал, что Кадыров старше по возрасту и по религиозному статусу, а значит, старшинство принадлежит Кадырову, и к нему необходимо прислушиваться. Гантамиров с этим согласился, и так мы помирились. Состоялось его назначение на пост главы администрации Грозного, и только что я подписал приказ на представленного им заместителя.