Есть такое народное развлечение: как август, так ждать чего-то тяжкого. То ли путча, как в 1991-м, то ли дефолта. Оно и хорошо - лето, все в отпусках, журналистам писать не о чем, так хоть дефолт вспомнить. Вот и этим летом, чем ближе середина месяца, тем больше разговоров о втором "черном" августе. Чтобы понять, реальны ли угрозы, разберемся, откуда взялся первый. Переоцененный с конца 1995 года (вскоре после введения валютного "коридора") рубль подорвал конкурентоспособность экспорта (с 1997 года его рост прекратился) и ухудшил баланс текущих операций (он стал отрицательным в первой половине 1998 года), что привело к оттоку капитала в ожидании девальвации. Этот чисто валютный кризис мог бы таковым и остаться, будь реакция тогдашнего Правительства и ЦБ адекватной. Но Правительство и ЦБ перестарались, объявив дефолт по краткосрочным (а далее - и по долгосрочным) обязательствам, и мораторий на обслуживание банковских обязательств, хотя ни долговой, ни банковский кризисы в ближайшей перспективе не вырисовывались. В итоге, помимо чисто валютного кризиса, после дефолта и моратория разразились и долговой, и банковский кризисы. Сейчас курс рубля не зафиксирован, определяется, исходя из соотношения спроса и предложения на валюту. Более того, за последние месяцы произошло реальное укрепление рубля. Но рубль все равно еще недооценен, его реальный курс занижен. Резервы ЦБ более чем достаточны для поддержания курса рубля в случае спекулятивных атак на него.
Тем более что в ближайшие полгода - минимум - будет продолжаться приток нефтедолларов в страну. Действительно, цены на нефть все еще высокие, и, по оценкам экспертов, они продержатся на таком же уровне до конца года. А тут еще трехмесячный лаг между продажей самой нефти и продажей валютной выручки экспортерами. Приток нефтедолларов - это большое предложение валюты и высокий спрос на рубли. Цены на другие сырьевые товары также растут, что еще увеличивает валютную выручку экспортеров. Ежемесячное положительное сальдо платежного баланса равно 4 миллиардам долларов, что в годовом выражении составляет 48 миллиардов долларов. Даже при прогнозируемом снижении цен на нефть и продолжающемся увеличении импорта в 2005 году, по оценкам экспертов, в России все равно будет положительное сальдо платежного баланса в размере 27 миллиардов долларов. К тому же идет сокращение оттока капитала (с 19 миллиардов долларов в год в 2001 году до 12 миллиардов в 2002-м и прогнозных 4 миллиардов в 2003-м). Наконец, бюджет устойчиво сводится с профицитом, что, несомненно, хорошо для обеспечения текущей финансовой устойчивости страны (краткосрочная цель), однако никак не стимулирует дальнейшее развитие экономики страны (стратегическая, а значит, более важная цель). Суверенный внешний долг России сократился с 90 процентов ВВП в 1998 году до 40 процентов в 2003-м, а с учетом корпоративных займов - до 50 процентов ВВП. Критическим считается отношение внешнего долга к ВВП в размере 60 процентов. Несомненно, положительная динамика внешнего долга как в абсолютном, так и в относительном выражении сводит к минимуму возникновение долгового и валютного кризисов, связанных с ростом задолженности государственного и частного сектора. Озабоченность вызывает лишь слабость и неразвитость национальной банковской системы, ну да это проблема старая. Наблюдающаяся избыточная ликвидность и постоянное расширение объемов кредитования могут привести к выдаче сомнительных кредитов неплатежеспособным заемщикам (как частным, так и корпоративным), что, в свою очередь, может способствовать развитию кризиса частной задолженности, банковского кризиса, а затем и валютного. Однако в ближайшей перспективе развитие такого рода кризисов также представляется маловероятным. Может, потом, но это уже будет другая история.
|